Измена. Новая Я (СИ) - Мелихова Юлия - Страница 14

— Вов, я пойду, скоро девочки проснуться, — пытаюсь встать с его колен.

Мы просидели на лавочке почти до самого рассвета. Обнимались и целовались. Но подняться в квартиру не решились. Нужно подготовить девочек.

— Я приеду сегодня, обещаю Анют. Ждать будешь?

— Буду, — улыбаюсь.

— Все решим малыш, беги, замерзла. — целует в кончик носа и отпускает меня.

— Мам, ты такая счастливая, — делится Кира за завтраком, — Красивая и светишься.

— Спасибо зайчик, — обнимаю ее хрупкие плечики.

— И глазки твои не красные, — продолжает. — И завтрак сегодня вкусный и чай сладкий.

— Не приставай, — бурчит Улька. — Мама, а где ты была ночью? — поднеся вилку с омлетом ко рту и прищуренным взглядом смотрит на меня.

— Спала. — отвечаю, срывая улыбку.

— Тебя не было в спальне, — отправляя кусочек в рот продолжает допрос Ульяна.

— Девочки приезжали, выходила к ним. — вру своей дочери, ужас какой. Но правду я пока говорить не готова. Вечером.

— Женя моя? — пищит Кира.

— Да и не только она. Еще Агния. Сегодня как раз Женя у нас будет, на маникюр приедет.

А сама мысленно делаю зарубку в голове, что нужно предупредить подругу.

Глава 20

— Мам, ты такая счастливая, — делится Кира за завтраком, — Красивая и светишься.

— Спасибо зайчик, — обнимаю ее хрупкие плечики.

— И глазки твои не красные, — продолжает. — И завтрак сегодня вкусный и чай сладкий.

— Не приставай, — бурчит Улька. — Мама, а где ты была ночью? — поднеся вилку с омлетом ко рту и прищуренным взглядом смотрит на меня.

— Спала. — отвечаю, срывая улыбку.

— Тебя не было в спальне, — отправляя кусочек в рот продолжает допрос Ульяна.

— Девочки приезжали, выходила к ним. — вру своей дочери, ужас какой. Но правду я пока говорить не готова. Вечером.

— Женя моя? — пищит Кира.

— Да и не только она. Еще Агния. Сегодня как раз Женя у нас будет, на маникюр приедет.

— Точно? — с подозрением переспрашивает Уля.

— Так, заканчиваем разговорчики, — поторапливаю их, — кушаем и бегом собираться. Кто в лагерь записался? — перевожу тему на более безопасную.

Я пока не готова им дать ответов на вопросы. Вечером. Либо завтра, а сегодня, может быть к родителям их отправлю. Да, так будет лучше.

Решено.

После того, как провожаю девочек, привожу в порядок квартиру: протираю пыль, мою пол, убираюсь на кухне. Из яндекс — станции тихо звучали песни любимой исполнительницы…

Пусть каждый закат длится часами

Быть вместе нам суждено, мы ведь знали

Ты со мной гори

У нас остался на двоих один лишь миг

Со мною летая,

Во снах пропадай,

И пусть придумала тебя сама

Так дай же мне знак, чтобы была твоя

Ты заставишь меня вновь поверить в любовь

Но с рассветом поймёшь, что тебе и мне пора домой (пора домой)

Играть старые роли и снова каждого кроет…

Стоя у комода наношу макияж, мне сегодня хочется быть красивой. Тональный крем и консиллер хорошо справляются с бледностью и синюшными мешками под глазами. Немного румян, хайлайтер…

Придирчиво осматриваю себя в зеркало. Ну вот, бледной моли нет. Я похудела прилично за это время и мне очень нравится, что я вижу. Впалые выделенные скулы, остренький подбородок, шея. Боже, моя шея стала такой тонкой. Дотрагиваюсь до нее пальцами удостоверившись, что это точно я. Хмыкаю. Улыбка растягивает губы. Да, я нравлюсь себе! Как это прекрасно.

Последние штрихи преображения. Блеск для губ и тушь. Но как только кисточка касается ресничного ряда, звонок в дверь и рука мажет кожу черным цветом.

Блин, блин…

Заглянув в глазок, убеждаюсь, в том, что это Женечка.

— Приветик, — встречаю, отворив дверь и улыбаясь.

— Хай, ух ты, — удивленно, — ты решила выколоть себе глаза?

Спрашивает и целует меня в щеку.

— Ты красотка, блин, похудела так… выглядишь просто отпадно! — восхищается.

— Спасибо, проходи.

Женьку знаю много лет, раньше она была душой компании, хохотушкой и заводилой. Но после того, как она разошлась с Даном, сильно изменилась. Вроде бы и время прошло с тех пор, но глаза ее так и оставались потухшими, а сердце напрочь закрытым. Сколько мужчин рядом с ней…а она все одна, вся в своих чертежах и проектах.

Сейчас же, я вижу в ее глазах лучистое счастье.

— У меня новость, — ерзая от нетерпения, выпаливает, протягивая мне ручки для работы. — Но сначала ты мне расскажешь, как ты.

— У меня все по прежнему, — улыбаюсь и закусываю губу.

Беру ее пальчики правой руки и обрабатываю их антисептиком, затем протираю салфетками.

— Врушка.

— Давай сначала ты, а потом я.

— Хитренькая, — смеется.

— Жень, у меня все как и раньше. Что может измениться? Две работы, дочери…

— Ох… Ну хорошо, я переезжаю в Москву! — тараторит восторженно. — Меня приглашают на собеседование в архитектурное бюро « Орион».

Отрываю глаза от работы и удивленно смотрю на подругу.

— Ну блин, — вновь ерзает, — это переспектива, понимаешь? Они входят в концерн « Глоб», а это такие перспективы, — пищит…— Карьерный рост, другой уровень!

— Ух, вот это новости, Жень. Я честно, не ожидала.

— Я сама в шоке до сих пор, понимаешь, когда тебе звонят и приглашают на собеседование в такую организацию. Боже, я о таком только мечтать могла. столько лет учиться и пахать…

— Женька, я рада за тебя, очень, — сжимаю ее кисти рук в ладонях, разделяя эмоции.

— А знаешь, что еще? Они мне жилье от компании предоставляют, двушку! — не в силах усидеть на месте, мы обе вскакиваем и обнимаемся, уже и позабыв про маникюр.

— Как я рада за тебя, дорогая моя! — стискиваю ее тонкую фигурку в объятьях. — Ты такая умница!

Но вместе с этими чувствами приходит осознание того, что наша четверка распадается…

— Так, может быть соберемся завтра-послезавтра? Мне на днях съездить на собеседование, потом я вернусь сдать свои проекты и забрать вещи.

— Давай, нужно написать в чат. А почему ты не сообщила об этом раньше?

— Узнала только сегодня, с утра мне звонили. Не успела. А теперь ты колись. Причина твоего сияния? — требует, мгновенно соскакивая со своей темы.

— Причина есть, — довольно улыбаюсь. вновь принимаясь за работу. — Мы, по-моему помирились.

— Да ладно, — потрясенным голосом отвечает подруга.

— Угу. Он ходил ко мне все почти каждую ночь. Писал… Так, — подняв глаза и увидев ошарашенное лицо напротив, — Я не хотела общаться, думала, что все. Точка. Назад дороги нет. Но…руки сами тянулись к телефону. Жень, я тряпка да? — выпаливаю с кислой миной вместо лица.

— Нет! Не тряпка, нет. Ань, твое сердце живое, оно чувствует и любит, да он мудак, но на других мы не смотрим, —усмехается горько. — У вас дети, столько лет за спиной… — замолкает не договорив.

Грустно улыбается, уставившись пустым потухшим взглядом сквозь меня.

— У тебя было все и терять это ты не хочешь, я тебя понимаю, малышка. Очень. И если твое сердце говорит, что так нужно…То слушай его, — срывающимся голосом продолжает. — Когда можно вернуть, не думаю ни о чем.

После ухода Жени я звоню маме и прошу забрать девочек к себе, ей я тоже пока не готова говорить правду. Тем более папе.

Понимаю конечно, что сделать это рано или поздно придется, но сейчас положение настолько зыбкое…что я не хочу.

Весь вечер я как на иголках, жду Вовку. Дергаюсь от каждого звонка телефона и звука входящего смс.

Рассылки, реклама, банк, поликлиника с приглашением на прививки, клиентки.

Шесть вечера.

Ужин готов.

Я крутилась у плиты с желанием порадовать нас вкусным и легким ужином. Легкий салат с апельсином и печенью , рыбные стейки ждут своего часа в духовке, овощи на гриле.

Красное вино охлаждается в холодильнике. Свечи на белой скатерти освещают полумрак кухни.

На мне черное короткое платье из шелка и микроскопические трусики.