Он целует нежно (СИ) - Андреева Ася - Страница 8

Я открыла дверь и шагнула… в неизвестность. Мирон всю дорогу молчал. Для него это было необычным. Даже не поинтересовался, пообедала ли я.

– Эй, я тут, – позвал он меня откуда-то из "глубины".

Весь дом был оформлен в стиле минимализма. Правильные геометрические формы, одинаковая цветовая гамма и панорамное остекление.

Бесчувственный какой-то дом. Не для меня. Мне нравится, когда много красок и красивая отделка. А здесь нет души. Даже в старом бабушкином доме расцветка и то больше радовала глаз.

– Ну как?

– Нормально. Тебе же нравится?

– Конечно. Лучшие дизайнеры трудились в этой гостиной.

– Давно он у тебя?

– Дом? Давно. Это ещё до тебя было. Один благодарный клиент подсуетил. Есть хочешь?

– Нет, спасибо.

– Ладно, как хочешь. А я, пожалуй, поем. Присаживайся, скоро здесь хозяйкой станешь. Что так несмело?

– Мирон, нам надо поговорить.

– Что ты заладила… Поговорить да поговорить. Иди лучше кровать расстели. Сегодня спать будем вместе.

– Ты же хотел до свадьбы подождать? Уже передумал?

– Передумал, – ответил он, отламывая кусок хлеба. – Хочешь здесь оставайся. Я не против твоей компании за столом.

– Я бы хотела кое-что предложить. Но не думаю, что за столом стоит это делать.

Мирон громко засмеялся.

– Ты меня заинтриговала. Ксюша, займись нашей кроватью. Я скоро подойду.

Глава 9

Спальня в доме выглядела также скучно и серо. Большая кровать, которая должна радовать супругов или просто влюблённых, согревать и быть чем-то вроде спасительного пристанища после тяжёлого рабочего дня, вызывала уныние.

Тёмно-синяя атласная постель и старомодный торшер привлекали только грусть. А хотелось тепла. И так всем необходимого уюта и ощущения защиты.

Не знаю, откуда в моей голове появились такие мысли. Мужчин в моей жизни до Мирона не было. Но мне хотелось нежности и любви. И того кусочка женского счастья, о котором все так мечтают ещё с детства.

– Ты ещё не готова? – неожиданно прозвучал его голос за моей спиной.

У меня не хватило духа повернуться к нему. Неужели сейчас всё произойдёт? В этой холодной тёмной комнате.

Он обнял меня за талию и "пропустил" мои волосы сквозь свои пальцы. Мирон раньше часто так делал. Но сегодня, я чувствовала, это действие ему доставляет особое удовольствие и наслаждение.

– Цвет сгущёнки. Редкий оттенок. Так и хочется попробовать.

Я сглотнула, а он обхватил своей ладонью мою шею. Словно хотел контролировать и моё дыхание.

Я стала прогонять от себя эти мысли. Это всего лишь Мирон. Мой жених.

– Ты такая сладкая, – продолжал он нашёптывать мне на ухо свои выводы. – Я долго ждал тебя, девочка моя.

Я вдруг пожалела, что надела платье такого… легкомысленного цвета и покроя. Это глупости, конечно, никакое платье не помешает ему меня обнимать. И по-мужски хотеть.

Он продолжал душить меня, проводя по шее своими гладкими пальцами. Это мои субъективные ощущения. Дышалось мне, напротив, хорошо. Во всю грудь. И больно не было. Тогда что со мной происходит?

– Мирон, мне кажется, мы торопимся.

– Не волнуйся, Ксюша. Первый раз всегда всем страшно. Обманывать не буду, удовольствия ты сегодня не получишь.

Внутренняя дрожь стала подниматься откуда-то из живота. Захватывать грудную клетку и распространяться по всему телу. Как перед походом в поликлинику на неприятные процедуры. Руки деревенели, а язык заплетался.

– Мы можем отложить это? – с надеждой в голосе спросила я.

Мирон снова громко рассмеялся.

– Нет, Ксюша. Ни один мужчина не сможет устоять перед такой красотой. Раньше надо было думать. Раз согласилась приехать…

– Ты меня не предупреждал, что мы едем сюда. Я бы отказалась.

Он довольно резко развернул меня.

– Мы утром купили кольца, – проговорил он по слогам. – Напоминаю, если ты забыла об этом.

– Да, всё так. Но я хочу перенести свадьбу, Мирон. Отложить…

Видимо, от изумления, которое отразилось на его лице, он выпустил меня из своих объятий. А я непроизвольно ухватилась двумя руками за свою шею.

– Ахах… Ха-ха, – он как–то странно и глухо засмеялся. – Ты просто волнуешься. Но тебе потерпеть-то всего час-другой надо. Давай, Ксюша, смелее. Ради меня.

– Я не об этом, Мирон, – тысячи мыслей пробегают в моей голове, когда я вижу перед собой его злое лицо, но не могу найти ту нужную, чтобы донести до него, почему я передумала. – Я готова терпеть, если надо. Но не уверена, что мне это надо.

– Вот и терпи. Ради нашего с тобой будущего. Ксюша, ты просто боишься. Поэтому тебе то кажется, то ты не уверена, то свадьбу надо отложить. Придумала тоже. Тебе же нравилось, как я целую тебя. Могу повторить.

Он притянул меня к себе и стал целовать. Действительно, к его поцелуям у меня претензий нет. Мне не противно, ничего не отталкивает. Ни запах, ни язык. Да и сам Мирон вполне симпатичный мужчина.

От него приятно пахнет. Хорошая спортивная фигура, правильные черты лица, безупречный внешний вид. Думаю, что мне многие девушки могли бы позавидовать.

Только вот, кажется, что я его совсем не знаю. Кажется… Если бы он услышал мои мысли, то снова подколол бы меня. Кажется, отложить, не нравится…

Целуется он хорошо. После сегодняшних событий мне есть с чем сравнивать. Делает он это умело. Только холодно и расчётливо что ли. Без улыбки. Его редкий смех не в счёт.

У меня такое подозрение, что смеётся он только тогда, когда ему что-то сильно не нравится. Это у него вроде защиты. Язвительная и продуманная улыбка успешного адвоката.

– Ну вот. Совсем другое дело. Ксюша, ты сегодня превзошла сама себя.

Запутавшись в своих мыслях, я ответила на его поцелуй на автомате. И даже не заметила, что позволила ему изучить мой рот так, как он этого хотел.

Я отступила от него на шаг.

– Мирон, мы должны перенести свадьбу.

Он нахмурился и, протянув руку, вернул меня на место: прижал к себе и снова вцепился в мои волосы.

– Об этом можешь даже не мечтать.

– Ты не можешь меня заставить делать что-то силой.

Я впервые за сегодняшний вечер посмотрела ему в глаза. С ненавистью и выдержанным упрямством.

– Это ты мне говоришь? Лучшему адвокату города. Ты будешь делать всё сама по доброй воле. По своей воле, Ксюша.

В его глазах в этот момент я увидела все ответы на свои вопросы. И ненависть там была не самым страшным чувством.

– Мирон, давай спокойно обо всём поговорим. Я прошу тебя.

– Ты просишь, но перед этим предъявляешь мне обвинения, что я тебя что-то там заставляю…

– Нет, – нетерпеливо перебиваю его, чтобы он не успел перевернуть мои слова вверх дном, а судя по этому шикарному дому это у него получается лучше всех. – Не коверкай мои мысли и слова. Выслушай меня. Услышь, что я хочу тебе сказать.

Я уже почти выкрикиваю слова ему в лицо, а он продолжает меня крепко сжимать и испепелять глазами. Монотонно и, мне кажется, планомерно.

Мы ругаемся. Первый раз в жизни. Я понимаю его, он готовился к нашей ночи, свадьбе, а я, простая девятнадцатилетняя девчонка, отказываюсь выйти за него замуж. За него самого, в этом месте стоит поднять указательный палец вверх, – успешного и независимого.

– Мы отложим свадьбу, – упрямо повторяю ему сквозь зубы.

– Хорошо. Можешь так думать. Если тебе так хочется.

– Что ты имеешь в виду? – нехорошее предчувствие пробирается ко мне под кожу.

Мне становится страшно. Снова пробегает мысль, что я совсем не знаю этого человека.

Он не отвечает и грубо отталкивает меня. Начинает ходить по комнате и сосредоточенно о чём-то думать. Я молча наблюдаю за этим, обхватив себя за плечи, чтобы унять дрожь.

Спустя пару минут Мирон снова подходит ко мне и хватает больно за талию.