"Фантастика 2024-116". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Тихомирова Елена Владимировна - Страница 487

— Всё не подберёшь соответствующую позу для предстоящего собственного жертвоприношения? — компенсируя временное отсутствие Дайны, с ехидством прокомментировала Дарра. Каким образом демонесса догадалась о промелькнувших в её голове мыслях, так и осталось загадкой. Как и обычно.

— Почему? Я вполне представляю, как в таких случаях следует лежать, — возразила Лея и, поправляя желающую задраться одежду, вытянулась во весь рост да сложила руки на груди. Для более полной картины не хватало лишь зажатой меж пальцев свечи или цветка.

— Не вполне, — возразила Дарра. — Обычно жертвы привязывают к чему-либо. Уж очень они не хотят понимать значимость блага, что принесут своей смертью. А твоя поза говорит лишь о том, что ты готова отойти в мир иной.

— В принципе, мир снов можно и так назвать.

Заснула, конечно, Лея совсем в другой позе, хотя из принципа долгое время пыталась оставаться в первоначально принятом положении. Сначала ей снилось что-то очень приятное, но постепенно сновидение сменялось тревогой и попытками куда-то и от кого-то убежать. Но длилось всё это недолго…

Пробуждение вышло крайне неожиданным — как опытный рыбак резким движением выуживает маленькую беззаботную рыбку из воды, так и её просто-напросто схватили и подняли за руку, чтобы поставить на ноги.

— Держи, — коротко приказала Дайна, окончательно разрушая пелену сна.

Воительница сунула в ещё не слушающиеся ладони Леи длинный нож. Девушка, ничего не понимая, вцепилась в него, следуя указанию. Но в этой сумбурной обстановке получилось взять рукоять обеими кистями рук, как пресловутую свечу или цветочек. Поняв это, Лея быстро перевернула и перехватила нож одной рукой, а затем попыталась сосредоточиться на происходящем.

Демонесса выглядела крайне напряжённой. Больше Дагна в комнате не было.

— А что случилось? — ощущая, что дурман сна резко отхлынул, осведомилась Лея и поняла, что слышит раздающиеся с первого этажа чьи-то приглушённые крики.

Телохранительница скользнула по ней взглядом и ответила:

— Вампирята разбушевались. Не нравится им, что сестрички не хотят пропускать их вверх по лестнице… Если кто сюда ворвётся, то режь глаза. Это хоть немного собьёт их с толку и, может, Эйтон успеет.

— Всё так серьёзно? — новость оказалась шокирующей. — Что успеет Эйтон?

— Я видела, что он сумел выскользнуть из дома. Ещё в самом начале. И у него нет выбора, кроме как привести сюда Стражей или старших вампиров, прекрасно понимающих, чем им всем грозит эта выходка. Простой побег его не спасёт.

— А если нам телепортироваться? Ну как тогда в общину Дагна?

— Искусственные телепорты в запретной зоне не действуют, а природным умением Дагна не обладают… Всё, помолчи! Дай послушать, что происходит внизу, — шикнула на неё демонесса.

Некоторое время Дайна напряжённо вслушивалась. Лея и сама превратилась в сплошной слух, но кроме непонятных приглушённых криков и чего-то похожего на удары металла о металл не слышала. Звукоизоляция в каменном доме являлась отменной. В какой-то момент молодой женщине даже стало досадно, что такой не было в её родной квартире. Быть может, тогда уши соседей не так бы краснели по утрам в выходные, когда она просыпалась от грохота дрели.

Вдруг воительница дёрнулась, словно хотела сорваться с места, но оглянулась, пристально посмотрела на свою госпожу и снова замерла. Однако ненадолго.

— Вот бездна! Догадались, паршивцы, — прошипела она и отодвинула Лею к стене напротив окон.

— О чём?

— Что на узкой лестнице и одна вооружённая Дагна справится. Их численное преимущество там не преимущество, — со злостью пояснила демонесса, и тут в комнату вбежали перепачканные кровью Дайри, Дэнна и Дейра. — Быстро к окнам!

Едва Дайна отдала приказ, как ставни оказались сорваны. Это сделали снаружи вампиры. Они старательно подкрадывались и забирались на стене тихо, как мыши, а потому сама Лея оттуда не услышала ни звука. Но, к несчастью для нападающих, у Дагна слух был превосходным, а узкие окна создали тот же эффект, что лестница. Дайри и Дэнна занялись левым окном, а Дейра и Дайна правым. Оба меча Кхалисси быстро и легко рассекли воздух. Часть головы противника при этом осталась в комнате, остальное тело полетело вниз, сбивая со стены других лазутчиков. Но эта битва была далеко не на два фронта. Некоторые вампиры забрались на второй этаж через окна других помещений, и потому Дэнна и Дейра бросились защищать дверь, а оставшимся на лестнице Дорре и Детте пришлось отступать с боем к комнате госпожи. Иначе бы они подставили спину под удар.

Вампиры окружали.

Глава 4

Словно в насмешку над всеми предположениями, нападающие были вооружены своим рабочим инструментом. И пусть эти громоздкие орудия труда не имели остроту и манёвренность мечей, но их обладателям не мешали раны, они были достаточно сильны, и, не будучи живыми, вампиры проявляли крайнюю выносливость. Помимо этого, в какой-то миг удача повернулась к ним, и почти единовременно Дайри и Дейра лишились оружия, выбитого из их рук самыми обычными кирками. И если о защите двери, охраняемой Дейрой, волноваться не приходилось, так как там было достаточно воительниц, то позиция у окна ослабла. Отшатнувшись и упав, Дайри открыла доступ в комнату. И пусть Дорра пришла на помощь, верно рассчитав, что здесь её присутствие нужнее, Лея всё равно сжала в ладони рукоять кинжала как можно крепче. Девушка понимала, Дайна не может защищать проход к ней, покуда не даёт особо наглому вампиру добраться сестры.

То, что творилось в спальне, было неописуемо. Молодые вампиры: и мужчины, и женщины, без тени сомнения кидались на мечи, заставляя оружие демонесс увязнуть в их телах. Они делали всё, чтобы другие смогли добраться до неё. До Леи. И Дагна приходилось сдавать позиции. В конце концов Дайна что-то шикнула, и все сестрички полукругом окружили девушку, зажав её в угол. Понять, есть ли серьёзные ранения среди демонесс, ей не предоставлялось возможным, ибо они, как и вся комната, были измазаны кровью с головы до ног. Пол маленького помещения покрылся телами и эти «трупы» внушали откровенный ужас, так как никак не хотели утихнуть и умереть.

Наиболее безобидными новообращённые становились, когда им отсекали голову. Тогда вампиры пытались подтянуть утерянную часть тела к себе вслепую, но прирастать та не спешила. Это всё-таки требовало времени. Так что такие противники уже не стоили внимания. Другой способ избавиться от живого мертвеца заключался в том, чтобы отрубить ему конечности. Но, как бы то ни было, в обоих случаях имелся существенный недостаток — обычные проникающие удары совсем не годились. А самый лучший способ — проткнуть сердце, был затруднителен, так как грудь нападающих прикрывали толстые металлические пластины, и мечи просто-напросто скользили по ним.

Вопрос, выстоят ли её телохранительницы, даже не стоял. Достаточно было совсем немного, чтобы их сломило самое страшное оружие массового поражения — разъярённая толпа, жаждущая расплаты и крови обидчика.

Мысленно молодая женщина уже приготовилась к самому худшему, но надежда всегда умирала последней, а события имели свойство оказываться переменчивыми. Ей было плохо видно из-за крыльев демонесс, что конкретно происходит в комнате, но то, что ситуация переменилась, стало понятно сразу. Как будто волна облегчения прошла по всему телу. А там Дагна позволили себе значительно расширить круг её «заключения», и Лея смогла увидеть в просветы, что теперь противнику приходится драться на два фронта.

«Добрая половина посёлка пришла», — пронеслась в голове глупая мысль.

Эйтон, по всей видимости, сумел добраться до шахт и позвал помощь. Старшие вампиры оценили степень угрозы и ринулись на подмогу всем скопом. Кроме того, драться они умели. Молодая женщина даже содрогнулась, представив, что Дагна пришлось бы сражаться против них.

Длинные клыки легко разрывали горло, а пальцы без сомнений проникали вглубь тел собратьев, чтобы вырывать сердца. Всё-таки миф об осиновом коле имел под собой основание. Лишённые этого органа вампиры падали замертво и не шевелились. Конечно, Лея сомневалась, что это надолго, но, по крайней мере, те переставали быть угрозой и уже ничем от настоящих, полностью мёртвых существ, не отличались.