Посредник (ЛП) - Кресцент Тара - Страница 2

― Да. ― Я выхожу из машины, и мы вдвоем идем ко входу, Данте на полшага впереди меня. Крепкая деревянная дверь заперта, но он открывает ее меньше чем за минуту. Должно быть, я выгляжу впечатленной, потому что он протягивает мне руки, а его губы растягиваются в хвастливой улыбке.

― Похоже, они кое на что годятся.

Такой самодовольный. Я игнорирую его и запускаю в воздух дрон. Он запрограммирован летать концентрическими кругами вокруг места запуска и передавать запись с камеры в штаб-квартиру.

― Лео, ты видишь изображение с дрона?

Ему требуется мгновение, чтобы ответить.

― Да, теперь у меня есть глаза.

― Хорошо. ― Я позволяю себе немного расслабиться. У нас нет камер внутри дома, но, по крайней мере, мы будем знать, если кто-то приблизится к периметру.

Данте поворачивает ручку и толкает дверь.

― Пойдем.

Мы быстро проходим через дом. Интерьер оправдывает мои ожидания. Занавески выцвели, диван протерся. Пол голый, покрытый тонким слоем пыли. В кухонной раковине стоит грязная посуда, а холодильник выглядит так, будто он еще старше, чем драгоценный Феррари Данте.

Все так, как и должно быть, пока мы не подходим к двери в подвал. На ней установлен цифровой замок, чтобы открыть который требуется десятизначный код.

Проклятье.

Данте смотрит на замок, потом на меня.

― Ты сможешь его взломать?

― Через семь часов, ― бормочу я. Взлом десятизначного цифрового кода методом перебора… У нас нет на это времени. Я подключаю свой дешифратор к порту и достаю из рюкзака ноутбук.

Данте складывает руки на груди, его мощные бицепсы натягивают ткань.

― Валентина, мне не хочется говорить очевидное, но у нас нет семи часов.

Прикладывая героические усилия, я сдерживаюсь, чтобы не придушить его.

― Как ни странно, я это знаю. Сальваторе Верратти не разбирается в компьютерах, вряд ли он использовал десять случайных цифр. Я нахожу его день рождения ― 12 января 1979 года ― и набираю в кодовом взломщике 01121979. Это восемь из десяти цифр. Большинство людей выбирают легко запоминающиеся пароли. Если повезет, глава Бергамо ― один из них.

День рождения не срабатывает, но следующая дата, которую я пробую, ― дата женитьбы Верратти ― попадает в яблочко. Кто бы мог подумать, что он романтик? Через три минуты после того, как я начала, замок со щелчком открывается. Я удерживаюсь от самодовольной улыбки и поднимаюсь на ноги.

― Ну что, пойдем?

В руке Данте появляется пистолет.

― Я пойду первым, ― говорит он. ― Жди здесь, пока я не скажу, что все чисто. Если услышишь мой крик, не ходи за мной. ― Он пристально смотрит мне в глаза. ― Ты поняла, Валентина? Если я попаду в засаду, убирайся к черту. Это приказ.

Я вытягиваюсь по стойке «смирно».

― Да, сэр, ― говорю я, насмешливо отдавая ему честь. ― Как скажете, сэр. Или, ― я достаю маленький дрон, размером не больше ладони.

― Я могу просто запустить туда камеру.

Он бросает на меня многозначительный взгляд.

― Так вот куда уходит бюджет, ― бормочет он, распахивая дверь подвала.

Я отправляю дрон внутрь, не отрывая глаз от экрана телефона.

― Никого нет, ― говорю я через мгновение.

Он шагает передо мной, его крепкое тело защищает меня от воображаемой угрозы.

― Держись позади меня.

― Как пожелаешь, ― бормочу я, снова закатывая глаза. Технически, Данте ― мой босс, но его роль повелителя вселенной мне уже порядком поднадоела. Я вздергиваю подбородок, обхожу его и спускаюсь по лестнице в подвал.

Там пусто, если не считать стола посреди комнаты. На нем стоит сервер. Я бросаю на него взгляд и громко ругаюсь.

― Проблемы?

― Он древний.

Это не единственная проблема. Голоса Лео я тоже не слышу ― в подвале мертвая зона. Я стараюсь не трястись от страха, пока загружаю компьютер. Проходит целая вечность, прежде чем мне удается разобраться с настройками, и я снова ругаюсь.

― Здесь нет встроенного Wi-Fi. ― Я смотрю на заднюю панель. ― И USB-порта тоже нет.

Данте, к его чести, сразу же понимает проблему.

― Ты не сможешь скопировать данные. ― Он решительно кивает. ― Мы просто заберем компьютер.

― Не нужно. ― Я роюсь в рюкзаке и с триумфом вытаскиваю компакт-диск. ― Я подготовилась. ― Я вставляю диск в CD-привод. ― Дай мне несколько минут.

Он постукивает по наушнику, хмурясь.

― Поторопись.

Я начинаю копировать данные. Процесс идет жутко медленно. На перенос всего необходимого уходит семнадцать минут, и все это время мои нервы на пределе. Наконец я нажимаю кнопку извлечения и беру диск.

― Готово.

Данте поднимает руку, на его лице появляется напряженное выражение. И тут я слышу звук. Шаги над нами.

Черт, черт, черт.

Он крепко сжимает рукоять сверкающего ножа, его глаза сосредоточены и полны решимости. Он поднимает три пальца. Значит, три человека.

― Мне нужно использовать тебя для отвлечения внимания, Валентина, ― шепчет он мне на ухо. ― Можешь закричать? Чем громче, тем лучше.

Я киваю, сердце колотится в груди. Мы на вражеской территории, и я не питаю иллюзий по поводу своих несуществующих боевых навыков. Нас трое против одного, и если с Данте что-то случится, я останусь беззащитной.

Анжелике девять.

Комната погружается в темноту. Я инстинктивно поворачиваюсь к Данте, но его уже нет, он растворился в тени. На мгновение меня охватывает паника, но затем мой мозг снова начинает работать. Он не оставит меня здесь. Посредник липкий, как суперклей, и от него невозможно избавиться.

Я открываю рот и издаю крик, громкий и пронзительный.

Мужчины наверху немедленно реагируют, распахивают дверь подвала и сбегают по лестнице. Я успеваю лишь мельком увидеть мускулы и оружие, а затем…

Данте нападает.

Он движется с молниеносной скоростью, его движения плавные и точные. Мои глаза все еще привыкают к темноте, но я вижу достаточно. Данте шагает между двумя парнями, врезается кулаком в челюсть того, кто справа, смещается влево и всаживает нож в плечо третьего. Парень впереди едва успевает повернуться, прежде чем Посредник бьет его кулаком в горло и, для пущей уверенности, вонзает нож в бедро.

Когда он заканчивает, все трое мужчин лежат без сознания.

Данте обыскивает их, забирает пистолеты и ножи. Затем он протягивает мне руку, костяшки пальцев которой покрыты кровью.

― Хорошо, что они не видели наших лиц, ― говорит он. ― И, отвечая на твой вопрос, Валентина, я не растерял свои навыки. Ну что, пойдем?

У меня отвисла челюсть. Трое против одного, и схватка закончилась за считанные секунды. Во мне просыпается невольное восхищение. Это было…

Впечатляюще.

Ужасающе.

Чертовски горячо.

Не забыв закрыть рот и проигнорировав протянутую руку Данте, я перешагиваю через тела на полу.

― Конечно.

Глава 2

Данте

Я был вынужден использовать Валентину в качестве приманки.

Ее могли ранить.

Застрелить.

Убить.

Когда мы бежим к нашей машине, я так зол, что меня трясет.

― Веди, ― рычу я. Если я сяду за руль прямо сейчас, то могу разбить машину.

Какого черта делает Валентина, мчась сломя голову на вражескую территорию? Она должна была сказать мне, что у нее есть зацепка, и я бы послал кого-нибудь за чертовым компьютером, который ей нужен.

Нет. Она этого не сделала. Вместо этого она подвергла себя опасности.

Я молча киплю от злости, пока мы едем обратно к тому месту, где я оставил свой Феррари.

― Они выживут? ― спрашивает Валентина.

― Скорее всего, ― отвечаю я резко. ― К сожалению.

Она бросает на меня косой взгляд, замечая ярость в моих глазах и крепко сжатые кулаки.

― Я не хрупкая, ты же знаешь.

Она нарывается на ссору, а я не в том состоянии. Я слишком заведен. Я делаю глубокий вдох и заставляю себя успокоиться.