Сахар на обветренных губах (СИ) - Кит Тата - Страница 16

Двигаясь по его коридорам, я слышала смешки девичьих компашек. И, если до вчерашнего дня я не обращала на них никакого внимания, то сегодня я слышала в них насмешки над собой. И пусть многие из них даже не смотрели в мою сторону, но я была уверена, что весь университет причастен к тому, что вчера мои вещи плавали в бассейне.

Глядя себе под ноги, я шла к аудитории, пытаясь снова научиться игнорировать все эти идиотские смешки, и не поняла, как умудрилась в кого-то врезаться.

— Извини, — бросила я на автомате, даже не поднимая взгляда.

И за секунду до того, как мне ответил отстраненный мужской голос, я ощутила запах, от которого все мои внутренности мгновенно сковало льдом.

— Ничего, — бросил мне Одинцов и, не уделив более ни секунды своего внимания, пошёл дальше по своим делам.

Будто это вовсе не он лапал меня вчера в своей квартире.

— Алёнушка! — раздался с другого конца коридора вопль.

С трудом, но я нашла в себе силы не закатить глаза, глядя на то, как ко мне спешил Колесников.

Парень лавировал между другими студентами, всё увереннее приближаясь ко мне.

— Привет, — выдохнул он, оказавшись рядом. Взгляд его темных глаз впервые не был прикован к моему лицу и не излучал натужный секс.

— Привет, — бросила я нехотя и неосознанно сделала от Колесникова шаг назад. Уж очень вероломно он ворвался в моё личное пространство.

— Слушай, Алён, тут это… — было странно видеть Колесникова, которому было неловко. — Ты прости за вчерашнее, ладно?

— А что было вчера?

— Ну, твои шмотки… Короче, я думал, что мы нормально разбежались, а она…

— Кто «она»?

Вот сейчас стало действительно очень интересно, потому что я до сих пор уверена, что фокус с моими вещами в бассейне — проделка Одинцова.

— Милка… Милана, — уточнил парень. — Это она вчера твои вещи бросила в бассейн. Я сам об этом только вчера в обед узнал, когда не нашёл тебя в универе. В общем, сорян, Алён. Мой косяк, короче, — виновато бросил Колесников и поймал мои запястья, мягко сжав их пальцами, как наручниками.

Я рефлекторно опустила взгляд и ощутила, как по спине пробежался холодок. Отчего-то я была уверена, что после вчерашней извращенной игры Одинцова, на коже останутся синяки — настолько сильно ин сжимал мои запястья. Но сегодня я увидела лишь чистую кожу без единого намека на гематомы.

— Ничего не могу поделать с тем, что девчонки не могут устоять перед моей сексуальностью, — добавил Колесников, пока я молчала. Это выглядело странно, но за его шутками и внешней уверенностью я сейчас видела, что ему действительно было неловко и неудобно передо мной из-за случившегося вчера. — Но я готов загладить свою вину. Сегодня. Часов в восемь вечера. Согласна?

— Чтобы кто-нибудь из твоих поклонниц перешёл к следующему этапу мести и плеснул мне в лицо кислоту? — хмыкнула я и высвободила запястья, скрестив руки на груди. — Думаю, плавающих в бассейне моих вещей было достаточно. И, если твоя бывшая подружка повелась на то, что у нас что-то было, то ты можешь перестать доказывать окружающим свою крутость. Она неоспорима. Можешь успокоиться.

— Без ножа режешь, Алёнушка.

— Достаточно гуманно с моей стороны, — повела я плечом и попятилась к аудитории.

— Восемь вечера в силе?

У него память как у рыбки?

— Я не соглашалась, Колесников.

— Я заеду без пяти.

Я молча качнула головой и зашла в аудиторию, чтобы закончить этот нелепый подкат со стороны Колесникова. Может, начал он искренно, но закончил так, чтобы вновь стать замеченным всеми.

— Что-то Колесников зачастил к тебе, — Вика многозначительно поиграла бровями, когда я заняла место рядом с ней.

— Придурок просто, — выронила я устало и плюхнулась на соседний с одногруппницей стул.

— Да, ну. Классный. Смотри как глазками виновато смотрит.

Вика кивнула в сторону открытой двери в аудиторию, где я увидела Вадима, улыбающегося мне уголками губ и глаз. Поймав мой взгляд, он жестом показал, что позвонит мне.

Ну, да. На тапочек. Не припомню, чтобы я обменивалась с ним номерами.

К сожалению, сегодня вечером мне не нужно было на смену в магазин. Поэтому мы с Катей засели в моей комнате, где я помогла ей сделать уроки, а потом мы просто болтали, пока родители у себя громко смотрели телевизор.

Загорелся экран лежащего на столе телефона.

— Какой-то номер, — задумчиво хмуро произнесла Катя, вложив мобильник в мою протянутую ладонь.

— С работы, наверное. Сейчас, — подмигнула я сестре и, ответив на звонок, приложила телефон к уху, — Да?

— Алёнушка, скинь свои волосы, — услышала я голос Колесникова в трубке. — Я у твоего подъезда.

Холодный пот мелким бисером рассыпался по телу.

Он издевается?!

Ненормальный!

— Это из другой сказки, придурок, — рыкнула я в трубку и подбежала к окну. Сдвинув в сторону шторку, прижалась лбом к холодному стеклу и увидела внизу у подъезда машину Колесникова, на капоте которой сидел он сам.

— Это ты к окну прильнула, Алёнушка? Ждала?

— Как ты, вообще, нашёл меня? — меня уже начало трясти от понимания, что этот чокнутый не останется сидеть на одном месте и точно пойдёт дальше. То есть поднимется в квартиру.

— Сердце подсказало, — с нарочитым придыханием бросил парень. — А ты?

— Что я?

— Впустишь меня в своё сердце?

— Делать мне больше нечего, — фыркнула я нервно. — Оставайся на месте, я сейчас спущусь.

— Жду, — бросил он таинственным шепотком за мгновение до того, как я бросила трубку.

Запрятав телефон в карман домашних штанов, я в панике отпрянула от окна и осмотрелась вокруг, будто где-то рядом, буквально в ногах, валялось решение сложившейся проблемы. А ведь это действительно проблема.

Пальцами запуталась в волосах и почесала зудящую кожу головы.

Как я смогу выйти из квартиры? Отчим с меня три шкуры сдерёт.

— Алёна, ты кого-то испугалась? — вопросила сестрёнка, с опаской меня разглядывающая.

Представляю, какие у меня сейчас бешенные глаза.

— Не испугалась, Катюш. Просто… просто задумалась.

— А-а. А кто звонил?

— Да так, никто. По работе.

— М, — Катя качнула головой и вернула внимание телефону, удовлетворившись ответом.

Я зажевала верхнюю губу и с опаской посмотрела на закрытую дверь своей комнаты. Сейчас мне нужно будет найти причину, по которой я смогу выйти из дома и не вызвать никаких вопросов и подозрений у отчима.

Надев толстовку и носки, я собрала волосы в пучок.

— Катя, я спущусь в магазин. Мне нужно кое-что купить.

— О! Купи мне шоколадный батончик, пожалуйста. Два! Один мне, а второй тебе.

— Хорошо, Катюш. Куплю.

Стиснув в руке телефон, чтобы хоть как-то контролировать свои эмоции, я пошла в комнату родителей, где они смотрели телевизор.

— Мам… пап, — кое-как выдавила я из себя последнее. Отчим молча перевёл на меня хмурый взгляд и едва заметно вопросительно повёл бровью. — Я в магазин. Вам что-нибудь купить?

Мама посмотрела на отчима, отчим посмотрел на часы, а затем на меня.

— Восемь вечера. Что ты забыла в магазине?

— Я… Мне… В общем, мне нужно кое-что купить. По женской части, — выронила я, старательно делая вид, что мне очень неловко.

— Затычки, что ли? — брезгливо поморщился отчим.

— Да! — я едва не подпрыгнула, вспомнив, как сильно он не любит эту тему и насколько отвратными считает женщин, которые смеют кровоточить, хотя их даже не пырнули ножом. — Я в этом месяце не предусмотрела и поэтому…

— Иди! — отчим нервно дёрнул головой и состроил гримасу, полную отвращения. — Нахуй ты мне это рассказываешь? Надо — иди. Сигареты мне заодно купи. Две пачки.

— Хорошо.

В этот момент я испытала облегчение. Мама незаметно кивнула в сторону двери, намекая, чтобы я быстрее исчезла, пока он не передумал.

Надев ботинки и куртку уже почти на бегу, я спустилась вниз и выскочила из подъезда.

— Ты нормальный, не? — накинулась я на Колесникова, толкнув того ладонями в грудь. — Какого хрена ты здесь забыл?!