Хроники Дарона. Эльф под горой - Мельник Полина - Страница 41

Сабат отправился за нужными ему семенами в лес, вместе с Нароном принялись наспех рубить ветви, вкапывая заостренными концами вверх. Мы пересекли овраг недавно, подходящее место для волчьей ямы. Укрыв колья тонкими ветками, забросали ловушку сухими листьями. Несколько заостренных палок разложили по поляне, на случай конфуза с оружием. Маг снабдил лианами, удалось припрятать пару подъёмных петель, ветер нёс крепкую вонь клыкастых, времени не оставалось.

Укрывшись за оврагом, мы принялись ждать. Лес трещал, надвигалась большая группа.

— Не отбегай далеко, — сказала я Нарону, сжимавшему рукоять до белых костяшек.

— У нас преимущество, мы готовы, — подбодрил Сабат.

Минута и кусты с треском упали на землю, из леса скакали всадники, тут же первый из них рухнул в яму, приземлившись на штыки. Остальные бросились в стороны, угодив в петлю, двое наездников лишились лошадей, испуганные животные оглашали поле диким ржанием, не в силах освободиться из ловушек.

Пешие орки бросились вперёд, за нами отправили целый отряд из двадцати гвардейцев. Орки перемахнули через ров и бросились в атаку первыми, Сабат вскинул руны, мощные стебли взмыли в небо, проткнув насквозь четверых. Лианы вновь показались из-под земли и сразу загорелись — два огневика набросились на старика, я едва успела увернуться от горящего шара, что врезался в зеленый щит. Меня теснили к краю клыкастые, Нарон старался не отставать, отбивая выпады людей, вдруг увидела гвардейца с широченными плечами, он был аммунирован лучше всех — вот кто командир! Отпрыгнув, рубанула по сухожилиям клыкастого, руку не защищали латы, меч тут же выпал, мгновение и я снесла уродливую бошку. Нарон покончил с двумя людьми, увернувшись, проткнула одного, огненный шар врезался в мою ногу, я взвыла, схватившись за ожог, тут же получив удар в грудь, упала. Эльф подоспел на помощь, меч орка не проколол доспех, я вскочила на ноги, поспешив прикрыть спину принцу.

Гвардеец в шлеме спешился, неторопливо направляясь к нам, взмахнул мечом, словно разминаясь для турнира. Развернувшись, прикончила в спину клыкастого, что отвлёкся на принца. Нарона зажали, отрезав от меня, старик дрался с огненными, вверх взмывали стебли и шипы. Сабат убил одного мага и теперь на помощь к оставшемуся хлынули люди. Гвардеец в шлеме направился на меня, поравнявшись, сбросил шлем — это был Маран.

Так вот что за секретная служба, что позволяла шляться по лесам и возглавлять гвардию, Маран был черноруким[3] самого короля.

— Что, цыпленок, торопишься в Теллирос? — Маран растянул губы в жуткой улыбке, я сделала шаг назад, приготовившись к бою. — Сдавайся сейчас и я тебя не трону, мне нужен только принц.

— Пошел к мраку, чернорукий, — прошипела я, тут же отразив резкий выпад.

— Как знаешь, — оскалился соперник, делая медленный круг.

Бросок, ещё один, он прощупывал почву, делая мелкие выпады, прекрасный меч сверкал в его руках, оставалось молиться, чтобы мой клинок выдержал удары. Противник улыбался, буравя меня глазами, мои атаки забавляли его, я тоже искала его слабые точки, но азагур был хорошо закрыт, всё тело покрывали латы.

Выпад и мой меч отскочил от боковой защиты, едва успела прыгнуть в сторону, клинок со свистом рассёк воздух. Маран нацелился в живот, мой меч едва отразил атаку. Соперник открыл брешь: тонкая полоса между кирасой и гульфиком[4] что открывалась лишь в движении. Направив клинок, бросилась вперёд, азагур резко повернул вправо, схватив за волосы, швырнул меня с такой силой, что я чуть не лишилась головы, мое оружие отлетело в сторону. Не давая подняться, он ударил в живот, ещё и ещё, пока изо рта не потекла кровь. У меня хватило сил лишь встать на карачки, внутренности были размазаны, кровь хлюпала комьями из носа и рта, воздух едва проходил в легкие. Сабат не сдавался, в небо взлетали лианы, но тут же загорались под ударами огненного мага, атаковавшего старика. Нарониэля почти схватили, взяв в кольцо. Всё-таки я здорово его подучила, он дрался славно. Маран медленно шёл рядом, наслаждаясь видами, жадно ловил каждый всхлип, я поползла по-собачьи к оружию, потянулась к мечу в последней попытке.

— Извиняй, цыпленок, — азагур взмахнул мечом, открыв на секунду прорезь в броне.

Рывок и мое острие вошло точно в цель, как и острие Марана, что пронзило легкое, так и не дотянувшись до сердца. Азагур закричал, отшатнувшись от меня, рана в живот очень болезненна, я это знала, алая кровь быстрой дорожкой потекла по доспехам, азагур пытался стащить латы, чтобы зажать рану.

Я села на колени, кровь стекала по острию, пачкая рукоять серебристого меча, что застрял в моих ребрах, не оставалось сил, чтобы достать лезвие, в глазах темнело. Неподалеку упал Маран, мерзавец быстро истёк кровью. Я попала в аорту, годы в гвардии не прошли даром. Качнувшись, упала на спину. Проклятый инстинкт не позволил упасть вперёд, вогнав острие поглубже, чтобы закончить начатое. Я хрипела, хватаясь за воздух ртом. Вдруг чья-то ладонь легла на мой лоб, Нарониэль склонился надо мной, растерянно пытаясь зажать мою рану:

— Виги… — его руки тряслись, он приподнял меня, прижав к себе, гладил волосы и осыпал лицо поцелуями.

Еще никогда мне не было так приятно умирать.

Очнулась я, лежа на лошади, Нарон вёл её под уздцы, старик дремал в седле второй кобылы. Грудь ещё болела, похоже, рана пока заживала, состояние было паршивым. Вдруг вспомнила про сотню золотых монет в мешочке, что дал мне Изивиль, и сразу ощутила, как болеть стало значительно меньше.

— Эй, — окликнула я, эльф остановился, улыбнувшись мне.

— Как ты? — спросил он, закатное солнце отбросило на его кожу мягкую бронзу, волосы трепал лёгкий ветер, я словила себя на мысли, что, кажется, пускаю слюни, разглядывая юношу.

— Лучше, — улыбнулась я, — а знаешь, что меня греет?

— И что же? — спросил эльф, я уселась на лошади поудобнее, — сто золотых в моём кошельке.

— Да ладно, — усмехнулся принц, — ты ведь всё равно вернулась за нами.

— Хочу их увидеть, срочно, — сделав вид, что не расслышала, сказала я.

Обыскав мешок, что был завязан на седле, запустила руку, порывшись, достала толстый мешочек. Раскрыв веревки, обнажила содержимое:

— Твою же мать! — завопила я так громко, что в небо взмыли испуганные птицы.

— Что такое? — растеряно спросил Нарониэль.

Я высыпала на руку глиняные блины, наполнившие мой кошелек.

— Какого мрака?! — ругалась я, вытряхивая весь мешочек, — где, гхусейман подери, мое золото?!

— Изивиль обманул тебя? — хохотал старик, наблюдая за мной, — ты не додумалась проверить золото! А всего то надо было разрезать одну монету!

— Что?! — воскликнула я, не веря своим глазам, но на моей ладони были только глиняные кругляши, — да я бы вернулась и порубала старикана на ремешки размером с червяка!

— К тому моменту он бы уже получил за нас настоящее золото и расплатился бы с тобой сполна, — заметил Сабат, я швырнула бесполезную глину в чащу.

— Получишь золото в Теллиросе, ничего, — пытался утешить меня Нарониэль, я отмахнулась, не желая разговаривать, — зато у тебя новый меч!

От обиды хотелось завыть, я спрыгнула, быстро зашагала вперед, но успокаиваться не получалось. Противный Сабат тихо посмеивался за моей спиной, все-таки с его друзьями я не прогадала, Изивиль оказался тем еще гадом.

[1] Поножи — амуниция, закрывающая ногу от колена до ступни.

[2]Тыльник — часть доспехов, укрывавшая спину. Противоположная называлась нагрудник, вместе две половины (а иногда только передняя) составляли нательную броню — кирасу.

[3]Чернорукие — наемники в Дароне, с которыми заключался особый вид незаконных, "черных" контрактов.

[4] Гульфик — часть доспехов, закрывающая пах.

ГЛАВА 22. АРАКОС, МАДИС. ЧТО ЗНАЕТ ОСТРОУХИЙ

Мазирис слёг. Ещё вчера великовозрастный детина носился без обуви, а сегодня, едва получив небольшой жар, тут же послал за мной. После того злополучного бала прошло всего три дня, и Его Высочество напрочь забыл об оскорблении, нанесённом мне, впрочем, скорее всего он лишь делал вид, не считая нужным извиняться перед такой мелочью, как я.