Невыносим. Осколки правды (СИ) - Сумцова Марина - Страница 20

— Что они там обсуждают? — на горизонте возникла донельзя довольная Таня с блокнотом в руках. Она бросила вещи на стойку, буквально выхватила только что приготовленный напиток из рук Поли и прошипела: — Приготовь второй, я пока отнесу.

За тем, как Лошадь шла к угловому столику, виляя бёдрами, наблюдали все посетители. Конечно же, кроме Алексея и Артура Давыдовича. Громов сухо поблагодарил официантку и смерил тяжёлым взглядом, когда та начала выспрашивать что-то. Полина не слышала, но по венам уже текла ярость.

Это она должна была отнести кофе! Не Таня!

Уже через минуту рассерженная Татьяна прибежала к барной стойке и попыталась захватить власть: потеснить Полину и заняться приготовлением кофе самостоятельно, однако та лишь недобро зыркнула и не сдала позиции. Девушки боролись около минуты, легонько толкаясь и хватаясь за спасительную чашку с кофе, которая постепенно наполнялась напитком. Ни одна не хотела уступать. И если бы не весовое преимущество соперницы, Поля бы легко от неё избавилась, но та никак не убирала цепкие пальцы от шанса ещё немного пообщаться с Громовым.

Самойлова не выдержала, сильно пихнула Таню в бок и прошипела:

— Чего тебе надо от моего парня?

Лошадь замерла. Как и Алексей, который подошёл к стойке и спокойно наблюдал за ситуацией.

— Не выдумывай, он не твой парень. Больно ты ему нужна, — фыркнула Татьяна.

Обе девушки вздрогнули, когда сзади раздалось громогласное:

— Очень даже нужна, — Лёша зашёл за стойку, убрал руки Полины от чашки и приобнял за талию. Он обратился к Поле, но так, чтоб и Таня всё прекрасно слышала: — Завтра ты вся моя, я отпросил тебя с работы.

5.4

Из-за духоты, назойливых комаров и скопа мыслей Полина не могла уснуть. Она представляла совместно проведённый с Лёшей день, размышляла, чем можно было заниматься с ним, куда пойти, что увидеть. Мечтала, чтоб всё прошло, как в сказке. От нетерпения кусала губу, доставала телефон из-под подушки и проверяла время. Только ближе к утру девушка наконец расслабилась, насекомые перестали донимать, и она смогла немного отдохнуть.

Ей снился Лёша. Впервые в жизни во сне к Поле пришёл парень, впервые она с неохотой пробудилась и захотела променять реальность на фантазии. Но телефон беспощадно трещал, а на экране высвечивалось знакомое имя.

Самойлова рывком села в постели, растерла ладонью лицо и нажала на зелёную трубку.

— И где же ты? — наигранно недовольный тон Алексея заставил отодвинуть гаджет от уха и проверить время.

— Как и всегда в такое время в выходной — в постели, — растерянно пробормотала она.

— Мы вроде договорились, что встретимся у твоей парадной в девять. Уже пятнадцать минут десятого.

— Нет, мы договорились на десять, — на лице девушки отразилось непонимание. Она точно помнила, на что соглашалась, поэтому не сомневалась в своей правоте. — Я в выходные так рано не встаю.

Но Алексей не собирался сдаваться и упорно твердил о том, что они опаздывают. В какой-то момент бессмысленного спора в голове Поли промелькнула идея впустить гостя в комнату и попросить подождать. Девушка даже открыла рот, чтоб произнести заветное предложение, и замерла. Осеклась, нахмурилась, осмотрела свои родные пенаты и с грустью попросила Лёшу ещё немного подождать. Она не была готова открыться настолько, чтоб показать комнату. Это было единственное место, где она могла быть спокойна, где она оставалась наедине с собой. Не пугали долги и соседи, лишь то, что об этом так скоро бы узнал Лёша.

Полина собралась за экстремально быстрое время, вышла на улицу и замерла в изумлении. Громов одетый в спортивный костюм и кроссовки сидел на низком кованом заборчике и держал в руках поводок, а рядом, словно юла, гонялся за своим хвостом пёс. Тот самый, которого Самойлова мечтала забрать к себе.

— Что это значит? — неуверенно протянула она, присела рядом с животным и потрепала по загривку. Тотошка радостно завилял хвостом, принялся садиться и складывать лапы в просящем жесте, выполняя одну из выученных команд.

— Это мой пёс, — как бы невзначай ответил Лёша и спрятал довольную улыбку, как только заметил полное непонимание и шок на лице девушки. — Взял недавно в местном приюте. Давно хотел завести собаку, всё как-то не получалось. А тут мне сестра позвонила и сказала, что нашла в социальных сетях фотографии смешного пёсика. Ну, я съездил и забрал. Его зовут Тотошка.

Девушка пригладила растрепавшиеся на ветру волосы, с недоверием глянула на спокойного Алексея и прикусила губу от обиды. Это ведь она хотела забрать собаку, она так долго ухаживала за ним, она навещала каждые две недели, она сама делала фото и помогала Фирузе выкладывать их в группу в социальной сети. Кто бы мог подумать, что всё так обернётся?

В голове не укладывалось подобное совпадение. Полина не могла поверить, что именно Лёша забрал собаку из приюта. Не сосед по коммуналке, не шеф, не кто-то с работы. Разве такое происходит в обычной жизни?

Самойлова решила, что всё происходящее — шутка. Чей-то глупый розыгрыш. Но наткнувшись на нахмуренный взгляд парня поняла, что объяснение было лишь одно — нелепая случайность. Правда, оставался ещё один вариант… Поля незаметно для глаз кавалера ущипнула себя за запястье и протёрла глаза, пытаясь очнуться. Это был не сон.

— Красивая собака, — севшим голосом прокомментировала и натянуто улыбнулась, стараясь не выдавать истинные чувства. — Ему хорошо у тебя живётся?

— Думаю, да, — живо согласился парень. — Он очень любит спать, как оказалось. Сегодня я бы хотел просто немного погулять с тобой и Тотошкой. Как тебе идея?

Полина на автомате кивнула и пошла следом за Алексеем, который увлечённо рассказывал про собаку. Она уже не слышала ничего, не разбирала слов, поддакивала и угукала, задумчиво переваривая полученную информацию.

Как всегда за углом дома стоял автомобиль, в который Самойлова уже совершенно спокойно залезла без лишних слов: молча открыла дверь, юркнула в салон и скрылась с глаз. Громов даже не успел предложить ей взять на руки собаку, чтоб немного развеселить. Он понимал, что всё идёт не так, как было задумано, совсем не по плану. И всё же не знал, как быть дальше.

Он разместил Тотошку на заднем сидении, спокойно сел за руль, включил навигатор и неспешно тронулся с места. По пути к парку мужчина пытался разговорить притихшую спутницу, вспоминал смешные истории из детства, вытаскивал из недр мозга глупые шутки и анекдоты, не боялся показаться странным и нелепым. Он лишь хотел видеть ответную реакцию, которой не следовало. Полина погрузилась в размышления и никак не могла из них выбраться.

Уже в парке Громов решился на отчаянный шаг. Как только парочка зашла в самую чащу и скрылась от посторонних глаз, Алексей резко остановился, дёрнул на себя Полину и наклонился к её лицу так низко, как только мог. Кончики их Носов соприкоснулись, и Поля очнулась.

Девушка наконец вернулась в реальность и сразу же утонула в глубоких зелёных глазах Лёши. Они были похожи на насыщенный лайм с тонкими вкраплениями цвета оливок.

— Я хочу сделать одну вещь, — прошептал парень. — Но боюсь, что тебе не понравится.

Полина знала, что понравится. Была готова согласиться на любое безумство, лишь бы он не уходил, лишь бы смотрел так же жадно и горячо. От такого взгляда бежали мурашки. От такого взгляда под кожей начинала бежать не кровь, а раскалённая лава.

Девушка собиралась ответить нечто такое, что могло бы подтолкнуть Лёшу к активным действиям, открыла рот, тяжело вздохнула и взвизгнула от резко обрушившегося на них холодного дождя.

— Бежим, — схватил её за руку Громов и потащил в сторону автомобиля. Радостный Тотошка скакал впереди них по лужам и громко гавкал, когда слышал гром.

Около машины они оказались полностью промокшие и замёрзшие. Первым делом Алексей включил печку и попытался согреться, а когда заметил стучащую зубами девушку, все свои силы бросил на согревание Полины. Она была ему дороже собственного здоровья. Немного высохнув, парень на автомате завел двигатель и направил автомобиль в сторону дома, совершенно забыв об осторожности и своём коварном плане. Только когда они подъехали к неприлично дорогому даже на вид жилому комплексу, а лицо Полины вытянулось от удивления и лёгкого шока, Лёша понял, что серьёзно оплошал.