Его сладкая (по)беда (СИ) - Кей Саша - Страница 7

– Ой ли? – Генералов сильнее вжимает свой пах между моих бёдер.

Когда это я успела обхватить его ногами?

– И даже не рассчитывай! – смотрю ему прямо в глаза.

Артём широко улыбается:

– Признай, ты тоже это чувствуешь!

– Ничего я не чувствую! – начинаю я вырываться. – А ну, отпусти меня!

Ишь чего!

Признай!

Да ща-а-аз!

Генералов делает шаг назад, разжимает руки, и я сползаю по нему, пока не встаю на ноги.

Но эти секунды какие-то электрические.

Поэтому я отворачиваюсь, чтобы он ничего не прочитал по моему лицу, и, преодолевая сопротивление воды, злая иду к лесенке.

У самой цели я оборачиваюсь к Артёму:

– Ты первый!

Ещё не хватало, чтобы он пялился на мою мокрую задницу.

Не дай бог, умрёт от восторга.

Генералов же просто упирается руками в бортик и подтягивается.

Пижон.

В мокрых джинсах. С него льёт ручьём.

И я сейчас буду не лучше.

Смотрю, как он нога за ногу стягивает промокшие насквозь кроссовки, подходит ко мне и протягивает руку.

– Давай помогу.

Я уже поднялась на две ступеньки и с подозрением разглядываю крупную ладонь. Вот не доверяю я ему, но длинный набрякший подол путается между бёдер, и я боюсь споткнуться.

А рухнуть к ногам Генералова…

Это я не перенесу.

Посопев, я всё-таки вкладываю пальцы в его ладонь, и он почти рывком достаёт меня из бассейна.

Это звездец.

– Из-за тебя я вся мокрая! – обвиняю я Артёма.

– Недостаточно, – отзывается он, отправляясь куда-то в сторону мини-холодильника.

Оказывается, там имеется встроенный шкаф.

Сдвинув панель, Генералов выуживает оттуда махровое полотно и бросает его мне.

Полотенце – это, конечно, круто, но оно мало что может спасти в моей ситуации.

Однако Артём в своих изысканиях не останавливается. На свет появляются два белых вафельных халата.

– Могу предложить это, – он помахивает шкуркой, висящей на пальце. – Или сауну.

Я выхватываю халат. Но надевать его на мокрое платье смысла нет.

Генералов же, накинув свой, спокойно расстёгивает джинсы и, нисколько не смущаясь, снимает их.

У меня глаза лезут на лоб. Честно говоря, я уже думала, что и боксеры снимет, но он только запахивает халат и завязывает пояс.

– Теперь твоя очередь, – выдаёт вконец офигевший товарищ.

– А морда не треснет?

– Предлагаю проверить.

Мне стесняться нечего, но это звучит так, будто меня берут на слабо́.

И согласишься – поведёшься на тупой развод, и откажешься – вроде как струсила.

И я никак не могу определиться, что в моём случае предпочтительней и меньше ранит самолюбие.

– Я даже организую тебе атмосферу, – Генералов подходит к столу в дальнем углу бассейна, берёт пульт, что-то нажимает и запускает медленный трек. Мелодичные звуки заполняют пространство.

Более того, Артём усаживается на стул нога на ногу и демонстративно складывает руки на груди.

Ах ты, паразит!

Смешно тебе?

Сам напросился!

У меня падает забрало.

Покачивая бёдрами под музыку, я медленно подхожу к Артёму и швыряю в него тряпками. В каком-то фильме была такая сцена, сейчас отыграю.

Расставив ноги, я берусь за поясок и под насмешливым взглядом начинаю его неторопливо развязывать.

Когда до Генералова доходит, что я не планирую останавливаться, ухмылка застывает на его лице.

Расправившись с поясом, я отцепляю крючок, удерживающий полы запашного платья, и отпускаю их в свободное плаванье.

Бельё на мне сегодня не игривое, но Артём пожирает меня глазами так, будто видит не плотные белые шортики с заниженной талией и не простой белый бюстгальтер, лишённый кружев, а нечто весьма эротичное.

Сглотнув, он подаётся вперёд. Широко расставив ноги, Генералов опирается на колени локтями, и я практически чувствую его дыхание у себя на животе.

В какой-то момент я даже перестаю слышать музыку.

Артём поднимает на меня напряжённый взгляд, и мы вязнем в этом зрительном контакте.

Скидываю мокрое тяжёлое платье, позволяя Генералову немного полюбоваться моими изгибами.

Но хорошенького помаленьку.

Наклонившись и положив руки ему на плечи, я слегка надавливаю и возвращаю его к спинке стула.

Между нами ничтожные сантиметры.

Глаза Генералова темнеют, и черты лица заостряются.

У меня вдоль позвоночника бьют колючие молнии.

Я провожу рукой по его шее вниз к груди, к животу…

И над самым пахом забираю скомканный халат и мгновенно в него заворачиваюсь.

Артём поднимается и встаёт надо мной.

Мне кажется, от него так шпарит жаром, что бельё на нас сейчас высохнет.

Вздёргиваю подбородок. Вот так вот. Знай наших.

Генералов прищуривается:

– Ты всегда была занозой!

Глава девятая. Немного о дрессуре

Я?

Я была занозой?

– Кстати, а чего ж ты сделал вид, что меня не узнал? – ядовито интересуюсь я. – Или не сразу вспомнил?

– Сразу, Зоя Сергеевна, сразу. Как увидел тебя, в ту же секунду на зубах мел почувствовал, который ты мне так щедро насыпала в какао в школьной столовой.

– Что ж ты, как неродной был?

– Ты б себя видела, кобра. Одно неверное движение, и ты бы меня угандошила.

Приподнимаю брови:

– И тем не менее ты решил вызвать именно меня. Совсем, что ли, отбитый? Или скажешь, не знал, что это я приеду? Не поверю. Ты уже прокололся.

– Знал, – ухмыляется Генералов. – Более того, отменил командировку по такому случаю.

– Вот ты точно не меняешься, – закатываю я глаза. – На что угодно пойдёшь, чтобы мне нагадить.

– Не надо преувеличивать, Беда. Но это того стоило, да.

И тут я обращаю внимание, что кто-то поглаживает халат на моей груди.

– Капельки для особо ретивых у меня по-прежнему с собой, – напомнила я.

– Боишься дрогнуть, Бедуля? – подкалывает меня Артём, а в глазах его буквально вызов: «Давай, рискни!».

– Я? – наигранно изумляюсь. – Не слишком ли много ты о себе думаешь?

– Ну ты же приехала, Зой.

– Ой всё!

Мне нужен тайм-аут!

Я разворачиваюсь, чтобы покинуть этого невыносимого типа.

Потом вспоминаю, что платье моё валяется в луже на полу.

Поднимаю его, делаю шаг и…

Чуть не наворачиваюсь в своих босоножках на мокром кафеле.

Пипец! И как я на своём стриптизёрском пути не загремела-то?

Я и сейчас уже зажмуриваюсь, представляя, как треснусь об пол, но Генералов снова демонстрирует свои хватательные рефлексы и успевает меня поймать.

Прижатая спиной к его груди, я несколько секунд слушаю оглушительный стук собственного сердца. Напугалась я знатно.

Но, переведя дух, я вдруг улавливаю, и сердцебиение Артёма. Только в отличие от моего успокаивающегося, его набирает обороты, ускоряясь и отзываясь во мне волнением.

Внезапно остро ощущаю его дыхание у себя на макушке.

Чёрт!

Как кипятком обдаёт.

Чувствуя, что пахнет палёным, я вырываюсь из хватки, но Генералов не позволяет мне уйти. Удержав меня за плечо, он опускается на корточки и расстёгивает ремешки моих босоножек.

Пальцы у него сильные и горячие. И мне не по себе.

Нет, нет и нет!

Я не позволю Генералу поставить ещё одну галочку в списке своих побед!

– Очень любезно с твоей стороны, – выговариваю я, стараясь, чтобы голос не дрогнул. – И будет совсем чудесно, если у тебя есть фен.

– Есть, – отвечает Артём, глядя на меня снизу своими невозможными глазами, и бесит меня этим ещё больше, потому что я, сто пудов, уверена, что сам он феном не пользуется.

Небось, дизайнерша сушится.

– Тогда не тяни. У меня дел полно́. Поигрались и хватит, – обрубаю я, почему-то чувствуя себя обиженной.

Генералов поднимается и как-то обещающе произносит:

– Я ещё не начинал.

– Ну, кончишь без меня, – фыркаю я независимо. По крайней мере, я очень надеюсь, что у мокрой как мышь меня этот выходит именно так.