Трое шведских горных мужчин (ЛП) - Голд Лили - Страница 56

Вместо этого он наклоняется и заключает меня в грубые объятия.

— Ты уверена, что не можешь поехать с нами домой? — бормочет он мне на ухо.

— Нет. Прости. У нас есть планы.

Он вздыхает.

— Хорошо. — Он отстраняется, держа меня на расстоянии вытянутой руки. — Позвони нам сегодня вечером, ладно? Когда ты вернешься обратно.

Я киваю, и он целует меня в лоб.

— Я очень горжусь тобой, Дженнифер. Ты была очень сильной.

Моя мама дергает его за рукав, и он поворачивается, чтобы уйти. Я смотрю, как они выходят из больших стеклянных дверей здания суда, чувствуя, как мое сердце колотится в груди. Они совершили ошибку — серьезную ошибку — но они все еще любят меня. Я верю в это. И этого для меня достаточно. Двери закрываются за ними, оставляя меня с моими тремя горными мужчинами посреди атриума.

— Отлично. — Илай хлопает в ладоши. — Мы можем, пожалуйста, убраться отсюда? Все эти адвокаты заставляют меня нервничать. Плюс Динь выглядит очень сексуально в своей одежде для суда.

Остаток дня мы проводим в Брайтоне, бродя по моему родному городу. Я показываю им все места, где бывала в детстве. Моя старая школа, причудливые магазинчики у моря. Когда приближается время ужина, я представляю им рыбу с жареной картошкой. Я никогда не видела, чтобы Коул ел так много и так быстро. После еды мы спускаемся с пирса на пляж, останавливаемся, чтобы купить мороженное в фургоне. Солнце садится за море, отражаясь от ласковых волн золотыми и оранжевыми бликами. Воздух теплый и свежий. Все парни сбрасывают пиджаки и закатывают рукава рубашек, а я сбрасываю туфли на каблуках, утопая пальцами ног в песке. Ривен и Коул берут меня за руки, пока мы пробираемся сквозь небольшие группы людей, лежащих на полотенцах.

— Я сто лет не ел мороженого, — практически стонет Илай. — Дома слишком чертовски холодно. — Я приподнимаюсь на цыпочки, чтобы слизнуть соус, стекающий по краю рожка. Затем я слизываю пятно с его нижней губы. Он улыбается, утыкаясь в меня носом. — Тебя возбуждают юридические вопросы, детка? Ты едва можешь держать свои руки подальше от нас. В моем случае это понятно, чего не скажешь об этих двоих.

Я провожу ладонью по груди Ривена, ощущая мышцы под его рубашкой.

— Вы все так сексуально выглядите в своих костюмах. — Я не могу с этим справиться. Я дергаю Рива за воротник, и он ловит мою руку, касаясь губами костяшек моих пальцев.

— Люди пялятся, — предупреждает Коул, и Ривен замирает.

Я поднимаю глаза и, следуя за его взглядом, вижу пару, которая смотрит на нас, перешептываясь друг с другом. Пока я смотрю, девушка указывает на меня, подталкивая своего парня локтем.

Все трое мужчин автоматически встают передо мной. Это все еще случается довольно часто, когда я нахожусь на публике. Люди узнают меня по видео. Я ненавижу это. Я ненавижу, когда люди смотрят на меня, осуждают меня, мысленно раздевают меня.

Хотя я почти уверена, что эта пара пялится не из-за этого. Вероятно, это больше связано с тем, что я прижимаюсь к трем разным мужчинам. Я жду, что меня накроет приступ нервозности и смущения, но ничего не происходит. Только теплое сияние счастья в моей груди и сладость ванильного мороженого во рту.

— Я поговорю с ними, — бормочет Ривен, отпуская мою руку.

— Подожди. — Я хватаю его за руку. — Все в порядке. Я не возражаю.

Коул хмурится.

— Ты ненавидишь, когда люди пялятся на тебя на публике. Это пугает тебя. — Его хмурый взгляд становится еще мрачнее. — Тебе не нужно бояться.

— Ну, думаю, я больше не возражаю против этого. Я на самом деле чувствую что-то вроде… гордости. — Три пары бровей поднимаются. Я пожимаю плечами. — Я не выбирала, публикацию того видео. Но я выбираю вас. Всех вас. Я думаю, это дает мне силы, когда меня действительно оценивают по тому, что я решила сделать. Вместо того, что кто-то сделал со мной. — Я оглядываюсь на пару, которые все еще разевают рты, как рыбы, и ухмыляюсь, когда расцветает идея. — Почему бы нам не дать им на что посмотреть?

Прежде чем кто-либо из них успевает отреагировать, я поднимаюсь на цыпочки, обхватываю руками шею Коула сзади и целую его так глубоко, как только могу. Он притягивает меня к себе за талию, и тепло проходит по мне, когда его язык грубо захватывает мой рот. К тому времени, как мы отрываемся друг от друга, я чувствую жар и дрожь во всем теле. Затем я тянусь к Риву, цепляюсь руками за его воротник и тяну его вниз, на свой уровень. Он запускает пальцы в мои волосы и проскальзывает языком между моих губ, переплетая его с моим. Его сильные руки, обнимающие меня, заставляют меня чувствовать себя такой защищенной и желанной, что я едва могу отдышаться.

Наконец, я поворачиваюсь к Илаю, тяжело дыша. Он наблюдает за происходящим с розовыми щеками, его кудри развеваются на лбу от морского бриза.

— Приберегаешь лучшее напоследок? — дразнится он, когда я провожу руками по его груди.

— Я же говорила тебе. Я не оцениваю технику поцелуев.

— Конечно, конечно. Но это только для того, чтобы защитить их хрупкое эго, верно? — Он понижает голос. — Мы знаем правду.

— О, просто, черт возьми, поцелуй меня.

Так он и делает. Передавая остатки своего мороженого Коулу, он притягивает меня ближе и прижимается своим ртом к моему. Я облизываю его, ощущая вкус ванили и сахара, а затем мир внезапно вращается, когда он опускает меня вниз головй, держа за талию. Мой желудок переворачивается, когда небо взрывается над моей головой. Это настоящий поцелуй из романтического фильма, прямо посреди пирса. Я смеюсь ему в губы, когда он, наконец, ставит меня прямо.

— Ух ты. Срань господня, ребята. — Я прижимаю руку к своей горячей щеке, затем поправляю юбку. — Они все еще пялятся?

— Э-э… да. — Рив оглядывается. — Довольно много людей пялятся.

— Наверное, поражены моими навыками поцелуев, — размышляет Илай.

Я пожимаю плечами. Мы стоим на пляже и смотрим, как солнце садится за море. Пары вокруг нас повсюду целуются. Почему я не должна целовать мужчин, которых люблю?

— Хорошо. Теперь все знают. Все знают, как сильно я люблю вас всех троих.

Они обмениваются нежным взглядом поверх моей головы.

— Что?

— Ничего, — говорит Ривен. — Ты кажешься уже намного более расслабленной.

Я смотрю на море, набегающее на песок. Ветер немного усиливается, треплет мои волосы вокруг лица.

— Мне так долго было стыдно, но не сейчас. Я чувствую себя… — Я замолкаю, пытаясь подобрать правильное слово.

— В безопасности? — догадывается Коул.

— Счастливой? — предлагает Ривен.

— Возбужденной? — удивляется Илай.

— Свободной, — решаю я. — Я никогда не чувствовала себя такой свободной. Как будто я могу делать все, что захочу. Вообще все, что угодно.

Илай обнимает меня за плечи.

— Отлично. С чего же нам начать?

Я задумываюсь на несколько секунд, затем улыбаюсь.

— Держу пари, я смогу обогнать вас всех в воде. — Я подрываюсь и лечу через пляж к морю. Возможно, мальчики лучше меня умеют ходить по снегу, но песок — моя родная территория. Илай догоняет меня как раз в тот момент, когда я достигаю полосы прибоя. Подхватив меня на руки, он несет меня в волны, крепко целуя. Коул и Рив следуют за нами, закатывая штанины своих брюк, пока мы забираемся глубже. Они толпятся вокруг меня, и опускают в ледяную воду. Волна сбивает меня с ног, и я падаю обратно в чьи-то объятия. Кто-то целует меня в шею, а кто-то другой проводит горячими губами по моим щекам. Руки скользят по моим бедрам, рукам, талии, удерживая меня в вертикальном положении. Море вокруг нас горит оранжевым, отражая заходящее солнце. Я позволяю своим глазам закрыться, просто чувствуя данный момент.

— Мы тоже, — говорит Ривен мне на ухо, его голос низкий и скрипучий.

— Хм? — Я лениво приваливаюсь к мускулистой груди, блаженствуя.

— Мы все тоже снова чувствуем себя свободными.

Я улыбаюсь и поднимаю лицо для одного или трех поцелуев.