Судьба начертанная кровью (ЛП) - Дженсен Даниэль Л. - Страница 83

Он нахмурил брови.

― Единственным человеком, который знал, куда мы направляемся, была Илва. ― Меня передернуло. ― Я была дурой, когда доверилась ей.

Бьорн резко покачал головой.

― Это бессмысленно. Когда ты обвинила ее в том, что она оставила послание с рунами, она отрицала это, а Бодил подтвердила, что она говорит правду.

― А что, если Бодил лгала? ― Эта мысль пронзила меня насквозь, потому что я доверяла Бодил. Полагалась на нее. Обнаружить, что она солгала мне, вступила в сговор с Илвой, с Харальдом…

― В этом нет никакого смысла, ― возразил Бьорн. ― Что Бодил могла выиграть от такого союза? И зачем Илве отдавать тебя, если она стольким пожертвовала ради судьбы моего отца?

― Потому что у нее сдали нервы из-за этого! Ты видел ее лицо, когда твой отец решил отказаться от Халсара, чтобы устроить засаду на Харальда, когда тот покинет Фьяллтиндр? Ее горе, когда мы вернулись и обнаружили, что Халсар сгорел, и ее гнев, когда твой отец отказался его восстанавливать. Ее страх, когда она слушала песню Стейнунн. Илва больше не хочет этой судьбы, и что может быстрее положить этому конец, чем отдать нас обоих Харальду?

― Ты, должно быть, ударилась головой, когда я сбил тебя с ног, ― огрызнулся Бьорн. ― Нет смысла отдавать тебя ее врагу. Лучшим способом был бы яд в наших кубках. Илва не союзница Харальда.

― Тогда кто? Ведь мы знаем, что среди нас есть предатель!

Прежде чем Бьорн успел ответить, наше внимание привлекла суматоха у причала Селвегра. Скади вернулась к своему драккару, и у меня свело желудок, когда половина воинов выбрались на причал, следуя за человеком, с которым говорила Скади, и вошли в деревню.

А затем вышли из нее с другой стороны.

Моя кожа покрылась мурашками, когда я поняла, в каком направлении они идут и куда ведет их этот человек.

― Моя мать.

Бьорн помрачнел.

― Она может просто допросить ее, Фрейя. Харальд послал ее найти тебя, иначе Селвегр и все его жители были бы мертвы.

― Ты уверен? ― потребовала я, мой пульс бешено колотился. ― Ты, несомненно, знаешь Скади со времен своего пребывания в Северных землях. Если моя мать не захочет ей помочь, ты уверен, что Скади не убьет ее?

Бьорн встал и потянул меня за собой, направляясь к лошадям.

― Неужели ты думаешь, что твоя мать не расскажет ей все, что она захочет знать?

Я прикусила губу, на глаза навернулись слезы.

― Я не об этом спрашивала.

― Скади ― убийца, ― ответил Бьорн. ― Но она верна Харальду и не пойдет против его приказов.

― Бьорн… ― Слезы текли по моим щекам, потому что именно из-за меня Скади была здесь. Из-за меня моя мать была в опасности. ― Скади причинит ей вред?

― Я не знаю. ― Бьорн пнул камень. ― Это… я не знаю, что он задумал, только то, что если мы пойдем туда, то сделаем именно то, чего он хочет.

Я сказала матери, что с ней покончено. Пришло твое время самой прокладывать свой путь в мире.

Ложь, потому что я отказывалась бросить ее.

Поймав поводья, я вскочила на спину лошади.

― Ты пойдешь со мной или мне придется справляться одной?

Бьорн сел в седло.

― Куда ты, туда и я, Рожденная в огне. Даже если это приведет нас к воротам Вальхаллы.

Я скакала впереди, ибо знала эту землю наизусть. Мы свернули за Селвегр, чтобы те, кто остались у драккара, не заметили нас, а затем спустились по узким тропинкам, которые привели нас к дальнему краю фермы моей матери. Мы спешились, оставив лошадей, и стараясь не шуметь поспешили сквозь деревья ― навыки охотника, которым меня научил отец, пригодились, а Бьорн, несмотря на свои размеры, почти не издавал звуков.

― Скади не промахивается, ― тихо сказал он. ― Ее стрела сделана из дерева не больше, чем мой топор из стали. Единственный способ убить ее ― застать врасплох, но ее инстинкты не знают себе равных.

― Но моя магия может блокировать ее стрелы, ― ответила я, крепче сжимая щит. ― Так же, как она блокирует твой топор и молнии Тора.

― Ее стрела летит не так, как у смертного, ― ответил Бьорн. ― Может показаться, что Скади целится тебе в лицо, а на самом деле она целится тебе в спину. Убей ее до того, как она выстрелит, или умрешь на месте.

Добравшись до опушки леса, мы пригнулись, прячась за кустами, и приблизились к дому моей семьи. Моя мать стояла в поле, вокруг нее паслись козы. Биргер был на крыше, вероятно, устраняя протечку, на которую жаловалась моя мать. Я открыла было рот, чтобы выкрикнуть предупреждение, когда он внезапно напрягся, и у меня перехватило дыхание при виде светящейся зеленой стрелы, торчащей из его затылка. Она почти сразу же исчезла, и Биргер упал навзничь, скатившись с крыши и приземлившись с сильным грохотом.

Моя мать вздрогнула, услышав звук и начала искать его глазами, но Биргер упал вне пределов ее видимости. Я попыталась встать, чтобы защитить ее, но Бьорн потянул меня вниз за мгновение до того, как Скади появилась из-за деревьев на другой стороне поля.

― Кто ты? ― требовательно спросила моя мать, вытаскивая из ножен короткий клинок, который она носила. ― Биргер! Биргер!

― Меня зовут Скади, ― ответила она, в ее голосе слышался северный акцент. Такой же, как у Бьорна. ― Я военачальник конунга Харальда.

Моя мать сделала шаг назад, но воины Скади окружили ее, и бежать было некуда. Я затаила дыхание, когда двое встали всего в нескольких шагах от кустов, за которыми мы прятались. Это означало, что у нас нет ни единого шанса подобраться достаточно близко, чтобы напасть на Скади, прежде чем она убьет одного из нас.

Пот струился по моей спине, пальцы, сжимавшие рукоять щита и эфес меча, были ледяными. Пожалуйста, взмолилась я Хлин, защити ее.

― Ты ― Кельда. Мать Фрейи, дочери Эрика, да? Также известной как Фрейя, Рожденная в огне, дочь Хлин?

Моя мать не ответила.

― Мы знаем, что это так, ― сказала Скади. ― Твой односельчанин привел нас к тебе.

Предательский ублюдок, хотелось кричать мне, но в то же время я понимала, почему он решил помочь ей. Он почувствовал опасность и решил защитить себя и своих близких.

― Твоя дочь приходила к тебе? ― спросила Скади. ― Она намеревалась.

― Почему ты хочешь знать это?

― Я не хочу, ― ответила Скади. ― А вот конунг Харальд хочет. Так что ты должна ответить мне, иначе тебя постигнет участь человека Снорри. ― Она ухмыльнулась. ― Он умер, сжимая в кулаке солому, так что я сомневаюсь, что он на пути в Вальхаллу.

Скажи ей правду, приказала я матери. Скажи ей то, что она хочет знать, чтобы она оставила тебя в живых.

Мать заколебалась, потом сказала:

― Она приезжала. Уехала час назад.

Рядом со мной Бьорн сжал в руке горсть грязи, костяшки его пальцев побелели.

Скади не ответила, только наклонила голову.

― На лошади, ― быстро добавила моя мать. ― С ней был сын ярла, Бьорн, известный как Огнерукий.

― Только вдвоем?

― Я видела только их, ― ответила моя мать. ― Возможно, их сопровождал кто-то еще. Она не сказала, куда направляется, но я думаю, что в Гриндилл. Если ты поторопишься, то сможешь их догнать.

Хорошо, тихо сказала я матери, хотя Бьорн рядом со мной зарычал. Умная мысль.

Скади медленно кивнула, затем посмотрела в сторону.

― Дом обыскали, да?

― Там никого нет, ― отозвался мужской голос. ― И следы копыт в грязи говорят о том же. Две лошади пришли и ушли, направившись в сторону фьорда. Ты хочешь, чтобы мы взяли лошадей в деревне и отправились в погоню?

Скади наклонила голову, ее взгляд был отрешенным, словно то, что она видела, было не тем, на что она смотрела.

― Нет. Думаю, у нас есть ответы, которые мы ищем. ― Она наклонила голову к моей матери. ― Ты была очень полезна.

Она повернулась, чтобы уйти, и ее воины последовали за ней. Я опустилась на землю, вздохнув с облегчением, потому что лучшего исхода и быть не могло. Моя мать была в безопасности. Скади не собиралась убивать ее. И мы теперь точно знали, что Харальд замышляет снова попытаться захватить меня.