Кукла Яся (СИ) - Джолос Анна - Страница 66

— Я с тобой! Боюсь тут одна оставаться.

Брюнетка опять тащится следом и мне уже похер, если честно.

Обходим разрисованное в хлам здание. Спускаемся к подвалу. Стучу. Руками-ногами.

— У них, похоже, пароль какой-то есть.

Продолжаю тарабанить.

— Эй, Кир, вот тот парень собирался сюда, но передумал, увидев нас, — показывает на удаляющуюся спину пешехода, одетого в цветную, яркую куртку.

Сцепив зубы, нагоняю.

Разворачиваю.

Хватаю за дутый ворот.

— What’s up, guy? [(с англ.) В чем дело, парень?] — лупится он на меня испуганно.

— Со мной идёшь.

Глава 41

За месяц до…

Яся

— Годовой контракт, Бортич! Можешь себе представить?

— Угу.

— Они выбрали именно тебя, понимаешь?

— Понимаю, — отзываюсь равнодушно.

— А по-моему, ни черта ты не понимаешь, — вздыхая, качает головой наш PR-директор Элен. — Ты только представь. Это же, мать его, Париж! Родина Коко! Престиж! Люкс! Внушительный гонорар!

— Мне и здесь отлично платят.

— Здесь — это здесь. Америка тебя знает и любит, — отмахивается она. — Давно пора расширять горизонты. Франция даст тебе новый уровень.

Раньше я непременно порадовалась бы этой поездке, но сейчас…

— Не хочу ничего менять. Меня всё устраивает.

— Зато руководство не устраивают твои бесконечные выходки, Ясь.

— И о чём конкретно речь?

— Мне как, огласить весь список?

— Давай.

— Что ж. Начнём, — берёт в руки свой вездесущий блокнот. — На прошлой неделе ты не явилась на три кастинга и фотосессию. Потому что…

— Перепила и проспала.

— Блеск!

— Штраф заплатила, так что предъявы уже как-то не в счёт.

— Потом ты чуть не опоздала на показ.

— Успела же по итогу на свой выход.

— Заставив нервничать уйму людей!

— Что там следующее? — цокаю языком раздражённо.

— Дебош в клубе.

— У меня был выходной, имею право. Дальше давай.

— Пропала с радаров на двое суток после того, как послала в далёкое пешее путешествие самого Марио де Франко!

— Гнусный старикан-кутюрье! Я не собираюсь слушать те мерзости, что извергает его рот. Скажи спасибо, что я сдержалась и не долбанула этого мерзкого гнома по наглой, морщинистой роже.

— Этот, как ты выразилась, мерзкий гном, — довольно значимая фигура в мире моды.

— Мне фиолетово.

— Какая замечательная жизненная позиция! — цедит Элен сквозь зубы.

— Да. Советую ею воспользоваться.

— Саманта сказала, что в воскресенье ты отказалась сопровождать Говарда на благотворительном балу.

— Сколько можно разыгрывать этот цирк? Я — не эскортница. Пусть наймёт себе кого-то из их числа. Проблем-то, — беру яблоко из вазы и с хрустом его надкусываю.

— Ему нужна была именно ты.

— А ещё в тот вечер я нужна была компании бездомных собак приюта “Big pow”. Выбор очевиден, не правда ли?

Она закатывает глаза.

— Продолжишь? Или на этом список моих преступлений заканчивается?

— Конечно же нет!

— Хм.

— Взять хотя бы недавний кинофестиваль.

— А что там было? — вспоминаю, нахмурившись.

— Ты прошлась босиком по красной дорожке.

— И чего?

— И того! Так нельзя! Это нарушение правил! — кудахчет блондинка возмущённо.

— Мне нужно было умереть в тех жутко неудобных туфлях?

— Да!

— Нет.

— Надо было перетерпеть, Ясь.

— Сняла и сняла. Ничего страшного не произошло ведь, — беззаботно пожимаю плечом.

— А как насчёт after-party Вичински? Что ты там устроила? — захлопывает блокнот.

— Немного повеселилась. Было ужасно скучно… — закидываю ноги на соседний стул, но суровая Элен их тут же сбрасывает.

— То есть обворовать гостей и поджечь подол дорогущего платья — это, по-твоему, весело? — её татуированная бровь ползёт вверх.

— Я им всё вернула, это во-первых. А во-вторых, та дамочка в красном назвала меня проституткой. Притом, что её муж сам подкатил ко мне.

— Господи Боже! Это несерьёзно, Ясь! Скандал на скандале. С тобой стало слишком сложно работать!

— Если честно, я устала.

— Что-что? Устала?

— Ага.

— Да ты обалдела, моя милая! В двадцать шесть тебя всё ещё хотят видеть на подиуме! Нужно благодарить за это матушку-Вселенную и пахать-пахать-пахать!

— Надоело мне. Я уже семь лет в этом режиме существую. Веришь, даже не поняла, как они пролетели. Кастинги. Съёмки. Показы. Вот скажи. Ради чего всё?

— Как это ради чего? Ты заработала себе имя!

— Счастливее от этого не став, увы. Кому я нужна по факту? — невесело усмехаюсь. — Агентству, имеющему с меня приличную долю заработка? Мужикам, возжелавшим купить себе куклу на вечер?

— Немедленно прекрати себя жалеть! Ты — топ модель. Миллионы девочек готовы душу продать за то, чтобы оказаться на твоём месте.

— Ну и дуры! Я даже собаку завести не могу, живя в таком ритме. Так бы может, хоть она меня любила бы.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Сглатываю тугой ком, вставший в горле.

— Собака! Тоже мне желание!

— Нормальное желание.

— На пенсии заведёшь.

— Я до неё не доживу.

— Ясь, — Элен снова вздыхает. — А теперь давай поговорим откровенно.

— Только не этот взгляд.

— Что с тобой происходит? Ты вознамерилась похерить свою карьеру?

Молчу.

— Антидепрессанты, выписанные врачом, принимаешь?

— Они мне больше не помогают.

— Значит нужно подобрать другие, сменив специалиста, если того требуют обстоятельства.

Киваю.

Просто чтобы она как можно быстрее от меня отстала.

— Ты стала часто употреблять алкоголь.

— Я не могу расслабиться, что ли?

— Это путь в никуда, имей ввиду.

— Ага.

— Яся! Париж — это твой шанс прийти в себя. Пока ты окончательно не утонула в своей депрессии.

— Я тебя услышала.

— Поезжай. Докажешь агентству, что ты — всё ещё наша главная звезда. Отвлечёшься от всего того дерьма, что грузом лежит на сердце. Развеешься в конце-концов.

Растягиваю губы в натужной улыбке.

Отвлечёшься.

Да-да… Проходили.

— Ответ нужно дать в следующий понедельник. Не затягивай с решением. Ты должна согласиться. Поняла меня?

Встаю.

Должна. Должна. Должна.

Как вы все задолбали…

Когда мне плохо и грустно, я спускаюсь в метро. Выбираю себе какое-нибудь направление и еду туда для того, чтобы просто побродить по улицам.

Сегодня останавливаю выбор на Брайтон-Бич. Я уже гуляла здесь пару раз, и это место отозвалось во мне как-то по особенному. То ли радуют глаз попадающиеся на пути русскоязычные баннеры, то ли ласкают слух звучащие на родном языке ругательства.

Как бы там ни было, в такие минуты ты испытываешь нечто необъяснимое. Вроде как, это зовётся тоской по Родине. И если вы спросите, скучаю ли я по России? Я отвечу, что да, скучаю до сих пор. Больше всего по окружавшим меня людям и тем беззаботным временам моей юности, о которых за последний год я слишком часто вспоминаю.

Сижу на скамейке, прямо на набережной. Смотрю на холодный океан. Поёжившись от порыва ветра, прячу руки в карманы.

— Сколько?

— Да ты гонишь!

— Отвечаю, там брюлик!

Оборачиваюсь. Глядя на подозрительную компанию парней, громко спорящих между собой, опять невольно возвращаюсь к мыслям о своих мальчишках.

Обаятельный Паровоз.

Дурашливый Череп.

Задумчивый Клим.

Простодушный Кабан и лёгкий на подъём Калаш.

Стоит лишь прикрыть глаза и вот все они за одним столом. Сидят, уплетают за обе щеки нашу с Сашкой стряпню. Шутят. Улыбаются. Подкалывают друг друга. Весёлые, молодые, счастливые.

Как же давно это было! И как же сильно хочется вернуться в те дни…