Жестокие игры мажора (СИ) - Демина Маша - Страница 13

Ухмыльнувшись, лезу в карман за телефоном и, разблокировав экран, быстро печатаю сообщение.

Тебе нравится испытывать меня, Кукла?

Я отправляю сообщение и, подперев подбородок телефоном, наблюдаю, как она лезет в рюкзак. Не подозревая обо мне, она улыбается своей подруге, но, когда ее голубые невинные глаза опускаются на экран телефона, улыбка исчезает.

Медленно подняв голову, Алиса смотрит по сторонам. И, так и не встретившись со мной взглядом, снова концентрирует внимание на своем телефоне.

Я готов улыбнуться, представляя перспективную игру с этой застенчивой девушкой. Будет забавно разбирать ее на мельчайшие детальки, пока она, моя кукла, окончательно не сломается. Пока я не потеряю к ней интерес. А это случится, как только я выиграю гребаное пари.

Ответ на мое сообщение так и не приходит.

Что ж. Она сама развязала мне руки.

Сжав челюсти, качаю головой и набираю еще одно СМС.

Я тебя предупреждал.

Отправить.

По шее разливается жар предвкушения и мне требуется максимум усилий, чтобы не следить за ее реакцией на новое сообщение.

Вместо этого я ловлю за руку мимо проходящую девушку, вынуждая ее вздрогнуть от испуга, но когда она понимает, что это я, расплывается в улыбке:

— Ой, Илай, привет.

Я подмигиваю ей и подманиваю жестом, чтобы она склонилась ко мне.

— Столик у окна. Блондинка с косой. Видишь?

Девушка высматривает мою цель и через мгновение кивает.

Отлично.

Я беру стакан кофе и протягиваю ей.

— Я хочу, чтобы ты вылила это на ее блузку.

Девушка непонимающе хлопает глазами, и я начинаю жалеть, что остановил выбор на ней. Ненавижу разъяснять простые вещи: пустая трата времени.

— Просто возьми стакан и вылей на блондинку. Что, блядь, непонятного?

Девушка опускает глаза, однако не отстраняется, продолжая стоять в неудобной для нее позе.

— Но она мне ничего не сделала… Зачем мне ее обливать?

Скрипнув зубами, я обманчиво нежно заправляю локон ей за ухо и мягко, но убедительно говорю:

— Потому что я сказал тебе это сделать. Достаточно?

Девушка кивает и, нерешительно взяв стакан, бросает на меня взгляд полный надежды, но я кивком указываю на блондинку.

Я вижу, как девушка сглатывает, крепче сжимая стакан с кофе, но в конце концов выполняет мою просьбу и шагает в сторону Алисы.

Откинувшись на спинку стула, я пристально слежу за развивающимися событиями. Конечно же, подойти и просто вылить стакан кофе у девушки не хватает смелости, поэтому она делает вид, что спотыкается, и уже в следующую секунду на белой блузке моей куклы расползается желто-коричневое пятно.

Алиса взвизгивает и подскакивает на ноги, ошарашенно глядя на свою грудь, к которой липнет намокшая ткань блузки, а потом с таким же ошарашенным лицом смотрит на девушку, облившую ее.

Я не слышу их разговора. Вся столовая оживлена шумным обсуждением и смехом. И это заставляет щеки Алисы вспыхнуть стыдливым румянцем. Но я не позволяю этому зацепить меня. Главное, чтобы выстроенная схема не дала сбой. Алиса ведь не думала, что я буду скучать целый месяц?

И, как я и ожидал, она просит присмотреть за вещами подругу и убегает из столовой.

Я поднимаюсь и следую за ней. Мне не составляет труда просчитать ее маршрут. Поэтому, когда светлая коса исчезает за дверьми в женский туалет, мои губы кривит однобокая ухмылка. Хорошая девочка.

На ходу печатаю сообщение Акмалу:

Подстрахуй у женского туалета.

И захожу следом за Алисой.

Я щелкаю дверным замком раньше, чем она оборачивается и большие голубые глаза с ужасом впиваются в мое лицо.

5.2

Обернувшись, я сталкиваюсь лицом к лицу с Илаем Багировым, и подскочившее к горлу сердце не дает мне вдохнуть.

Господи, что он здесь делает?

Неважно.

Мне нужно убраться отсюда от греха подальше.

Я торопливо застегиваю обратно несколько верхних пуговиц промокшей блузки и вздергиваю подбородок, надеясь, что буду выглядеть круче.

— Выйди, — у меня хватает сил огрызнуться. — Это женский туалет.

Как бы не так.

Он делает шаг ко мне, и становится нечем дышать. Второй – и по всему телу разливается тепло. Третий – щеки вспыхивают.

— Ты ведь делаешь это специально, чтобы привлечь мое внимание? — его низкий голос заставляет кожу покрыться колючими мурашками.

Я ненавижу эту глупую реакцию.

Быстро облизываю пересохшие губы.

— Что делаю?

Моя грудь вздымается.

Хочется отвести взгляд, но почему-то я продолжаю смотреть на его внушительную фигуру, медленно приближающуюся ко мне.

— Не слушаешься.

— С чего бы мне тебя слушаться? — я заставляю себя съязвить ему еще раз, но на самом деле я не хочу этого.

Мне не нужно его внимание.

Но, кажется, я действительно делаю все, чтобы он его на меня обратил. Не специально.

Нервно сглатываю.

Мажор скучающе поджимает нижнюю губу, останавливаясь в шаге от меня.

— Я вежливо попросил тебя распустить волосы. И предупредил, что будет, если ты этого не сделаешь.

Багиров цепляет пальцами мою косу, и у меня внутри все переворачивается.

Он ведь не всерьез?

Сглотнув образовавшийся в горле ком, я выдергиваю из его пальцев косу и перекидываю ее себе за спину, с замиранием сердца наблюдая за тем, как Багиров наклоняет голову набок и прищуривается:

— Такая упрямая.

Я знаю, что он снова играет со мной, поэтому не спешит и, кажется, даже не заботится о том, что сюда может кто-нибудь зайти.

Что будет, если я еще раз огрызнусь? Как он отреагирует? Разозлится? Или его это только позабавит? Прикоснется нежно… или грубо?

Под кожей начинает гореть что-то похожее на предвкушение.

Встряхнув головой, я выпаливаю на одном дыхании:

— Я тоже тебя предупредила, что не буду этого делать. Ты не вправе раздавать мне команды, это мои волосы. Мое тело. Я принадлежу только себе.

Багиров усмехается и, дернув челюстью, проводит по ней татуированной ладонью.

— Даже сейчас продолжаешь меня дразнить, — ровным голосом произносит он, но уголок его губ приподнимается в едва заметной улыбке.

Ох…

— Мне нужно идти, — быстро выдыхаю я, пытаясь казаться равнодушной. — Скоро начнутся занятия.

Я собираюсь обойти этого невыносимого мажора и выйти из туалета, но он преграждает мне путь.

— Ты действительно становишься моей проблемой.

Я не понимаю, что он имеет в виду. Но мне и не нужно понимать.

— Так отвяжись от меня! — я почти рычу, беспомощно сжимая кулаки и раздумывая, как бы добраться до двери, но в следующее мгновение он протягивает руку и, подцепив меня за шлевку пояса юбки, дергает на себя.

Я охаю и едва успеваю выставить перед собой руки, чтобы упереться в его широкие плечи, но это не спасает от горячей близости.

Багиров наклоняется и я, не желая того, вдыхаю его мужской аромат вперемешку с одеколоном и сигаретами.

— Пока не хочу, — его шепот обжигает ухо, но я не позволяю моей решительности угаснуть. — А теперь будь хорошей девочкой и распусти волосы, если не хочешь, чтобы это сделал я.

— Нет! Это мои волосы, долбанный ты тиран!

Я снова пытаюсь оттолкнуть Багирова, но его низкий смех у моей шеи делает со мной странные вещи, посылая по телу новую волну мурашек.

— Мне нравится, как из твоего милого ротика звучат ругательства.

Я даже не заметила, когда он оттеснил меня назад, только почувствовала, как, сжав мою талию, Багиров одним рывком усаживает меня на столешницу.

Дыхание тут же становится частым и прерывистым, особенно когда он встает между моих ног и кладет большие ладони на мои бедра.

Я открываю рот, но, не найдя, что ответить, закрываю, втягивая носом воздух.

Он не забирается под юбку и пока вообще больше ничего не делает, только опускает взгляд на мои приоткрытые губы, но этого достаточно, чтобы по коже пронесся электрический разряд.