Служба по расчету (СИ) - Хай Алекс - Страница 24

— Теперь ждем. Несколько минут. Я пока продолжу вливать эфир.

— А со змеей что делать?

— Пока держи защиту.

Секунды тянулись вечность. Я одновременно отслеживал течение эфира и глядел на экран. Сначала ничего, затем…

— Давление подросло, пульс уж шестьдесят…

Еще несколько секунд. Еще эфир. Пульс уже шестьдесят пять, давление — сто на семьдесят. Понемногу, потихоньку…

Экранчик загорелся зеленым, оповещая о стабильном состоянии. Я оглянулся на матушку.

— Кажется, работает.

Она вскочила, позабыв об аспиде и, не веря своим глазам, уставилась на экран.

— Может, я принимаю желаемое за действительное, но… У нее лицо розовеет!

Матушке не показалось. Эфир в теле Тани разогнался до оборотов центрифуги. Сейчас пойдет скачок всех показателей, когда кровь аспида вступит в последнее противостояние с ядом лярвы и нейтрализует эту дрянь навсегда.

Монитор снова загорелся, но на этот раз оранжевым.

— Я позову лекаря.

— Рано! Следи за монитором.

Пока что я решил надежнее заморозить змею. Помнится, в одном из залов Ордена была традиция вешать чучела некоторых интересных трофейных тварей, что вылезали из Искажений. И предмет гордости, и молодняку наглядное пособие. Этот аспид вполне мог бы занять почетное место, с учетом миссии, которую, сам того не ведая, выполнил. Только вот фигушки ты его, такого ядовитого, обработаешь. Это ж сколько таксидермистов поляжет…

— Леша! — Позвала матушка. — Кажется, она просыпается.

Я мгновенно развернулся и в следующий миг оказался у кровати сестры. Мышцы на лице Тани начали подергиваться, словно она выходила из очень глубокого и насыщенного сна.

А в следующий миг она распахнула глаза, и матушка тихо вскрикнула.

На меня смотрели два не синих «романовских» глаза, а сине-зеленых, словно в них застыли искорки энергии Искажения.

И зрачки у этих глаз были по-змеиному вертикальные.

Глава 13

— Господи! — воскликнула матушка. — Что ты наделал⁈

Только истерики мне сейчас не хватало. Матушка, разумеется, имела полное право, но моя работа с Таней еще не была закончена!

— Спас ее, — отрезал я.

Сестра открыла глаза, но еще никак не могла окончательно прийти в себя. Она водила носом в мою сторону, словно слепо принюхивалась, и это выглядело странно. Я воспользовался моментом и схватил ее за руку, отслеживая течение эфира.

Невероятно быстрое. Организм Тани стремительно очищался от яда лярвы, но…

Она слишком долго находилась под воздействием инородной силы. И коктейль из яда лярвы, крови пятнистого аспида и энергии Искажения дал очень странный эффект.

Я не успел открыть рта, чтобы поприветствовать сестру и задать положенные вопросы, как она рывком поднялась и с нечеловеческой силой схватила меня за грудки.

— Дай! — прорычала она. — Дай! Я знаю, у тебя есть!

Она таращилась на меня змеиными глазами — вроде и на меня, но вместе с этим и в пустоту. И от этого взгляда даже мне стало не по себе. А я всякое видел на службе… Но чтобы кровь пятнистого аспида давала такой эффект — впервые.

— Танюша! — позвала матушка и хотела было приблизиться, но я жестом остановил ее.

— Не подходи! Пока опасно.

— Что ты с ней сотворил⁈ Леша! Отвечай, черт тебя дери!

Хороший вопрос. Хотел бы и я знать.

Я был уверен, что провел ритуал и связал противоядие по всем правилам. Ошибки быть не могло — я выверял каждую микрочастичку энергии. Значит, либо особенности организма сестры, либо так влиял конкретно этот мир.

Миры безумно похожи, но у каждого есть свои особенности, которых наши аналитики могли не знать. Терра-Три не представляла для моего Ордена интереса, поскольку в ней, насколько я знал, до недавнего времени не были зарегистрированы Искажения. Так что и мир этот наши не особо изучали… Так, общие сведения.

— Видимо, временный побочный эффект, — тихо сказал я, пытаясь осмотреть сестру.

Впрочем, у девчонки были другие планы. Она явно собиралась напасть на меня и взять желаемое любой ценой.

Я попытался вырваться из хватки Тани, но не тут-то было! Сестра схватила меня с такой силой, что без магии я бы не освободился. Тоже интересная «побочка». Татьяна никогда не отличалась физической крепостью — невысокая, тонкокостная, и только тренировки смогли ее немного укрепить. А сейчас такие сюрпризы…

— Дай! — снова потребовала сестра.

— Да чего ты хочешь-то?

— Силу, — прошипела она не своим голосом. — У тебя есть, я знаю. Я вижу! Дай! Мне нужно…

Она словно не была собой. Но теперь до меня начало доходить, и полная картинка сложилась. Сестра почувствовала во мне силу Искажения и теперь требовала, чтобы я поделился с ней.

Так, стоп, Алексиус.

Сестра потянулась к моей шее, чтобы прикоснуться к коже и вытащить из меня необходимое, но я перехватил обе ее руки, наспех связал эфирной веревкой и тихо выругался себе под нос.

Это не с Таней проблемы. И не только в мире дело. И даже не в аспиде, будь он неладен. Просто сестре не повезло оказаться в мизерном проценте положительно восприимчивых к инородной силе.

Восприимчивость имела две категории — положительную и отрицательную. Чувствовать само наличие инородной силы могли обе. Но для отрицательно восприимчивых работать с аномалиями было невозможно, и они чувствовали Искажения лишь потому, что их тела остро реагировали на угрозу. Таких из послушников было большинство, и именно они в итоге отсеивались или переходили работать в другие направления.

У положительно восприимчивых все было иначе. Они также хорошо ощущали присутствие чужой силы, но, в отличие от первых, были способны с этой силой взаимодействовать. Не без последствий, если без подготовки. Но могли. В этом и был весь смысл.

Собственно, нас в Орден и отбирали по этому принципу. Все маги-преобразователи вроде меня были исключительно положительно восприимчивы. Иначе просто невозможно обучиться мастерству преобразований.

— Лярва сыграла с тобой злую шутку, — шепнул я и обернулся к матушке. — Мне нужно поговорить с сестрой наедине. Оставишь нас на пять минут?

— Ты в своем уме, Алексей⁈ После всего…

Я толкнул беснующуюся Таню на подушки и резко развернулся к матери.

— А ты бы предпочла увидеть ее в гробу⁈ То, что я сделал, помогло. Нужно закончить.

Но светлейшая княгиня лишь покачала головой, но на всякий случай отпрянула.

— Но ты сам-то видел? Это… Это не она…

— Дай мне пять минут, — не терпящим возражений тоном сказал я и торопливо подвел матушку к двери. — Обещал все объяснить — объясню. Но, ей-богу, дай закончить!

Ее светлость даже не успела возмутиться, как я уже почти что вытолкал ее за дверь и тут же запер комнату изнутри. А затем обернулся к Тане.

— С возвращением, сестренка. У меня для тебя две новости.

— Дай! — закричала она. — Я же чувствую! В тебе есть! Просто дай!

Она действительно была не в себе, и сейчас мне стало понятно, почему именно.

Таня смогла развоплотить эфирную веревку, спрыгнула с кровати и бросилась на меня, собираясь отнять драгоценный заряд аномалии силой. Ну да, конечно. Вкусняшки только по выходным и строго дозированно. Особенно в ее случае.

— Да погоди ты!

Я ловко перехватил сестру за талию и поднял в воздух. Молотя руками и ногами, она пыталась вывернуться. Сейчас ее разум не работал, и она в самом прямом смысле ничего не соображала. Все сознание застилало только одно ощущение — жажда. Жажда инородной силы. Одно хорошо — в таком состоянии невозможно сконцентрироваться, так что и заклинаний связать она толком не могла.

Увы, так случается, когда положительно восприимчивый слишком долго остается в контакте с энергией Искажения. Он привыкает. Организм понемногу сживается с ней и учится самостоятельно перерабатывать инородную силу в эфир. Редчайшая и крайне полезная для нас способность к адаптации. Но со своими подводными камнями.

Когда я создавал план лечения Тани, то не предполагал, что она вообще окажется высокочувствительной. Ведь до того, самого первого Искажения, я был уверен, что мир чист от этой гадости. И уж тем более у меня не было поводов проверять окружающих на эту чувствительность. Считалось, что на Терре-Три высокой чувствительности быть не могло ввиду отсутствия самого раздражителя.