"Фантастика 2024-116". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Тихомирова Елена Владимировна - Страница 356

III.2. Тяжела ты, шапка Мономаха. Глава 11

На верхнем этаже высокой постовой башни, как раз в коридоре с дверью в комнату, где я оставил Йекриоса, мы столкнулись с моей помощницей. Внешний вид её никак не отражал последствий недавнего недуга, но посмотрела она на меня определённо злее обычного. Однако мне было всё равно. Я ей рассчитывал, как только закончу с мальчиком, голову открутить.

- А это что за недоросль? Тоже собачка?

- Вообще-то это ребёнок, - сухо ответил я и вынужденно посмотрел вниз, Катрион почему-то старательно дёргал меня за рукав.

- Дядя Стланник, а ты с этой тётей меня оставишь? Она чего-то совсем не весёлая.

- Нет. Она просто тебя недолго за руку подержит и всё.

С помощью чар я сцепил пальцы женщины на ладони ребёнка. Мерзавка, естественно, тут же возмутилась.

- Да чего ты делаешь?! Не хочу я его касаться!

- Подержишь и посмотришь, чтобы на него даже пылинка не села, - глядя ей в глаза гневно, едва ли не по слогам, процедил я. – Сделаешь, как сказал, и, быть может, не похороню тебя вместе с этим миром.

Служительница Тьмы фыркнула, но промолчала. Этого мне было достаточно. Да и, если честно, если бы она меня ослушалась, то я бы даже обрадовался. Убивать её стало бы в разы приятнее.

- А вот и моя псинка, - входя в комнату и плотно прикрывая за собой дверь, возрадовался я Йекриосу. – Скучал по хозяину?

- Вообще ни капельки, - хмуро буркнул кендер из своего угла, где вовсю пакостничал, переставляя на стеллаже предметы и смешивая порошки воедино.

М-да. Необдуманно я его именно там оставил.

- Значит, ты плохой пёсик и мне не нравишься. Надо бы от тебя избавиться.

Ополовиненные уши сразу зашевелились и встали стоечкой.

- Да отпусти ты уже меня! – оборачиваясь, взмолился божок. – Поиграли мы, пошутили и что? Скучно же было! А ты всё всерьёз и всерьёз… Что вы за люди раса такая? Веселиться совсем не умеете! Такой мир создал хорошенький, весь-весь загубили.

- Отчего же не умеем? Очень даже умеем, - авторитетно заявил я. – Я вот тебе даже всамделишное приключение в междумирье сейчас устрою.

- Приключение это хорошо! – захлопал в ладоши кендер и, резко меняя настрой, вдруг задумчиво наклонил голову набок. – Без тебя ведь, правда?

- Вообще без меня.

От безграничной радости Йекриос аж запрыгал и запищал. Только что колесо не сделал.

- Тихо-тихо, Безухий, - постарался я утихомирить его пыл. – Ты туда всё равно один не отправишься.

- А с кем?

- А я тебе мальчика выдам. Ты его по Дискам Смертных до Срединных миров доведёшь и на обучение магии пристроишь.

- Зачем мне мальчик? – округлил глаза кендер и открыл рот от удивления.

- Ты же любишь истории? Вот я и нашёл тебе интересную. На своём опыте проверил, за душу берёт – закачаешься!

- Ну не. Не-не-не! Я свои истории сам творю!

- Ладно. Как знаешь…

Я тяжело вздохнул и с грустью на лице принялся неторопливо сжимать сферу.

- Ай-яй-яй! Давай сюда своего мальчика! Доведу! Мне же совсем не сложно!

- Вот видишь какой ты добрый и отзывчивый, - похвалил я «альтруизм» взлохмаченного Йекриоса. В этот момент он чем-то походил на сказочного домового.

Добившись сотрудничества, я вышел из комнаты обратно в коридор. Служительница Тьмы послушно держала Катриона за руку и с каменным лицом смотрела в никуда. Причиной отрешённого взгляда стало то, что ребёнок почему-то совсем её не испугался. Наверное, ауры ещё плохо чувствовал. Не знаю. Но он не боялся этой женщины и даже наоборот. Чем‑то она ему понравилась, раз он принялся за излюбленное детское занятие – произнесение вслух сотен тысяч самых идиотских вопросов.

Поверьте! Будь вы хоть семи пядей во лбу, а ответить на десять кряду из них достойно - деяние невозможное. Кроме того, как бы вы ни старались, а по итогу, когда задумаетесь над ответом на секунду-другую, завсегда можете дождаться сочувственной фразы: «А почему ты молчишь? Ты молчишь, потому что ничего не знаешь? Ты глупый, да?».

- Тётенька, а почему вы такая невесёлая? Вы тоже по кому-то скучаете?

Моя помощница молчала, делая вид, что никого возле неё нет.

- А у вас лука холодная. Почему вы без лукавичек? Вам мама не сшила?

Молчание продолжалось.

- Вы класивая, а платье у вас совсем некласивое, - чистосердечный вздох и искреннее сожаление на лице, что такое вот говорить приходится.

- Это почему ещё некрасивое? – даже окинула себя взглядом женщина, насколько оно было возможно.

Смолчать на этот раз моя помощница не сумела. Пожалуй, она бы ещё поняла, если бы мальчик раскритиковал белые пряди в густых чёрных волосах или обожжённую половину лица. Окончательно разъярилась бы, но поняла… Однако платье? Наряд у женщины и правда хорошо подчёркивал совершенство фигуры, выглядел достойно месту и миру. Да и был подобран со вкусом, несмотря на то что маги нашего уровня как-то больше о практической составляющей заботятся. Она даже выбрала тёмно-синюю ткань, а не более удобную для использования потока смерти чёрную, чтобы золотистый рунный узор выгоднее смотрелся.

- А мне Мила говорила, что класивые девочки только ялкие платья носят. Голубые, лозовые, жёлтые. И с цветочками. А иначе девочки тоже некласивыми становятся. Вам такое платье надо, а то вы из-за него некласивая, тётенька.

Мне было прекрасно видно, как зашевелились губы моей помощницы и вместе с ними завибрировала её аура. Ещё чуть‑чуть и простенькое высказывание о всех детях во всех мирах (и вот конкретно об этом в частности) перешло бы в чётко озвученное и тяжело снимаемое проклятье.

- Катрион, иди-ка ко мне.

- До свидания, тётенька, - помахал мальчик ладошкой на прощание. Лицо у него при этом как было серьёзным, так и осталось. Другой малыш всенепременно попробовал бы улыбнуться. А этот нет.

- Всё, давай, - взял я его за руку и провёл в комнату для представления Йекриосу. - Ты только не пугайся вида своего нового друга, он кендер.

Я указал мальчику ладонью, куда ему смотреть, и он тут же уцепился за мою ладонь ещё крепче. При этом глаза Катриона округлились. Губы задрожали. Он даже плаксиво захлюпал носом.

- Не бойся, - как можно увереннее повторил я. – Так-то этот тип добрый и весёлый.

- Он… он нежить, – едва не плача, произнёс мальчик.

От этих слов божок недовольно фыркнул и состроил зловещую рожу-дразнилку.

- Нет-нет, он живой… Пока живой. Вот если меня ослушается, то точно помрёт!

Наглый проказник сел на пол, ухватив ладошками носки голых ступень, загрубевших до состояния подошвы, и постарался вести себя более смирно.

- Дяденька Стланник, а почему он такой зелёный тогда?

- На солнце загорает мало, - беззастенчивой ложью объяснил я цвет кожи Йекриоса.

Мой жизненный опыт был богатым и насыщенным. Я знал, что правильное толкование приведёт к тысяче новых недопониманий, а потому высказал наиболее удобоваримый для ребёнка ответ и, пока тот не спросил, отчего же кендер так солнечную погоду не любит, продолжил:

- Его зовут Йекриос. Он доведёт тебя до места, где ты будешь ждать папу.

- Йекёс? – попытался усвоить мальчик сложное для произнесения имя, и я с ехидной улыбочкой щедро дозволил:

- Можешь называть его Безухим.

Божок надул щёки, выражая так своё возмущение, но я снял все удерживающие его заклинания, и это мгновенно привело его в благодушное настроение. Он шустро встал на ноги и даже начал пританцовывать, постепенно ускоряя темп.

- Иди к нему, Катрион.

Мальчик буквально-таки вцепился в мою ладонь. Я бы, наверное, в его возрасте тоже побоялся оставаться один на один с тем шутом гороховым, что был предо мною, но другой приемлемой альтернативы просто-напросто не имелось.

- Давай, Йекриос. Уводи его отсюда, а то сейчас передумаю и будешь у меня под замком сидеть!