Запрет на любовь (СИ) - Джолос Анна - Страница 54

Паша поворачивается к нам с Илоной. Филатова робко подсаживается слева. Примыкает к нам и Ромасенко, потому что у Свободного в команде уже пять участников.

— Ну чё, погнали? Пиши, Тата. У тебя почерк прикольный, — Горький отдаёт мне шаблон. — Первое. Обеспечение семьи денежными средствами.

— Второе. Планирование расходов семейного бюджета, — продолжает Полина.

— С важного надо начинать, алё! Приготовление завтрака-обеда-ужина, — недовольно бросает Максим.

— Мытьё посуды, — добавляю ниже.

— Вынос мусора.

— Пхах.

— Глажка белья.

— Ненавижу, — признаётся Полина. — Вечно после курортников стираем-сушим-гладим. Бесконечная песня.

— Походы по магазинам.

— Оплата коммунальных услуг.

— Уборка квартиры.

— Смена памперсов и прочая лабуда, связанная с ребёнком, — подключается Илона, выводя чёрными чернилами узор.

— Ох, блин, точно? Там же ещё и ребёнок может быть…

Тук-тук.

— Здрасьте, Юрий Леонидыч.

Этот голос вынуждает оторвать глаза от листка.

В дверях стоит Марсель. Загорелый, улыбающийся, невообразимо кучерявый и какой-то… по особенному красивый.

— О, Абрамов из Дубаёв прикатил в родные пенаты!

В классе мгновенно становится шумно.

Вернулся.

Радуюсь этому внутри сильно-сильно.

— Можно войти? Сорян за опоздание.

— Заходите, конечно, — разрешает Кирилюк. — Матильда Германовна предупреждала насчёт вас.

Пока Марсель идёт к своей парте, на него обрушивается целый поток вопросов.

— Ну чё, красавчик? Как там в Эмиратах? Жарко? Офигенно? Сколько лететь? Какая температура?

— Потом пообщаетесь, ребята. Не срывайте урок, пожалуйста, — Юрий Леонидович стучит по столу.

— Здорово, бро, — Горький тоже рад видеть товарища.

Жмут друг другу руки и обнимаются, когда Марсель занимает своё место.

— Привет, девчонки, — поворачивается к нам. Подмигивает мне. — Скучала, Джугели?

— Вообще нет, — демонстративно закатываю глаза.

Кивает, усмехаясь.

Смешно, конечно. Мы ведь каждый божий день переписывались. Утром. Днём. Вечером. Ночью.

— Вы записали обязанности супругов. Теперь проставьте рядом Ж и М, распределив, какие из них являются женскими, а какие мужскими. Давайте озвучим.

Класс начинает отвечать.

— Чё тут у вас интересного? — Марсель склоняется ближе к листку и наши лица разделяют какие-то несчастные сантиметры.

— Бытовые дела обсуждаем.

— Тата, ставь вынос мусора Ж, — советует Паша.

— Да с чего это? — не соглашается Илона.

— Как это с чего? Женщина выносит мусор.

— Нет.

Они начинают спорить.

— Что там у вас такое? — интересуется учитель, проходящий по ряду.

— Не могут решить, кто должен выбрасывать мусор, — объясняет проблему Полина.

— Да забейте, ставьте ЖМ, можно же по очереди это делать. Чё за проблема? — пожимает плечом Кучерявый.

— Правильные мысли, — одобряет Юрий Леонидович. — Есть теория о том, что не существует женских и мужских обязанностей. Часть дел можно выполнять вместе, не стоит перекладывать что-то полностью на другого человека. Нужно стараться искать компромиссы.

— Легко в теории, на практике — провал.

— А теперь давайте проведём тест и узнаем, чистого интереса ради, насколько вы готовы к браку.

— Чё?

Волна возмущения сливается со смешками.

— Передаём по кругу листок в группе. Каждый из вас напротив всех пунктов ставит первую букву своего имени и количество баллов. Один, если способен делать это хорошо. Ноль целых, пять десятых, если плохо. Ноль, если не способен вообще. Далее подсчитываем общее количество баллов.

— Вебер, кто тебя в жёны возьмёт с такими результатами? — качает головой Паша.

— Я туда не стремлюсь.

— Зато на Марселя посмотрите. Везде по максимуму.

— Так я реально всё умею, — ставит двойку напротив графы про смену памперсов.

— Ну что? Подведём итоги? — предлагает преподаватель. — Сейчас руки поднимут те, у кого баллов получилось в сумме мало.

Зайцева. Вебер. Ромасенко. Петросян. Свободный. Петров и другие.

Там процентов пятьдесят наберётся. Добрая половина класса, если не больше. Многие руки подняли.

— До института брака, ребята, вам ещё расти и расти. У кого средний результат?

Шесть человек. В их числе Горький и Котов.

— С вами ситуация получше. Прокачиваем навыки, которые хромают.

— Ещё чего. Пусть сама посуду свою моет, — возмущается Котов, скосив взгляд на Вепренцеву.

— Свою помою. А ты, будешь из одноразовой есть. Дёшево и удобно, — язвительно отзывается та.

— Ну и наконец, посмотрим на тех, кто к браку уже готов. Поднимайте руки, у кого сумма баллов совпала или почти совпала с количеством обязанностей.

Трое.

И все в нашей команде.

Я, Полина. Марсель.

— О-о-оу.

— Абрамов, женись на мне, — вопит Ковалёва.

Да-да, вы не ослышались. Вику оставили в школе, но лишь потому что я не подтвердила деду и администрации тот факт, что это она меня толкнула.

Не спрашивайте, почему я так сделала. Мне это нужно было. Ребята зауважали меня ещё больше, а вот с ней ситуация стала равно противоположной.

— Не, Ковалёва, ты в пролёте. Рожать же не собираешься, типа за фигурой следишь, а мне нужно много детей.

— Много детей? На фига? — брезгливо кривится она.

— Не знаю, мне так хочется. Это же прикольно, когда ты можешь вырастить себе подобных. Как в игре, знаете, наделив их какими-то качествами или способностями.

Звенит звонок.

— Всем спасибо за активность!

Попрощавшись с Юрием Леонидовичем класс сбивается в толпу, окружив Марселя со всех сторон.

— Ну теперь рассказывай чё и как. Фотки — огнище. Раздразнил всех.

— Это всегда пожалуйста.

— Бурдж-Халифа[26] стоит ещё или песком снесло?

— Стоит.

— В пустыне был. Понравилось?

— Мы с батей катались на багги[27]. Прикольно.

Собираю вещи, складывая их в рюкзак.

— Русских в Дубае много?

— Много. Почти на каждом углу русскую речь слышно.

— Острова Джумейра, или как их там, видел?

— Видел. Красиво выглядит.

— Пообщался с арабами?

— Нет.

— А с арабками?

— Всё, отвалите, а. Сувениры завтра притащу и раздам. Всем привёз.

— Е-е-е.

Встаёт с парты. Цепляет меня за руку и ведёт через толпу к выходу.

— Они не отстанут так просто.

— Да плевать на них.

Выбравшись из класса в холл, подходим к окну, за которым идёт дождь.

— Вот теперь привет, Джугели, — обнимает меня крепко-крепко. Целует в макушку.

В этот раз я позволяю ему это сделать. Ничего ведь криминального не происходит, да?

Чтобы вы понимали, мы реально с ним за эти три месяца сдружились. По началу было очень непросто, но потом всё как-то само собой пошло. Удалось поймать баланс.

Марсель помог мне адаптироваться. Стал неким проводником. Показал город. Научил плавать. Отвёл в местную секцию по теннису. Там я провожу теперь четыре дня в неделю…

Благодаря девчонкам, Абрамову и его друзьям я перестала чувствовать себя плохо и, можно сказать, влилась не только в школьный коллектив, но и в новую жизнь.

— Скажи, что скучала, вредина, — волнующе приятно вибрирует его голос.

— Разве что совсем немного, — утыкаюсь в шею, прикрывая глаза.

Мне тебя так не хватало.

Вслух не скажу, нет.

— Ты ещё похудела за эти десять дней, — отрывает от пола и проходит несколько шагов вместе со мной вперёд.

— Тебе кажется.

— Да ни хера! Не гони мне, Джугели, — ставит на плитку, наклоняется и шумно втягивает носом воздух.

Вдыхает аромат моих волос.

Бзик у него такой, и я всё никак не могу привыкнуть. Каждый раз покрываюсь мурашками, когда он делает это.

— Я написал две песни. Пойдёшь слушать?

— Куда? — отклоняюсь назад.