Посредник (ЛП) - Кресцент Тара - Страница 28

― О, отлично. Ты один из тех парней, которые разговаривают со своими машинами.

Возможно, ее голос звучит ворчливо, но ее взгляд то и дело возвращается к Спайдеру.

― Не хочешь сесть за руль?

Она вскидывает голову.

― Ты позволишь мне сесть за руль твоей машины? Той, что стоит полмиллиона долларов?

Почти миллион, но я не собираюсь говорить ей об этом.

― Это всего лишь машина. ― Я протягиваю ей ключи. ― Педаль газа очень чувствительная. Будь нежной с моей малышкой.

― Кто-нибудь когда-нибудь говорил, что ты сумасшедший? ― Валентина качает головой, но на ее губах расцветает улыбка. ― Ладно, поехали.

День солнечный, и на шоссе А4 нет пробок. Мы добираемся до Падуи вовремя. Когда мы подъезжаем к складу, Валентина сияет от счастья.

― Это было здорово, ― с энтузиазмом говорит она. ― Хотя, чтобы поберечь твои нервы, я позволю тебе сесть за руль на обратном пути. Ты выглядел зеленым, когда я выезжала на шоссе.

― Нет. У меня реставрационная мастерская на быстром наборе.

Она смеется, открывая дверь.

― В этом магазине сейчас будет взрыв танцевальных пачек. Подождешь в машине?

Как будто я позволю ей пойти туда одной.

― Нет. Я пойду с тобой.

Я жду, что она вздрогнет от моей чрезмерной заботы, но она просто пожимает плечами.

― Не говори, что я тебя не предупреждала.

Внутри никого нет. Валентина звонит в колокольчик, и мы ждем. Через некоторое время появляется пожилая женщина.

― Это точно какая-то угроза, ― шепчет Валентина себе под нос, а затем ярко улыбается ей. ― Buongiorno, синьора. Я здесь, чтобы подобрать балетный костюм для своей дочери. Я звонила сегодня утром.

Она растерянно моргает и смотрит на блокнот перед собой.

― Анжелика Линари, да?

― Это она.

― Одну минуту.

К тому времени, как женщина возвращается с ярко-розовой пачкой Анжелики, уже гораздо ближе к пяти.

― Сколько лет вашей дочери?

― Девять.

Она смотрит на нас.

― Но вы так молоды, ― восклицает она. ― Вы рано поженились и до сих пор вместе? — Валентина открывает рот, чтобы объяснить, что нет, мы не женаты, но не успевает. Женщина продолжает: ― В наше время такое случается нечасто, не так ли? Так жаль. Мы с мужем женаты уже шестьдесят восемь лет. Хорошее, долгое время. ― Она улыбается нам. ― Я желаю вам того же.

― Спасибо, ― вежливо говорю я. ― Давай, жена. ― Называть ее женой удивительно приятно. ― Нам пора возвращаться.

Мы садимся в машину, и направляемся обратно в Венецию. Валентина ничего не говорит. Мне интересно, думает ли она о словах старой женщины. Хочет ли она выйти замуж? Роберто женился бы на ней ― он был старомоден, ― но это был бы тюремный срок, а не отношения, и она была бы его собственностью, а не партнером. Валентина знает это так же хорошо, как и я. Но она, кажется, погрузилась в раздумья. Хотела бы она снова попробовать вступить в отношения с кем-нибудь, кто не был бы жестоким мудаком?

С кем-то вроде меня?

Она смотрит на меня краем глаза.

― Итак, наша сексуальная терапия, ― говорит она. Ее щеки заливает румянец, но она решительно продолжает. ― Каким будет мое следующее задание?

Ладно, она вообще не думала об отношениях.

― У меня не было времени составить программу занятий. ― Я лихорадочно соображаю. ― Ты смотришь порно?

― А ты?

― Это вопрос с подвохом? У меня будут неприятности, если я отвечу «да»?

Она закатывает глаза.

― Нет, конечно же, нет. Просто ответь на вопрос, Данте.

― Да. Я смотрю порно время от времени. А ты?

― Иногда, ― признается она. ― Но у меня дома в спальне нет замка, и я всегда нервничаю, что Анжелика ворвется, поэтому я чаще читаю, чем смотрю.

― Моя дверь запирается. И Анжелика ложится спать в восемь. ― Я удерживаю ее взгляд. ― Это твое следующее задание. Сегодня вечером, как только Анжелика уснет, приходи ко мне. Принеси свой ноутбук и ролик, который тебя заводит, и мы сыграем в ролевую игру.

Я готовлюсь к тому, что она мне откажет, поэтому ее улыбка становится для меня почти шоком.

― Это свидание.

Есть тысяча вещей, о которых стоит беспокоиться. Мы украли у Призрака значительную сумму денег, Валентина смогла расшифровать все файлы, которые мы достали в Бергамо, но в них нет информации о выплатах, необходимой нам для поиска хакера. А еще есть проблема с Джорджио. Мой информатор должен был связаться со мной сегодня, но не сделал этого. Либо он ушел в подполье, либо с ним случилось что-то плохое.

Но сейчас ничто из этого не имеет значения. Ведь я ждал Валентину десять лет, и она наконец сказала ― да.

Глава 22

Валентина

Весь оставшийся день я выбита из колеи. Растерянная, возбужденная. Хорошо, что вирус, который я создаю, не требует много внимания, потому что мой разум отказывается сосредоточиться на задаче.

Данте предлагает забрать Анжелику из школы.

― По дороге мы купим пиццу, ― говорит он. ― Тебе не нужно будет готовить ужин.

― Спасибо.

После обеда, когда они возвращаются домой, Данте, верный своему слову, держит в руках три большие коробки с пиццей.

― Сколько пиццы вы планируете съесть вдвоем?

Анжелика хихикает. ― Мы не могли выбрать, поэтому взяли все. Дядя Данте сказал, что ты любишь перекусить посреди ночи.

Дядя Данте слишком наблюдателен для своего блага. Это немного пугает. Он быстро готовит салат «Капрезе», пока я раскладываю пиццу и помогаю Анжелике с домашним заданием.

― Вирус почти готов, ― тихо сообщаю я ему, когда она склоняется над тетрадью. ― Ты уже решил, будем ли мы его использовать?

― Пока нет. ― На его лице мелькает озабоченное выражение, когда он разламывает боккончини[9] пополам. ― Я беспокоюсь о Джорджио. Я не могу до него дозвониться, а он не из тех, кто исчезает.

Я поднимаю глаза, обеспокоенная.

― Романо Францони и Бьянка Ди Пальма тоже до сих пор не найдены. Думаешь, Призрак похитил и Джорджио? ― Меня осеняет внезапная догадка. ― Месть за деньги, которые мы у него украли?

― Надеюсь, что нет. Не должно быть никаких доказательств, связывающих Ачерби с нами.

― Но это возможно. ― Мне становится плохо. Данте сказал, что у Ачерби есть маленькая дочь. Если с ним что-то случилось из-за денег, которые я украла…

― Я не должна была…

― Эй, эй. ― Данте качает головой. ― Ты ни при чем. Я сказал тебе сделать это. Я несу ответственность, а не ты. ― Он смотрит на мою дочь, потом на меня. Он ясно дает понять ― не при Анжелике. ― Салат готов. Давайте съедим немного пиццы, пока она не остыла.

После ужина Анжелика заявляет, что хочет посмотреть «Энканто».

― Опять? — спрашиваю я. ― Разве ты не смотрела его с Мейбл?

― Мама, дядя Данте никогда его не видел, ― отвечает она. ― Мы собираемся посмотреть его вместе.

― Но хочет ли дядя Данте его смотреть? ― Я бросаю на Посредника скептический взгляд. Это мужчина, который менее двух недель назад вырубил на задании трех бойцов мафии. Я не могу представить, чтобы он наслаждался диснеевским фильмом.

― Конечно, ― отвечает он, подмигивая. ― Анжелика сказала, что это ее любимый фильм. Я приготовлю попкорн, котенок. Валентина, хочешь присоединиться к нам?

Если я увижу их вдвоем, их темные головы, склоненные над миской с попкорном, мои яичники могут взорваться.

― Нет, мне нужно работать. ― Я сбега́ю.

Время ― странная штука. Днем кажется, что часы ползут незаметно, но вечером все ускоряется. Не успеваю я оглянуться, как Анжелика уже в постели, крепко спит, и наступает время для моего второго занятия.

Красивое белье ― это потакание своим желаниям, учитывая общее плачевное состояние моей личной жизни, но сегодня я благодарна за свою слабость. Я облачаюсь в бледно-розовую комбинацию, от которой Данте не мог оторвать глаз, когда я собирала вещи, надеваю поверх нее такой же розовый халат, беру ноутбук, поднимаюсь в спальню Данте и стучусь в его дверь.