Хроники Дарона. Эльф под горой - Мельник Полина - Страница 45

Сзади раздался скрип несмазанных колес, кто-то нагонял нас из лесу. На лошадях в Амутгате мы уже выглядели странно, накидывать на голову капюшон было бесполезно — ростом и обхватом плеч все были меньше орков, к тому же капюшоны у нас с Сабатом отсутствовали, как и плащи. Старик насторожился, прятаться в голом поле было негде. Принца мы закрыли своими спинами, первой шла я, последним маг.

Из-под пригорка за нас нагоняли двое всадников и крытая телега. Не сбавляя шаг и не оборачиваясь лишний раз, мы шли вперёд, в надежде, что на нас не обратят внимания и проедут мимо:

— Почтенные пилигримы! — окликнули нас, я сразу расслабилась, орки бы нас так точно не назвали, — желаете ли вы что-то присмотреть в моей лавке на колесах? Товару много, всё дешево! — зазывал нас гоблин.

Получить хоть самую вшивую накидку было бы неплохо, я взглянула на Сабата, старик тоже так думал, осматривая себя и похоже, прикидывая, на что бы можно было поменяться.

Мы сбавили ход, вскоре нас нагнали двое орков-охранников и гоблин, сморщенный как заправский фокусник распахнул полог, укрывавший телегу. Перед нами очутились сундуки, тюки, стопки, кульки, ящики и всё, во что только можно было уложить вещи.

— Нам нужны плащи, — сразу перешла к делу я, гоблин окинул нас взглядом, тут же решив, что за эту вещицу мы точно заплатим.

— Три сарта, — выдал наглец.

— Они золотые что ли? — возмутилась я.

— В конце осени, да в чистом поле… Да, плащ для путешественника — золотая вещь, — заявил сморщенный.

— Нет у нас таких денег, давай меняться, — ответила я, прекрасно понимая, что мы во власти бессовестного торгаша.

— Меч свой покаж, — попросил гоблин, я вынула гвардейский меч, клинок Марана я менять не собиралась, — ну нет, барахло, на плащ не хватит. Одно одеяло дам за него, — ответил гоблин.

— Ну, ты обнаглел, сморщенный! — разозлилась я и на меня тут же двинулись его охранники. — Ты на каком рынке видал, чтобы гвардейский меч стоил дешевле тряпки?

— Это вы обнаглели, аспиды! — выкрикнул из-за спин охраны торгаш, — шастаете тут по чужим землям, да ещё и угрожаете!

— А вот как достану сейчас этот клинок за три сарта, да покажу, как он охрану твою разделает! — злилась я, двое орков схватились за мечи.

— Постой! — остановил меня Сабат, оттеснив в сторону, старик подошел к гоблину вплотную, — о каких таких остальных азагурах в Амутгате ты сейчас сказал?

— Обычных, — отмахнулся торговец, — вчера встречали по дороге одного, в Гхвортус шёл, говорит, за целым отрядом наёмников, а у самого ни сарта! — жаловался гоблин, — тоже мне угрожал, оборванец!

— Мужчина? — уточнил Сабат, — здоровый, плечи широкие.

— Ну да, шире медведя моего, — ответил продавец, и мы со стариком переглянулись. — И тоже орал, мол, расправиться со мной, как наймет клыкастых в городе. Тоже мне, герой! — возмущался гоблин.

— Бери мраково одеяло и поехали! — вдруг раскомандовался Сабат, гоблин буквально вырвал из моих сжатых рук гвардейский клинок, сунув взамен одеяло.

— Виг, не трать время! — поторопил меня Нарон, сплюнув, вскочила в седло:

— Бесплатный тебе совет, сморщенный, тот аспид не шутил, — бросила на прощанье я.

Пришпорив лошадей, мы помчались по дороге. Азагуром определенно был Маран, королевский чернорукий. Гад выбрался из лиан Сабата и теперь полз по нашему следу, ещё раз встречаться с ним я не хотела. Если вчера на подходе в Амутгат торгаш с ним встречался, значит, сегодня Маран точно будет в городе, набрать наёмников среди орков дело часа, за нами вскоре должны тронуться, или уже тронулись. Дорога шла ровная, всё никак не желая уйти в лес, мы были как на ладони и просматривались на протяжении пары миль. Пришлось без конца подгонять лошадей.

Сбавить шаг мы смогли только к вечеру, когда хорошенько стемнело, и на горизонте показался лес. Животные выбились из сил, пришлось спешиться и идти как можно быстрее, останавливаться было нельзя, только так у нас могло остаться преимущество.

— Давайте немного отдохнем, — окликнул нас старик, что плелся позади.

— Сабат, от отряда орков я вас не спасу, я и сама себя от них не спасу, — ответила я, — двигай ногами, живее!

— Не могу, — ответил старик, усаживаясь прямо на дороге.

— Ладно, — сдалась я, — дойдем до леса, присядем. Скоро будут Бездонные болота, должно быть этот лес ведёт к ним.

Упрямый старик наконец-то встал, мы отправившись дальше. Ещё на подходе к лесу нас встретил туман, казалось, особенно холодный и сырой. Разрезав напополам драгоценную покупку, поделила одеяло надвое, бросив кусок магу, но даже так не становилось теплее. Болота были уже совсем близко, миля, может быть две. Должно быть, именно из-за них тут так густо лежало белое покрывало, стоило сделать пятнадцать шагов и отойти в сторону, как мои спутники исчезали из виду. Звуки разносились в тумане приглушенно, однако не стоило сильно надеяться, что мы в полной безопасности в лесу, что соседствовал с Чернолесьем. Про это местечко травились самые жуткие байки, даже баллады и те были страшными.

Спешившись, мы уселись под деревья, что устремили вверх голые ветви, и остановились на привал. Холодные капли то и дело срывались с мокрых ветвей, падая самым неудачным образом то на лицо, то и вовсе за шиворот. Я поёжилась, стараясь укутаться целиком в скромный кусок одеяла. Лошади жадно хватали редкую траву, ноги гудели, но расслабляться было рано. Мы должны двигаться вперёд, к рассвету достигнув болот, а там всего день и нас встретит Серый лес. Живот урчал, желудок от голода подводило до боли, но разве можно было найти живность ночью в тумане? Старик зажёг магическое сияние, круглый зеленый шарик ничуть не согревал, слабые лучи жадно проглатывало белое облако тумана. Однако Сабат умудрился отыскать какие-то корешки в земле, обмыв водой из фляжки, отдал принцу. Нарон тут же потянул их ко рту, но глянув на нас, остановился и разделил горстку горьковатых корней на всех. Наш поход точно изменил его в лучшую сторону.

Одна из лошадей тянулась за кустом, вожжи трещали, но животное не унималось, голод вёл его вперёд, Сабат встал, спустив привязь. Кобыла довольно похрустывая, отдалилась в туман, мы слышали её шаги. Справа раздался шорох, едва уловимый, словно шелест. И вдруг тишину прорезало оглушительное ржание, кобыла кричала почти по-человечески, остальные лошади рвались с места, вскочив на дыбы. И только теперь я ощутила болотную вонь, хитрая тварь подкралась к нам с подветренной стороны:

— Болотница! — закричала я.

Сабат вскинул руны, десятком магических световых шаров разрезал мглу, обнажив меч, я ринулась вперед в надежде отбить животное. Над брыкающейся кобылой кружили сразу четыре болотные ведьмы, в густом черном облаке их тела казались невесомыми, я ударила одну, тварь отпрянула, бросив разорванный бок лошади. И тут из темноты сверкнули ещё глаза, затем ещё и ещё, таких стай я никогда не видела!

Развернувшись, я бросилась к магу. Твари погнались за мной, Сабат швырнул магическое сияние, лианы взмыли вверх, разрывая землю, болотницы бросились врассыпную, оставив меня. Лошадь хрипела, всё еще пытаясь встать, мы жались спинами друг к другу, опасаясь шелохнуться. Вокруг несчастного животного сверкали зеленоватые глаза. Как только последний магические шар погас над кобылой, твари вновь бросились, жадно чавкая кусками ещё живой добычи.

— Никогда не видела таких больших стай, — прошептала я, — максимум три штуки.

— Ты их ловила? — испуганно спросил Нарон, я кивнула.

— Надо идти дальше, — скомандовал маг, — пока они не закончили с кобылой и не вспомнили про нас.

— Согласна, — подтвердила я.

Здесь, лишенные излюбленной пищи — детей, — болотные твари сбивались в громадные стаи и пожирали всё, что только могли поймать. Низшие особенно проворны в темноте, потому надо бежать от них подальше и молиться, чтобы твари на сегодня довольствовались только лошадью, а к рассвету сила их ослабнет, у нас появится возможность оторваться.