Жестокие игры мажора (СИ) - Демина Маша - Страница 10

Откашлявшись, я протягиваю руку мира.

— Мне правда неудобно перед тобой. И если ты не захочешь больше иметь со мной дело… я пойму. Но мне бы хотелось сохранить наше общение.

Влад переводит взгляд на протянутую ему руку, потом снова смотрит на меня. Сердце начинает стучать громче, чем мне бы этого хотелось. Но Влад не затягивает с ответом.

— Я, конечно, не хочу связываться с компашкой Багирова. Но и прятаться от тебя тоже не собираюсь.

Я улыбаюсь, когда он пожимает мне руку, ворча себе под нос: «Надеюсь, я не пожалею об этом».

— Я рада, что мы решили этот вопрос, — произношу я с искренней улыбкой, но вдруг слышу, как фыркает Леся, которая, видимо, все это время стояла и наблюдала за нами немного в стороне.

Закатив глаза, я поворачиваюсь к ней.

— Ну и? Что значит твое фырканье?

— Да ничего особенного, — подруга дергает плечом. — Для полного антуража не хватало только, чтобы вокруг вас запели диснеевские принцессы. Не будь такой наивной, Самойлова. Багира снесет сначала башку этому камикадзе, — она кивает на Влада, — а потом снова проучит тебя. Такие, как Багиров, не любят, когда их выставляют дураками. Ты же понимаешь, для чего он тебя поцеловал прилюдно?

— И что ты предлагаешь? — выдыхаю, ошеломленная ее красноречием. — Терпеть все его выходки? Он что, вершитель судеб? Если каждый будет молчать и позволять к себе такое отношение…

— Это не так работает, Алиса! — Леся повышает тон. — Боже. Когда же до тебя уже дойдет, что вот эта твоя борьба за справедливость ничем хорошим не кончается!

— Ну все! Хватит! — я уподобляюсь ее тону, но мне не нравится происходящее между нами, поэтому я делаю успокаивающий вдох, провожу ладонями по собранным волосам и произношу мягче: — Давай договоримся, Лесь. С этого момента я больше не хочу слышать от тебя эту фамилию и все, что с ней связано. Не хватало нам еще из-за этого поругаться. И вообще…

Но меня обрывает грубый толчок в спину.

— Упс, я случайно споткнулась о маленькую шлюшку.

Пульс бьется где-то в горле, пока я медленно перевариваю услышанные слова и оборачиваюсь, прежде чем встречаюсь взглядом с той самой шатенкой, которая липла к Багирову.

Рядом с ней стоят еще несколько студенток, судя по всему старшекурсниц.

Сердце сжимается от непонятной эмоции и, взволнованно сглотнув, я крепче стискиваю лямки рюкзака, убеждая себя не обращать на этот детский сад внимания.

Но когда я реально решаю проигнорировать неадекватное поведение девушки и отвернуться, меня рывком разворачивают обратно:

— Я с тобой говорю, мажорская шлюха.

3.6

— Отвали от меня! — я дергаю руку, но ее ногти сильнее впиваются в мою кожу сквозь блузку. — Прекрати! — пыхчу я в попытке вырваться, но внезапно мой хвост натягивается, а потом его дергают так резко, что я с шипением наклоняю голову набок.

— Эй, девчонки, вы чего вдвоем на одного? — нерешительно встревает Влад, но его тут же ставят на место.

— Заткнись, если не хочешь проблем, — угрожает ему шатенка. — Багира с радостью тебе их устроит.

Ее бесячие подружайки тут же подхватывают слова своей королевы и начинают хихикать, будто в сложившейся ситуации есть что-то смешное. Идиотки.

— А знаете что? Я хочу фотку с новой звездой! — восклицает шатенка. — Лика, подними голову этой шлюшки.

— Что с тобой, черт возьми, такое? Зачем ты это делаешь? — прерывисто выкрикиваю я, но меня заставляет замолчать очередной рывок за волосы, прежде чем шатенка сжимает мои щеки пальцами и, подняв мою голову, направляет на нас камеру.

— Улыбочку, — она оскаливается в широкой улыбке, делая первый кадр, но в этот момент мое раскрасневшееся лицо искажается в гримасе.

Ненавижу.

Сжав губы, я снова дергаюсь, но хватка в моих волосах ожесточается и меня рывком ставят на колени.

Глаза начинает жечь от подступающих слез. Но не от боли. Мне знакома боль и похуже. Это слезы беспомощности и злости.

— Оставьте меня в покое, — хриплю я, боковым зрением замечая, что вокруг нас начинает собираться толпа: кто-то смеется, кто-то перешептывается, а кто-то присаживается передо мной на корточки и ослепляет вспышкой телефона.

Как же они все меня бесят.

Ненормальные!

Но я ничего не могу поделать.

Поэтому я убеждаю себя успокоиться и перестать сопротивляться.

Им станет скучно. И они отстанут.

Нужно только потерпеть.

Гул в ушах нарастает, и я прикрываю глаза, стараясь равномерно дышать. Но из-за скрюченной позы, воздух практически не попадает в горящие легкие.

Надо мной кто-то склоняется, мою голову снова оттягивают назад, и я опять сталкиваюсь с сучьим взглядом шатенки.

— Надеюсь, я доходчиво объяснила. Еще раз увижу рядом с Багировым, и на тебе вообще живого места не останется, — последние слова она почти выплевывает мне в лицо, а после отпускает так резко, что я теряю равновесие и завалилась бы набок, но успеваю выставить руки и опереться о стену.

Моя грудь вздымается, ноздри раздуваются, а тело трясет так, что у меня начинают стучать зубы. Я еще никогда в жизни не испытывала такой злости и желания причинить боль в ответ.

— Забудь об Илае. Он только мой. Уяснила? — никак не угомонится эта стерва.

Сделав глубокий вдох, я начинаю подниматься с колен и в этот момент ко мне подбегает Леся, протягивая руку.

Медленно я встречаюсь с ней взглядом и читаю по ее губам: «Прости».

Проигнорировав извинения подруги, я принимаю ее помощь и встаю на ноги.

Резкими движениями поправляю юбку и блузку, стараясь не думать о том, что стала еще одним поводом для публичного обсуждения, и только после того, как перевожу дыхание, я поворачиваюсь к компании дрянных сучек.

— Почему бы тебе не сказать это ему лично? Может быть, он не в курсе, что принадлежит тебе? — бросаю я все еще подрагивающим голосом надменной шатенке. — Я буду только рада, если ты заберешь его внимание себе. Мне это ненужно.

На что шатенка сжимает губы в плотную линию и делает шаг ко мне.

— Думаешь, такая умная? — она натягивает ядовитую ухмылку на сучье лицо. — Не обольщайся. Ты всего лишь игрушка для него. Поверь мне, Илай никогда не поведется на нищебродку. Я подожду, когда он наиграется с тобой, а потом опозорит так же прилюдно, как и поцеловал.

Она строит наигранную гримасу сострадания и наклоняется ближе, отравляя своим высокомерием:

— Ой, только не говори мне, что ты поверила, будто такой, как Илай, может по-настоящему обратить на тебя внимание? — она поднимает средний палец и хлопает им по уголкам глаз. — Мне так жаль. Глупышка.

Ее улыбка становится до тошноты пластмассовой.

— Посмотрите только на ее кеды, убожище, — хихикает одна из ее подружек. — Сколько им лет?

— На какой барахолке ты одеваешься? — подхватывает другая.

— Илаю стоит провериться у венеролога после поцелуя с этой убогой.

Я сжимаю кулаки и срываюсь на крик:

— Идите к черту со своим Багировым! Если бы вы только знали, как мне плевать на него, сдохли бы от моего безразличия!

Шатенка тут же оскаливается, порываясь обернуться в мою сторону, но только что подбежавшая девушка отвлекает ее, произнося запыхавшимся голосом:

— Яра, там… там Багира бросил вызов Гору. После пар все собираются на матах.

Глава 4

После стычки с неадекватной поклонницей Багирова мои руки дрожали весь остаток учебного дня. И все, что я пыталась записать на лекциях, мне придется переписать дома в более спокойной обстановке.

Потому что, уверена, помимо того, что я писала как курица лапой, половину я вообще пропустила мимо ушей, ведь голова была занята совершенно другими мыслями.

— Ты точно на меня не обижаешься? — Леся строит мне мордашку, взяв меня за руки.

— Нет, все нормально, — я натянуто улыбаюсь, уставшая от непростого дня. — К сожалению, ты бы все равно ничем помочь не смогла.