Прости за любовь (СИ) - Джолос Анна - Страница 105

Грустно улыбнувшись, качает головой.

Такой ранимой девочкой-девочкой сейчас кажется.

— Мне вдруг в моменте так захотелось это сделать… Понимаешь?

— Понимаю.

— В общем, я поцеловала его.

— И как отреагировал Паша?

— Не ожидал. Наверное, в первые секунды растерялся. Хотя это ему вообще несвойственно.

— Оттолкнул?

— В том-то и дело что нет. Но волшебство, увы, продлилось недолго. Он быстро пришел в себя. И началось. Извини. Ты сестра моего лучшего друга, я очень уважаю и люблю твою семью, у меня к тебе братские чувства и всё такое.

— Как общались после?

— Да почти никак. Он уехал и пропадал где-то у родственников всё лето. Я — строчила ему сообщения. Призналась в том, что влюблена. Ждала ответа, которого так и не получила. Жутко страдала. Каждый день без него страдала! Привыкла, что он всегда рядом. Всегда в нашем доме.

— А дальше что было?

— Дальше началась школа. Он появился там числа седьмого. Загорелый. Высокий. С тату. И я к нему значит в коридоре на всех парах несусь. Налетаю. Обнимаю, радуюсь. Говорю, что скучала дико. Спрашиваю, почему не отвечал.

— А он?

— А он — глыба ледяная. Обозначил сразу, что про эпизод на пляже мы забываем. Сказал, что относится ко мне как к младшей сестре. Попросил никогда больше не писать ему «всю ту чушь, что присылала».

— Ясно.

— Я, естественно, так это не оставила.

— Ты начала его провоцировать, — догадываюсь.

— Да. Потому что знаешь, Паша говорил одно, а я при этом замечала другое. Его злил тот факт, что вокруг меня появились мальчишки. Я нарочно его дразнила. И со временем так заигралась в эти игры… С Рассоевым вон даже замутила.

— В машину к нему села нарочно?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Конечно. Проигнорировав воспитательную беседу с названным братом. Он велел не связываться с ним, я поступила ровно наоборот.

— И чуть из-за этого не пострадала, — с укором на неё смотрю.

— Я не подумала о том, что он начнёт так нагло ко мне приставать.

— Очень плохо. И о том, что брат с друзьями могут оказаться за решёткой, ты тоже не подумала.

— Эй! Если бы не я и вся та ситуация, вы бы вообще не познакомились!

— Мы бы познакомились первого сентября.

— Это знакомство не было бы столь эпичным.

Моя очередь качать головой.

— Ладно, идём.

— Тата, — цепляется за локоть. — Марселю ничего не рассказывай, пожалуйста. Я Горькому слово тогда дала. Не простит ведь.

По лицу вижу, очень боится, что разболтаю обо всём брату.

— Не расскажу, — обещаю, вздыхая.

— Спасибо.

Покидаем пустой ресторан.

Выходим на улицу.

Полинка выстраивает гостей для общего фото, а я под пристальным взглядом своего жениха спускаюсь по ступенькам.

— Марьяна, где мои очки? — обращается к жене дед Игорь.

— На столе, наверное.

— Какого ж хрена ты не взяла их? Ну-ка неси!

— А больше ты ничего не хочешь?

— Неси, сказал, я ни черта не вижу!

— Уймись, старый дурак.

— Ты платье где оставила, эксДжугели? — Марсель ловит меня в свои объятия.

Смеюсь.

— Красавчик. Такую куклу отхватил.

— Ну-ка быстро отвернулись все, — бросает пацанам, шутя.

— Жених и невеста, в центр, пожалуйста, — командует наша неугомонная активистка.

— Филь, тебе может реально профессию сменить? Чё гнить в школе зазря, — приобнимая Риту за талию, предлагает Максим.

— Я подумаю. Встали красиво все! Замерли! Не зеваем, не моргаем, улыбаемся в камеру. Сыр!

Фотограф делает с десяток снимков, после чего гости дружно идут провожать нас за ворота.

— Давайте «горько» на бис! — кричит Чиж, уже когда мы подходим к мотоциклу.

— Горько! — поддерживают его ребята.

— Горько, молодые!

Целуемся. Уговаривать долго не надо. Нам только возможность дай, если честно.

— Один. Два… Пять. Девять…

Хором считают, а над головой вдруг начинает взрываться самый настоящий фейерверк.

Небо гремит и заливается яркими красками.

Как на день города прямо.

Красиво.

— Всё, я тебя похищаю, жена. Садись, — кивает назад.

— С радостью похищаюсь.

Устраиваюсь на мотоцикле и машу девчонкам, пока он пару раз демонстративно газует.

— Держись крепче, Абрамова.

Обнимаю его торс руками и радостно визжу, когда резвый Kawasaki срывается с места.

Мотоцикл привезли сюда на фуре. Мы решили, что по возвращении из свадебного путешествия, обратно в Москву поедем на нём, организовав себе ещё одно маленькое приключение, которое не реализовали в юности.

Мчим по трассе.

Пустая дорога.

Ветер навстречу.

Над головой усыпанное звёздами небо.

Я счастлива и я благодарю Бога за то, что он спас моего мальчишку когда-то на этой трассе. За то, что не забрал его к себе. За то, что дал нам шанс быть вместе.

— Не понял…

Десять минут спустя парень глушит мотор и озадаченно смотрит в мои глаза, полные слёз.

— Я просто… Вспомнила.

— Не надо.

Понимает о чём я, конечно.

— Тата… — гладит моё лицо, целует.

— Всё нормально. Где мы? — осматриваюсь.

— Идём кое-что проверим, — подмигивает, помогая слезть с мотоцикла.

Идём по зелёной аллее, выходим к каскадной лестнице и я узнаю это место.

— Ой! — от неожиданности вскрикнув, хватаюсь за его шею. Потому что он без предупреждения поднимает меня на руки.

— Задолбалась на этих своих каблах?

Улыбается и я улыбаюсь в ответ. Потому что он слово в слово повторяет то, что говорил тогда.

— Уже не возмущаешься и не сопротивляешься?

— Нет. Мне всё нравится.

— Правильно, привыкай.

— Будешь носить на руках?

— Всю жизнь, если Бог даст.

Поднимаемся наверх, не встретив ни души.

Ставит на ноги. Берёт за руку и сплетает наши пальцы.

Вот она. Беседка-корабль прямо перед нами.

Молча переглянувшись, направляемся туда.

На втором ярусе в углу на скамейке сидят в обнимку парень с девчонкой. На вид им где-то лет шестнадцать.

— Ты помнишь, где мы оставили наш кривой шедевр?

Растерянно смотрю на исписанные деревянные доски.

— Здесь, — подсвечивая окружающее пространство телефоном, безошибочно указывает на локацию нашего сердечка.

Определённо самостоятельно я искала бы его очень долго.

Подходим ближе.

Касаюсь пальцами шершавой надписи и в груди становится тесно от переполняющих чувств.

Марсель обнимает меня и целует в макушку.

— Говорю тебе, это он! — доносится до нас тихий шёпот.

— Нет.

— Проверим?

Да уж. Индекс узнаваемости моего мужа — отдельная песня.

— Марсель, мне очень нравится твоё творчество, — уже в полный голос говорит девчонка.

— Я рад. Спасибо.

— Зай, ущипни меня. Это ведь правда солист Города Пепла! — взбудораженно восклицает она. — Вы уже поженились? — таращится на моё платье.

— Да, но это пока секрет. Не выдавай земляка.

— Не буду. Поздравляю! Такая красивая пара!

— Вы чё сидите тут ночью, молодёжь? Предки-то не ищут?

— Ищут сто проц. Мы сбежали.

— Маш, — парень дёргает её за рукав, очевидно намекая на чрезмерную болтливость.

— Родители запрещают нам встречаться, — невозмутимо продолжает она.

— Почему?

— Считают, что Миша мне не подходит.

Вышеупомянутый Миша цокает языком и закатывает глаза.

— А сама что думаешь? — вступаю в диалог.

— Я его люблю, — чмокает мальчишку в щёку, притянув к себе. — И очень боюсь потерять.

— Никого не слушай значит.

— Не слушаю.

— Имена свои написали? — интересуется Марсель.

— Нет.

— Надо. И в сердце их обязательно загоняйте, — даёт от себя совет. — Это работает. Проверено.

— Ладно.

— Удачи, ребят. Берегите друг друга.

Цепляет меня за руку и тянет за собой.

Глава 49