Жестокие игры мажора (СИ) - Демина Маша - Страница 2

И, конечно же, спустя еще три выпитых стакана Лесю понесло в самый центр танцпола. Она пыталась утащить и меня туда, но мне удалось отбиться, в отличие от Руслана, и… остаться одной у барной стойки. Класс!

Толчок в плечо вынуждает меня вздрогнуть, испуганно обернуться и наткнуться взглядом на высокого парня с кольцом в носу, который сначала смотрит на свою футболку с расползающимся пятном, а потом на меня, намекая одним только взглядом, что свернет мне шею.

— Эй, какого черта? — возмущается он, брезгливо оттягивая пальцами футболку на груди. — Тебе жить надоело?

— Прости, но я ведь ничего не сделала… — я стараюсь, чтобы мой голос не дрожал, но как только этот придурок делает шаг ко мне, следующие слова выходят из меня жалким писком: — Это же ты меня толкнул.

— Я тебя толкнул, — кивает парень, повторяя мои слова, и то, каким тоном он это делает… не очень хороший знак. И я убеждаюсь в этом, когда он одним резким движением снимает с себя эту футболку и бросает мне ее прямо в лицо. — Постираешь. Вернешь.

Комкая футболку в руках, я лишь ошарашенно моргаю, сбитая с толку наглостью, рельефным телосложением этого парня и мужественным ароматом, который хранит его вещь. Боже, Алиса, прекрати на него пялиться.

— Чего вылупилась, убогая? Если не пьешь, проваливай от бара. И смотри не испорти, — он указывает длинным пальцем на футболку, зажатую в моих руках. — Эта футболка стоит дороже всех твоих органов.

Растерявшись от такой грубости, я лишь открываю и закрываю рот, осторожно отступая назад, но меня останавливает что-то теплое и твердое за моей спиной. По коже будто бьет током, и я тут же возвращаюсь туда, где стояла. Но не оборачиваюсь. Продолжая находиться в каком-то оцепенении.

Тяжело дыша, я смотрю на лицо парня с пирсингом, который теперь улыбается кривой ухмылкой, переглядываясь с кем-то за моей спиной.

_______________________________

ЛИСТАЕМ ДАЛЬШЕ »»»»»

1.2

Черт, черт, черт… Это не хорошо. Это очень не хорошо. Я почти пищу, поджимая пальцы в кедах, когда чувствую, как этот кто-то за спиной наклоняется и проводит носом по моим волосам, обдавая затылок горячим дыханием. О, боже…

— Багира, тебя на малолеток потянуло, что ли? — прыскает со смеху тот, что с пирсингом в носу.

— Я не малолетка, — зачем-то шиплю я, прежде чем успеваю обдумать свой порыв огрызнуться, который явно не идет мне на пользу.

Парень напротив вскидывает брови, а тот что сзади — ухмыляется, царапая мой висок порывом мятного дыхания.

— Если тебе не продают алкоголь, можешь попросить нас, куколка, — глубокий низкий голос незнакомца вызывает в моем теле нервный жар, и я сильнее сжимаю футболку в руках, забывая о том, сколько она стоит. Но мне становится еще хуже, когда он делает шаг и я чувствую спиной его мускулистую грудь даже сквозь тонкую куртку. А потом его влажные губы касаются моего уха: — Мы поможем тебе в этом вопросе. Тебе нужно только попросить.

Тихий вздох срывается с моих губ, и я резко оборачиваюсь, сталкиваясь лицом к лицу с незнакомцем, который за несколько секунд расшатал все мои гормоны, а сам стоит с напускным спокойствием короля. Ему даже не нужно показывать, что он здесь главный. Это просто чувствуется каждым рецептором кожи.

Острые углы его сильной челюсти и шрам на брови — это первое, за что цепляется мой растерянный взгляд. С трудом справляясь с взволнованным дыханием, я опускаю глаза на грубые татуировки, которые выползают из-под ворота его футболки и расползаются зловещими черными линиями по шее. Все в нем такое. Опасное, отталкивающее и одновременно притягивающее, особенно его мрачные глаза, пронизывающие меня насквозь.

— Эй, Багира, да у нее соски встали от тебя, — прыскает со смеху придурок с пирсингом и привлекает к нам всеобщее внимание у бара.

Я быстро опускаю взгляд на свою грудь, находя подтверждение брошенной насмешке и сильнее скручиваю футболку придурка в руках. Я знаю, что причина затвердевших сосков в холодном воздухе, а не в парне напротив, но жар унижения все равно подбирается к горлу и сковывает его болью. Ком разрастается и мешает мне глотать и даже дышать. А когда я слышу хор улюлюканья, то оказываюсь на грани того, чтобы с позором застегнуть свою ветровку и убежать со слезами на глазах.

Порыв прохладного ветра хлещет мои пылающие щеки, и я закусываю нижнюю губу изнутри, сдерживая рыдания. Делаю шаг в сторону, мечтая сбежать отсюда, но меня останавливает уверенное движение, и уже в следующее мгновение на моих плечах оказывается олимпийка, слишком быстро окутывающая меня древесным ароматом парфюма, сигаретным дымом и жаром тела хозяина этой самой олимпийки.

Втянув носом воздух, я несколько раз моргаю, избавляясь от жжения в глазах, и только потом поднимаю голову и понимаю, что это сделал… незнакомец с прозвищем Багира.

Я делаю еще один глубокий вдох и прерывистый выдох.

На его красивом лице появляется ухмылка, вот только в ней совершенно нет веселья, точно так же как и во взгляде опасных глаз, разбирающих меня по кусочкам.

— Что? Понравился? — спрашивает он самодовольным тоном, не разрывая со мной зрительного контакта. И я не знаю откуда у меня взялась смелость смотреть прямо в его хищные глаза, игнорируя напряжение, стремительно нарастающее в моем животе.

— Может, посмотрим на ее сиськи без всей этой мишуры? — снова вмешивается тот придурок, и мои невыплеснувшиеся слезы вспыхивают яростью в крови, лишая напрочь инстинкта самосохранения. Потому что я перевожу взгляд на имбецила с пирсингом и изо всех сил швыряю в него его же футболку, шипя сквозь зубы:

— Может, ты пойдешь нахрен, придурок?

Дальше все происходит слишком быстро, чтобы я смогла хоть как-то избежать столкновения. Вот его глаза вспыхивают желанием придушить меня, а вот он уже практически впивается пятерней в мою шею, но второй незнакомец одним рывком прячет меня к себе за спину.

— Эта сука…

— Достаточно, Гор.

_______________________________

ЛИСТАЕМ ДАЛЬШЕ »»»»»

1.3

Я охаю и, раскрыв рот, начинаю быстро хватать воздух, выглядывая из-за своего «щита».

Придурок пыхтит от возмущения и хмуро смотрит на парня с прозвищем Багира, лица которого мне не видно. В отличие от того, что сейчас напротив меня. Ноздри придурка раздуваются так сильно, что я удивляюсь тому, как кольцо в его носу остается на месте. Потом парень кивает несколько раз и его губы кривит ухмылка, которую он стирает большим пальцем, выплевывая раздраженно:

— Что мы будем делать с ней, Багира?

Пауза.

— Не мы, а — я, — бросает ровным голосом незнакомец со шрамом и поворачивается ко мне, изучая меня с таким интересом, словно я жертва, которую он намерен затащить в глубины своих темных фантазий.

Но почему я? Что ему нужно от меня?

Багира. Черная пантера. Крупное хищное животное. Ему подходит это прозвище.

И если я думала, что придурок высокий, то я ошибалась, потому что сейчас я в полной мере понимаю, насколько Багира превосходит его в росте, по-настоящему возвышаясь надо мной.

Я пытаюсь дышать ровно. Но у меня не получается.

— Мне… мне пора домой, — я сглатываю и снимаю со своих плеч его олимпийку. — Спасибо…

— Рано тебе домой, — непринужденно перебивает он, протягивая руку и захватывая длинными пальцами локон моих волос, отчего у меня перехватывает дыхание. — Ночь только начинается, куколка. Мне скучно, а с тобой… может быть весело, — его пальцы потирают мои волосы, и я удивляюсь, почему они еще не воспламеняются в его руке. — Мне нравится, — задумчиво произносит он и наклоняется так, что его горячее дыхание касается моего уха: — Я хочу знать, какие звуки будут вылетать из твоего милого ротика, когда я намотаю твои волосы на кулак и буду трахать тебя сзади.

Мой рот вытягивается в удивленной букве «О», а щеки вспыхивают с такой силой, что я чувствую жжение на коже. Кажется, они сейчас горят как два факела.