Всё, что я о ней помню - Бородачев Антон - Страница 33

— Нам нужно выбираться отсюда, — проговорил я, но в глубине души сам понимал, насколько нереальной сейчас была эта мысль.

— Нет, не «нам»! ТЕБЕ нужно выбираться отсюда.

— Я не оставлю тебя.

— Тебе придется, — ответила Кристина, а потом кивнула в сторону тумана белой стеной висевшего примерно над серединой озера. — Я призрак… Я не смогу пробиться на ту сторону…

— Но мы можем хотя бы попробовать.

— Нет, — ответила Кристина. — На той стороне я все еще мертва, и ты не можешь знать наверняка, чем обернется такая прогулка. В реальном мире нет места для призраков. И ты знаешь это не хуже меня.

— Тогда я тоже останусь… Один раз я уже потерял тебя и не собираюсь делать это снова. Мы останемся здесь — так долго, как только будет возможно. Ты же сама говорила так?!

В какой-то момент мой голос перешел на крик. Я сделал несколько шагов назад и обернулся к озеру, но в следующий момент Кристина подошла ко мне и просто обняла сзади.

— Ты должен уйти, — проговорила она очень тихо. — Это наш единственный шанс. «Мон-Сен-Мишель» погибает. Очередная буря просто сметет его с лица земли, и он рассыплется, как карточный домик. Это произойдет — хочешь ты того или нет. А все призраки исчезнут с ним вместе.

Я поднял глаза вверх и вдруг улыбнулся, как будто пытаясь так заглушить ту боль, которая все сильней сжимала мое сердце.

— Так значит, все это было лишь для того, чтобы снова отобрать тебя у меня?

— Нет, — ответила Кристина. — Точнее… Я не знаю… Но если у нас всех еще есть шанс, то он НЕ ЗДЕСЬ — он где-то ТАМ, на той стороне тумана, куда я не смогу пробиться. Поэтому ты должен уйти… Чтобы спасти нас всех… Или, по крайней мере, попытаться…

Я обернулся к Кристине. Ее глаза смотрели прямо на меня, как будто затягивая меня в свой омут из десятков оттенков синего, зеленого и серого.

— Ты, правда, думаешь, что это наш единственный шанс?

— Да, — проговорила Кристина, а потом вдруг улыбнулась мне. — Помнишь, мы вчера хотели проверить, куда уводят те рельсы в лесу? Так вот… Может тебе стоит этим заняться?

Я кивнул: «Я постараюсь вернуться».

Со стороны озера прилетел порыв холодного ветра, и я невольно поежился — то ли от вездесущего холода, то ли от мысли о скором расставании с Кристиной. Я старался не думать ни о чем, но первое время получалось не очень. Я обвел взглядом горы, леса вокруг них; озеро, замкнутое среди пологих склонов, и огромный старый отель вдалеке, похожий на остров, посреди бескрайного моря. Я хотел запомнить эти места навсегда и в то же время запретить себе даже думать о том, что я могу больше никогда не вернуться в это место.

— Пошли, — сказала Кристина через пару секунд, вырывая меня из водоворота мыслей.

— Пошли, — повторил я, и, взяв ее за руку, зашагал в сторону леса — туда, где стоял старый полуразвалившийся вокзал возле долгой колеи проржавевших рельсов. Я представлял себе туман вдалеке, город за ним и еще одну железнодорожную станцию, куда я приехал два дня назад на том поезде, которого нет в расписании. Картинки кружились в моей голове, и не думать ни о чем никак не получалось. И тогда, словно меняя стратегию, я просто решил заменить одни мысли другими. И уже секунду спустя это принесло свои результаты.

— Помнишь, тот день, когда мы познакомились? — спросил я Кристину и тихо улыбнулся. — Я подошел к тебе и заговорил, но, как я ни пытался, весь этот год у меня все никак не получалось вспомнить, что это были за слова, которые я сказал тебе в самом начале.

Кристина улыбнулась в ответ, но потом еще какое-то время молчала, как будто вновь теряясь в своих воспоминаниях.

— Ты сказал, что, знал меня в прошлой жизни… — ответила она после недолгой паузы. — И знаешь… Учитывая все то, что произошло с нами за весь этот год, сейчас эта мысль не кажется мне такой уж безумной.

— Прогулки с призраками у края вселенной…

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

Путь до железнодорожного полотна занял не больше 10 минут. Еловый лес накрыл меня запахом хвои, и от этого предчувствие скорого расставания сделалось особенно острым. Мы шли с Кристиной в полной тишине. И только добравшись до старой железнодорожной станции, решились, наконец, прервать висевшее между нами молчание.

— Туман стал ближе, — сказала Кристина, глядя на разорванные линии рельс, теряющиеся в белесой дымке. — Вчера он начинался заметно дальше от станции, а теперь до него всего десяток метров.

— Прилив, — безразлично проговорил я и, отпустив ее руку, сделал первый шаг в сторону белого марева.

— Будь осторожен там. Ладно?

— Ладно… — кивнул я. И Кристина добавила: — Я подожду тебя здесь, возле станции.

— Хорошо. Главное держись подальше от отеля. Я постараюсь вернуться как можно раньше…

Кристина улыбнулась: «Иди и не волнуйся за меня. Это я сейчас должна за тебя волноваться».

Сказав это, она сделала шаг мне навстречу и поцеловала меня в губы. Один поцелуй — очень короткий и очень быстрый, так целуют тех, с кем скоро увидишься снова. Я хотел сказать еще что-то, но потом передумал. Слова казались лишними. И все, что я позволил себе — это один единственный взгляд, и секунду спустя зашагал туда, куда уводили линии проржавевших рельсов. Туман клочьями клубился вокруг меня. Я чувствовал его, вдыхал вместе с каждым глотком воздуха. И чем дальше я уходил, тем плотнее он становился. И уже было неважно — полдень сейчас или раннее утро. Все вокруг терялось в этой белой дымке.

Чтобы не сбиться с пути я шел медленно, время от времени поглядывая на рельсы под ногами. Звуки тонули в окружающей пустоте, и в какой-то момент мне стало казаться, что весь мир исчез, как буквы, стертые с белого листа бумаги. Мои мысли снова вернули меня к Кристине. Я представил, как она, стоя где-то там, на другой стороне, провожает меня взглядом. И в эту секунду мое решение уйти вдруг показалось мне просто глупой авантюрой. Даже если я смогу добраться в город, как это может помочь ей? Что такое я могу найти там — в другом мире — что помогло бы спасти «Мон-Сен-Мишель» от неминуемой гибели? Я подумал об этом и вдруг понял, что шел вперед без какого-либо плана и даже отдаленно не представлял себе, что должен сделать, когда окажусь на другой стороне. Осознание этого заставляло меня злиться. Я корил себя за то, что решил уйти, и мысль о том, чтобы развернуться и пойти обратно с каждой секундой казалась все более соблазнительной.

На обдумывание этой идеи я потратил еще пару минут, однако этого оказалось вполне достаточно для того, чтобы изменить все самым кардинальным образом. Туман вокруг меня стал постепенно рассеиваться, и уже совсем скоро я снова стал различать что-то помимо этого белесого полотна. Сначала я увидел деревья, которые все так же возвышались по обе стороны от меня. Потом небо над головой. А еще полминуты спустя впереди замаячили обрывки рапсового поля, от ярких красок которого сейчас почти рябило в глазах. Я вышел из леса, и туман вокруг меня сделался почти неразличимым. Под моими ногами все так же тянулись рельсы, но теперь они заворачивали уже немного вбок в сторону тех самых полей и маячившего где-то на отдалении города.

Я обернулся назад: коридор из деревьев остался прямо у меня за спиной и теперь выглядел, как портал в параллельную реальность. Небо над головой сделалось почти алым, как это бывает незадолго до заката. И на контрасте с серым утренним небом, которое осталось где-то по другую сторону рельс, это все выглядело как-то особенно странно. Я понимал, что закат не мог начаться так резко. И эта мысль вдруг заставила меня задуматься о том, где я оказался. Мир вокруг не имел ничего общего с реальностью, словно в этот момент я находился внутри картины или какой-то ожившей фотографии.

«Еще одно воспоминание, как в комнатах Мон-Сен-Мишеля» — подумал я. Но уже в следующую секунду попытался выбросить эту мысль из головы и просто двигаться дальше. Если я хотел найти ответ, это было единственным толковым решением.