Измена. Год дракона (СИ) - Лемешенко Зоряна - Страница 24

— Ты же не собираешься сбегать? — с кривой усмешкой спросил он.

— Да куда я денусь? — махнула рукой змеева жена, — Я же сама себя тебе подарила.

Велибор замолчал и отвёл взгляд. Волколак, дожевавший кусок пирога и потянувшийся за другим, одернул руку и встал из-за гостеприимного стола. Он почуял изменившееся настроение хозяина дворца, и решил, что не стоит испытывать его терпение и благодушие.

— Пойду я, наверное... Завтра хочу дом ставить начать, — Ратмир поправил одежду.

— Так зима скоро! — поднял брови Велибор.

— Успею! Мне к весне нужно быть готовым.

Оставшись наедине с Баженой, Змей стал словно сам не свой. Ему давило в груди, стучало в висках... Он так и не сказал ей о том, о чём должен был.

— Что, любимый, не весел? — ласково обняла его супруга, после того, как убрала со стола.

— Я... должен тебе что-то рассказать.

Глава 28

Бажена села на стул, потому как из-за тона, которым говорил с ней муж, у неё ослабли ноги.

— Что?

Она сидела, ожидая, пока Велибор соберётся с мыслями, и пыталась заглянуть в будущее... Ничего. Почему-то не могла она посмотреть в грядущее своё или своего любимого. Хотя с каждым днём сила её росла, это она чувствовала в себе, а ещё иногда проверяла на Ратмире. Нет-нет, да заглянет в будущее волколака. А там и счастливая Ярослава в окружении детей, и дом большой, и сам Ратмир точно купец какой — в красивых богатых одеждах. А что ожидало их с Велибором боги от Бажены скрывали.

— Да не томи же!

— Я должен был сразу, говоря тебе о том, что ты мне назначена древним законом в жёны, сообщить и другое...

— Какое, Велибор?! — у Бажены уже не хватало терпения.

— Что жена мне ты только на год. А потом, если хочешь, можешь уйти... Я не могу тебя удерживать.

Слова не желали вылетать изо рта, их приходилось проталкивать силой. Змей смотрел на свою ненаглядную, а она замерла, широко открыв глаза.

— То есть как на год? Это что за новости такие? — она встала со стула.

— Это моя вина, что я сразу тебе не сказал... — начал Велибор.

— Так я тебе не взаправду что ли супруга? А дитя куда?

— Взаправду. Просто через год после дня нашей встречи я не могу тебя более удерживать... а дитя — дракон, потому со мной, с отцом.

В глазах Бажены заблестели слёзы.

— Знаешь что?!.. Да катись ты со своими законами!

Не должна была жена так мужу заявлять, но такая обида в душе Бажены была, что утерпеть она не могла. Она направилась к двери, но Змей преградил ей путь.

— Душа моя, ты не дослушала...

— Отпусти! Не то я за себя не ручаюсь!

Ласковая да нежная жена вновь стала дерзкой и боевой Баженой, которую впервые увидел Велибор.

— Не пущу! Я верен тебе буду до конца жизни! Ты — моя пара навсегда. И даже через год, через деять, через сто лет я тебя любить буду, как сейчас!

— Тогда зачем мне глупости такие говоришь? — первая слезинка скатилась по щеке Бажены.

— Потому что знаю случай, когда дракон не сказал... — Велибор обнял свою чувствительную жену, — да и Ратмир... Не отпускал Ярославу, силой всё делал. И что вышло из этого? Я почему не сразу тебе сказал о себе, о замужестве?.. Не хотел пугать, не хотел заставлять.

Бажена прижалась к груди мужа, слушала его голос...

— Эх вы, мужчины. Не так вы всё делаете, — вздохнула она, — Я уже думала выгонять меня собрался. После забот о волколаке...

— Не вспоминай, — засмеялся Велибор, который чувствовал себя точно нянькой Ратмира, — значит ты не уйдешь?

— Не надейся... — буркнула Бажена, а потом растаяла в нежном поцелуе супруга.

А пока в Змеевом дворце царили любовь и счастье, в деревне Бажены было всё больше негодования.

— Да что ж вы за изверга вырастили такого, Милослава! — качала головой одна баба, встретив жену кузнеца возле колодца, — Одну девку загубил, к Змею сама в лапы прыгнула! Вторая вся чёрная ходила от слёз, а теперь... Вот где она?

Уже два дня от невестки не было ни слуху, ни духу. Она и раньше часто пропадала где-то, не желая находиться в обществе мужа и родственников, не ладилась что-то их с Нечаем жизнь. Но ночевала всегда дома.

— Не твоё дело! Ты за своими смотри! — огрызалась женщина, не зная, какими ещё словами защитить свою семью.

Правы были все вокруг, кто обвинял Нечая в жестокосердии, в глупости, и от этого материнское сердце обливалось кровью, не желая признавать. И за собой Милослава вину чуяла... Сироту грызла, как только повод находился, а иногда и без повода. И где теперь её искать? Сбежала с кем, ведь натура-то у неё гулящая, или искать где вдоль реки...

Тяжелые мысли не давали покоя. Мужчины пошли искать глупую Забаву, а Милослава металась из-за неизвестности по избе. И вот во вдоре послышался шум, женщина отворила дверь, и сразу на порог ступил Нечай с Забавой на руках. Совсем не похожа она была на ту красавицу белокосую, которую привёл он после собрания и решения старосты. Теперь занёс он в руках утопленницу, да слабое дыхание у неё всё же было. Уложил жену на кровать, а сам вышел вышел, не желая на эту дуру больше смотреть.

Жена кузнеца только качала головой. Это ж надо было вздумать в речке топиться?!

— Не хватало ещё, чтоб ты слегла! Не хватало нам ещё этих проблем! — бурчала жена кузнеца, растирая окоченевшие руки и ноги Забавы.

Синюшняя кожа была ледяной, потому что осень уже мерялась силой с зимой, и вторая всё чаще заявляла о себе морозцем да редким снежком. Забава открыла мутные покрасневшие глаза и уставилась на свекровь.

— Вот же угораздило! Вот же спутался! — натирала та целебной мазью кожу и ругала на чём свет стоит невестку.

Та слушала-слушала, да потом взяла руку свекрови и убрала от себя. Посмотрела из-под бровей на неёё и сказала:

— Зачем искали? Дали бы помереть спокойно — всем бы легче стало.

Попробовала встать, но не сразу вышло. Да видать желание уйти подальше от ненавистного дома было так велико, что едва стоящая на ногах Забава всё же, шатаясь, принялась собираться — переоделась, закуталась в старую материнскую шаль. Милослава только руками всплеснула. Нечай её от смерти спас, а она уходить удумала!

— Так вот благодарность твоя какая! Пригрели змею! Что Бажена, что мы!.. — вскричала женщина.

Забава даже не обернулась на упрёк. Стояла, глядя перед собой, а после зажмурилась и чему-то засмеялась.

— Чего смеешься, болезная? — Милославе было страшно от вида невестки и от смеха, неужто умом тронулась?

— Не ваша я уже забота, — отрезала Забава и пошла на улицу.

Несколько минут стояла, замерев, Милослава, а потом бросилась искать Нечая. Нашла его в кузне с отцом.

— Гульня твоя ушла куда-то! — выпалила она, хватаясь за сердце.

Нечай только выругался, устав от такой семейной жизни, но пошёл искать. Ругал сам себя по чём свет. Жил бы сейчас с Баженой, та была характером твёрже, да не донимала бы своими капризами. А Забаве всё не так, всё в слезах! Окрутила его дурака, и жизнь испоганила! И вся деревня теперь косо смотрела на него, будто бы это он девкам зло чинил.

Как и думал Нечай, Забава оказалась у бабушки. Лежала на широкой лаве прямо в одежде. По пути он так на неё разозлился, что сразу не сдержал слов.

— Это что за новости еще? Я должен теперь за тобой по деревне бегать? — прорычал он, подходя к жене.

Но дорогу преградила её слепая бабушка.

— Да не видишь что ли, остолоп, что болеет она?

А после... Нечаю было бы смешно, если бы не касалось его напрямую, то что происходило. Гульня и впрямь спуталась с каким-то мужиком, и теперь тот стоял на пороге и зло глядел на кузнеца. Так глядел, что у Нечая даже волосы зашевелились. Неужто нечисть какая пожаловала?!

Тем временем мужик стал твердить что-то, нарекая Забаву своей царицей. А потом и вовсе взял её на руки и собрался уходить. И тут Нечай опомнился.

— Эй, ты! Это жена моя! Куда понёс? А ну верни!

Мужик обернулся на него и смерил презрительным взглядом.