Не отпускай (СИ) - Иванова Ксюша - Страница 12

      - Звони Петровичу! 

     ...  Жалко его, хоть и снова бред несет! Когда на пол оседал на лестничной площадке, испугалась я сильно. И опять же, из-за меня пострадал! Лежит на полу передо мной, снова глаза прикрыл - такой хорошенький, такой миленький - волосы растрепались, на лице страдание! Сходила за перекисью, ватой. Когда вернулась, он уже встал, и задрав футболку, рассматривал рану.

    - Смотри снова в обморок не упади! 

     - Я, вообще, не понял, что со мной случилось. Раньше такого никогда не было! 

   - Ой, да ладно, строить из себя Супермена! Иди вон на диванчик садись!

   Молча прошел в зал и уселся на диван!  Да, Серёга, задело тебя неплохо, раз не споришь даже! 

    - Давай футболку снимем! 

   Взялась за край, стала тянуть вверх, когда он поднял руки. Глаза непроизвольно следовали за перепачканной тканью, скользя по чёрной достаточно густой поросли волос на его груди, по сильным плечам и мускулистым рукам... 

    - Что, Маринка, нравлюсь?

   - Ага, обожаю мужиков, которые от вида крови сознание теряют - это моя слабость!

   - Ты мне теперь это до старости вспоминать будешь?

   - Не думаю, что в старости мы с тобой будем часто видеться.

    - А вот послушаю  Ромкиных отпрысков - женюсь на тебе и будешь в старости каждый день на меня смотреть!

    Рука с ватой, смоченной в перекиси, дрогнула и приложилась непосредственно к ранке. Эх, Серега, если бы ты знал!.... Не говорил бы, наверное, глупостей! Он дернулся.

   - Ой, прости-прости! Сильно больно? Давай подую?

    - Терпимо. Марин?

    - Что?

    - Я тебя на свидание хотел пригласить!

    - Зачем?

   - В каком смысле, зачем? Пообщались бы, сходили куда-нибудь.

    - Ну, мы уже с тобой в музее были, в театре были... Куда еще? 

   - А в кино пойдешь?

   - А лапать будешь?

   - Если сама захочешь. 

   - Врешь.

   - Вру. Затем и зову. Но в рамках разумного, обещаю...

   Что за человек? По сути дела, я должна бы отказаться, но он с такой надеждой смотрит в глаза, как будто от моего решения зависит вся его жизнь.

   - Сегодня, я так понимаю, откладывается поход. 

   - Сегодня я даже за руль боюсь...

   - И ты предлагаешь...

   - Остаться у тебя ночевать. Ты же не отправишь меня в таком состоянии? Вдруг со мной что-нибудь случиться?  И рядом совсем никого...

   Просто задохнулась от подобной наглости! Ну даёт!  Глаза хитрые-хитрые! Красивые, темо-голубые... васильковые, я бы даже сказала.... стоп, не о том думаешь, Марина!

     - Наглец! Хорошо, на машине не едь, мало ли! Но на такси-то можно? 

   - Марин, ну, что ты за человек?  Слушай, а ты цветы забрала? Я, кажется, выронил...

   - Ой, там же в подъезде прибраться нужно - вино разлилось. Это ты, кстати, принес? 

   - Ну... я. 

   - Хм, это ты в кино его пить собирался?

   - После или вместо. Как пойдет. Не придирайся. Давай лучше прибирать пойдем. А-то вдруг соседи ругаться будут!

    Пока ходила за ведром и тряпкой, думала. Время он тянет, что ли? А ведь я и не хочу, чтобы уходил. Вдруг Витька решит вернуться. А так, хоть защита есть. Только этому защитнику платить придется и не деньгами...

    - Сергей, я сама приберусь! Ты лежи, не вставай, пусть пока рана затянется.

     Прибралась, цветы в вазу поставила. Давно мне никто цветы не дарил - ну, Роман с Алей на день рождения - не в счет! Полюбовалась ими! Упали... но ничего, красивые, почти не пострадали. 

    Заглянула в зал. Так... Он уже все решил: телек включен, а Сергей на диване развалился без футболки. Умом понимала - что же он испачканную оденет? Но и умысел здесь, однозначно, был. Вон, как красиво лежит! Только гаденькая мыслишка противоречила: дура, он просто сам по себе такой - как ни ляжет, как ни сядет, красивый, большой, волосы черные чуть вьются... И самое главное - на нашем стареньком диване очень он органично смотрится. 

Почему-то фантазии странные в голове появились – прихожу домой с работы, а этот мужчина меня вот так, лежа на диване, ждёт. Услышит, как дверь хлопнула и навстречу поднимется…

15

15.

   Уговорил. Ранка-то совсем мизерная - пластырем легко заклеилась - не прокатит из себя больного долго строить.  Но вдруг эти гады решат вернуться?  На это она и повелась. 

   Перед телевизором попили чай. Что-то веселое смотрели - Маринка смеялась. А я думал, незаметно поглядывая на нее. Как? Как соблазнить? Вот она - рядом. Никого в квартире. Ну, просто, все условия! Но ведь и прогнать может! И, вообще, неизвестно, как отреагирует - фурия, а не женщина!

    Постелила, естественно, на диване. Выдала старперские пижамные штаны Павла Петровича и его же футболку (Зачем только?  Неужели думает, что я в этом спать буду?) 

      Ушла мыться в ванную. Сначала хотел раздеться и за ней следом... Но передумал - решил, что нужно успокоить бдительность. Помылась. Молча прошла в свою спальню. Захватив, выданную мне одежду, отправился по ее маршруту. В ванной пахло малиной - просмотрел тюбики - шампунь и гель для душа с этим запахом. Замечательно, люблю малинку... 

    Быстро помылся, стараясь не намочить ранку. Вытерся насухо. Посмотрел на одежду Павла Петровича, лежащую на стиралке, положил сверху нее свои трусы и джинсы и смело шагнул в Маринкину спальню...

     Была-не была. Попробовать я просто обязан! Быстро, чтобы не успела сообразить, приподнял одеяло и скользнул под него. Лежит спиной ко мне. Обнял... голая? Да, ладно?  Не может быть! Получается, меня ждала? 

   Зарылся лицом во влажные волосы и прошептал:

   - Маринка, что ты со мной делаешь? Я волнуюсь, как в первый раз...

   Это была чистая правда. Действительно, волновался. Настолько, что рука дрожала, когда прикоснулся к ее груди. Чувствовал, что и ее трясет тоже. Зажалась вся, напряжена до предела.

       - Серёжа,  у меня гепатит. Я - носитель. Я могу быть заразна. 

    Она поэтому меня гнала? Поэтому одна все время? Ну, я предполагал. Наркоманы почти поголовно этим страдают. Даже готовился к этому. И серьёзно. Хорошо, что есть интернет.

    - Тысячи людей с такой же бедой живут обычной жизнью. И семьи у них есть. Если проблема только в этом, я просто воспользуюсь презервативом. 

    - Ты, наверное, не понимаешь. Это неизлечимо. Может привести к смерти. Заразишься, всю жизнь проклинать меня будешь.

    - Поэтому ты решила, что лучше всего одной быть. Никого к себе не подпускаешь? 

      Так жалко стало ее. Винит себя. Конечно, виновата. Но кто не ошибается, особенно в молодости? 

    - И это тоже. Но и... это для тебя просто... Захотел - переспал. Я не могу так. 

   - А как нужно? Два года встречаться? 

     Она что-то ещё собиралась говорить, но я не стал слушать - закрыл ее рот своими губами. Не мог больше терпеть. Запах той самой малины и чистого манящего женского тела сводил с ума. И вся она странным образом на меня действовала - это было не просто возбуждение, которое в данной ситуации было бы обычным. 

      Она мне нравилась. Целовал и смотрел на ее лицо, на закрытые глаза, на длинные ресницы, на ровный аккуратный носик... Красивая. Жаль, что в тёмной комнате, освещаемой только светом фонаря за окном, так плохо видно!

     Целовал, только она почему-то почти не реагировала. 

    Как же жаль, что свет не горит! Судя по тем ощущениям, что дают прикосновения пальцев к ее телу, на нее стоило бы посмотреть... на голую. Кожа шелковистая, мягкая. Оторвался от губ, спустился вниз по шее к груди. Втянул сосок в рот - вздрогнула. Хоть какая-то реакция! В ванной у Авериных совсем другой была! Что не так?

      - Марин? - поднялся, на вытянутых руках нависая над ней. - Что не так? Ты передумала?

    - Нет. Я хочу. Только...

   - Что? Говори, я не обижусь.