Прорыв (ЛП) - Кент Кайли - Страница 38

― Я выиграю, потому что именно за это вы мне платите, сэр, и ни по какой другой причине, ― говорю я. Но на самом деле я думаю о том, что сделаю все, чтобы эти мудаки потеряли свои деньги.

Глава двадцать девятая

Алия

Я сижу рядом с Ромео Валентино, готовясь смотреть игру. Его семья владеет ложей с самым лучшим видом на лёд. Наши отцы были партнерами, сколько я себя помню. Они вместе ведут бизнес. У нас с Ромео всегда были хорошие дружеские отношения, хотя его жену я просто обожаю. Просто я никогда не признаюсь ему в этом.

― Мне очень хотелось, чтобы Ливви была здесь сегодня. Как получилось, что я оказалась единственной девушкой здесь с вами? ― спрашиваю я его.

― Пфф, ты знаешь, сколько женщин убили бы за то, чтобы поменяться с тобой местами и оказаться в центре этого сэндвича от Валентино? ― Это говорит старший брат Ромео, Маттео.

― Пожалуйста, расскажи, Тео? ― В комнату входит жена Маттео, Савви, которая выглядит не слишком довольной его комментарием.

― Это гипотетически, детка. Я бы никогда не позволил этому случиться. Но ты не можешь отрицать правду. Посмотри на меня. ― Он проводит рукой по своему телу.

Савви закатывает глаза от слов своего мужа, а я просто смеюсь и возвращаю свое внимание к игре. Я уже привыкла к их подколкам.

― Хочешь сделать это интересным? ― спрашивает меня Лука, близнец Ромео.

― Что сделать интересным? ― говорю я.

― Игру? ― По рюмке за каждый раз, когда твой брат получает по заднице. Он протягивает бутылку джина.

― Пас. И вообще, ты что, не видел, как играет Грей? Он тафгай, ― усмехаюсь я.

― Ты же знаешь, что все равно болеешь за проигравшую команду. «Бобкэтс» выиграют, ― говорит Лука.

― Ага, в твоих мечтах. ― Я хихикаю, глядя на лёд, пока игроки занимают свои места. Что-то не так с Лиамом. Я наблюдала за ним во время разминки, и он казался расстроенным. Не просто расстроенным. Взбешенным. Потом я видела, как тренер Малком и мой отец беседовали с ним. Я хочу пойти туда и выяснить, в чем дело, но знаю, что не могу.

― А Грейсон знает? ― Тео, самый старший из четверых, подходит к тому месту, где я стою у стекла.

― Знает, что?

― Что ты с этим придурком Кингом? ― ворчит он.

― Во-первых, он не придурок. А во-вторых, нет, он не знает, и мы собираемся оставить все как есть, ведь так, Тео?

― Конечно, это не мое дело. Пока он не причинит тебе боль. Потому что ты прекрасно знаешь, что если это случится, то именно я буду держать его, пока Грей будет сдирать с него шкуру живьем.

― Вам, парни, действительно нужна терапия, вы знаете об этом? ― говорю я.

― Наконец-то! Я все время им об этом твержу, ― подхватывает Савви.

― Ладно, заткнитесь. Шайбу вот-вот вбросят, ― говорит Маттео.

Мы молча смотрим, как шайба падает, и Лиам выигрывает ее у игрока «Бобкэтс». Он передает ее Грею, который бросается вперед по льду. Лиам и Люк тут же устремляются за ним. Лиам задевает плечом одного из игроков «Бобкэтс» и отбрасывает его к борту, в то время как Грей передает ему шайбу. Они в зоне. Он делает замах, шайба попадает в штангу и отскакивает.

Люк тут как тут, перехватывает шайбу и обводит ее сзади ворот в поисках возможности для удара. Лиаму удается проскочить мимо игрока «Бобкэтс», который пытается его заблокировать. Он ведет себя агрессивнее, чем обычно. Он забирает шайбу и передает ее Грею, который отправляет ее в сетку. Вратарь «Бобкэтс» ловит ее и эффективно блокирует бросок.

Лиам теряет следующую шайбу, и я предполагаю, что он не слишком рад этому, учитывая, что он только что толкнул соперника на лёд. Игрок «Бобкэтс» встает и сбрасывает перчатки. А Лиам? Он просто стоит с улыбкой на лице. Откуда я это знаю? Потому что его самодовольное выражение лица показывают на джамботроне.

― Что, блядь, за проблема у этого парня? ― спрашивает Ромео.

― Понятия не имею. Лия, это твоя команда. У тебя есть какие-нибудь предположения? ― размышляет Тео.

― Нет, ― говорю я. Я не смотрю на них, мое внимание сосредоточено исключительно на том, что происходит на льду.

Не делай этого, тихо прошу я, умоляя Лиама не делать того, что, как мне кажется, он собирается сделать.

Эти мольбы остаются без ответа. Как только игрок «Бобкэтс» замахивается, Лиам тоже сбрасывает перчатки. Он словно одержим. Его невозможно остановить. Тренеры, судьи, другие игроки ― все пытаются встать между ними. Но Лиам не отступает. Он наносит удар за ударом по голове парня, валит его на землю, а затем оказывается на нем.

Грей и Люк вмешиваются и оттаскивают Лиама назад. Когда он снова стоит на ногах и его толкают прочь от игрока, которого он только что уложил на лёд, он смотрит вверх, на ложи. Прямо на меня. Его глаза дикие, и шум толпы стихает, когда я теряюсь в этом насыщенном синем цвете. Он не отводит взгляд, даже когда его запихивают на штрафную скамейку. Он просто продолжает смотреть на меня. Затем камеры прослеживают его взгляд, и в следующий момент мое лицо оказывается на этом чертовом экране.

― Похоже, влюбленный парень чем-то недоволен. ― Тео пожимает плечами.

― Заткнись. — Я наношу удар локтем, попадая по его правой руке.

― Ай, кто научил тебя так бить, Лия? ― ворчит он.

― У меня три брата, ― напоминаю я ему.

― Кстати, похоже, один из них только что узнал, как обстоят дела. ― Тео кивает вниз, на каток, где Грей смотрит на меня, потом на Лиама, и снова на меня.

― Отлично.

― Теперь будет еще интереснее. ― Маттео хихикает.

Я не отвечаю. Однако остаток игры я провожу, приклеившись к стеклу и наблюдая за тем, как «Рыцари» продолжают грязную игру. Но они побеждают. И не просто выигрывают, а надирают задницу. Семь ― два. Только что прозвучала финальная сирена, возвестившая об окончании игры.

Я задерживаю дыхание, когда Грей приближается к Лиаму. Они обмениваются парой слов, а затем, прежде чем я успеваю опомниться, Грей наносит Лиаму удар в живот, как раз в то место, где, как я знаю, нет защитной прокладки. Я выбегаю из ложи, намереваясь броситься на лёд, чтобы остановить брата от убийства моего парня. Когда я добегаю до туннеля, ребята уже спускаются вниз, а мой отец идет прямо за ними.

Я подхожу к брату и толкаю его в грудь.

― Ты засранец, ― кричу я. Грей хватает меня за запястье, не давая мне ударить его снова. ― Отпусти меня, ― рычу я.

― Отпусти ее, мать твою, прямо сейчас, ― рычит Лиам ― да, рычит. Он делает шаг ко мне, заставляя брата отпустить мое запястье.

― Ты серьезно хочешь снова получить, придурок? ― говорит Грей.

― Если ты дотронешься до нее в таком состоянии, я тебя, блядь, убью. Мне плевать, кем ты себя возомнил, ― говорит Лиам, ничуть не отступая.

― Хватит. Грейсон, в раздевалку, сейчас же, ― говорит ему отец.

― Пап, ты же не можешь всерьез относиться к этому нормально. Этот ублюдок даже близко не подходит ей. ― Грей вскидывает руку в сторону Лиама.

― Ты прав. Он не подходит. Дело в том, что никто не подходит. Но она счастлива, и это главное, сынок. А теперь отойди в сторону, пока я не позволил твоей сестре оторвать тебе яйца.

― Это чушь собачья, ― бормочет Грей себе под нос, прежде чем устремить взгляд на Лиама. ― Будь осторожен, Кинг, потому что я твою спину больше не прикрою. ― Затем он протискивается мимо него, продолжая идти по туннелю в сторону раздевалки.

― Хорошая игра, ― говорит мой отец и уходит вслед за моим братом.

Лиам поворачивается ко мне с напряженным лицом, скрежеща зубами. Отлично, теперь он злится на меня.

― В чем, черт возьми, твоя проблема? ― спрашиваю я, складывая руки на груди.

― Ни в чем. Возвращайся в ложу к своим друзьям, ― говорит он, делая ударение на последнем слове.

― Знаешь, что? Пошел ты, Лиам Кинг. Я так и сделаю. По крайней мере, они не сходят с ума из-за непонятно чего, ― кричу я на него.

― Делай, что хочешь. Мы с тобой оба знаем, что потом ты будешь стучаться в мою дверь, умоляя, чтобы мой член заполнил твою маленькую сладкую киску, ― говорит он так тихо, что я едва слышу слова. Но все же я их слышу.