Дай тебя забыть (СИ) - Миронова Аля - Страница 33

Тем более, что теперь у меня появилась цель, потому что я знала, в каком наряде пойду на собственный выпускной. Осталось лишь добыть нужную сумму денег, которая, судя по ценнику, была почти астрономической. С другой стороны, в жизни нет ничего невозможного, пока ты жив.

Еще раз бросила на себя взгляд в зеркало и вдруг осознала, почему отцовская пассия так среагировала: я выглядела, словно мама в юности! Одна единственная ее фотография, как раз в момент окончания школы, которую я старательно прятала ото всех, буквально стояла у меня перед глазами сейчас.

Интересно, а отец сохранил семейные фотографии, или, что казалось ближе к истине, стараниями мерзкой Сони все было уничтожено?

Плевать. Мамочка, придай мне сил, пожалуйста, чтобы выдержать этот учебный год.

***

— И, смотри мне, без фокусов! — процедила, сквозь зубы, будущая мачеха, оправляя невидимые складки на моем платье.

В тех туфлях, которые мне выбрала эта женщина, не то что чудеса магии показывать, — устоять бы! Только выбирать не приходилось. Разразись конфликт, почему-то, у меня не было сомнений, на чью сторону встанет папенька.

К ужину я спускалась под руку с Максимовой. Тоже не моя прихоть, однако, хотя бы было за что держаться.

Организацией мероприятия занималась команда выездного кейтеринга, которая накрыла нам стол, подготовила очередность подачи блюд, а горячее — поставила в духовку, на подогрев. Мы косили под нормальную семью, где хозяйка дома — умела готовить.

Был ли к моменту нашего приезда у себя Макс — я не знала, — во дворе машины не было.

И вот сейчас позвонил нанятый для встречи отца и его гостей водитель, сообщил, что скоро будут. Поэтому, мы спускались вниз, из моей комнаты, чтобы встретить, как полагалось.

— Улыбайся и молчи, — дала последние наставления Соня. — Если ты все испортишь, я тебе покажу небо с овчинку.

Вскоре дверь распахнулась, и на пороге возникло трое мужчин, младшему из которых я бы дала не меньше двадцати пяти.

Помимо моего, изрядно замученного, хоть и выглядящего безукоризненно родителя в явно дорогом, светло-коричневом костюме–тройке, в коричнево-голубую клетку, который дополняли коричневые дерби, голубая рубашка в полоску и бежевый галстук в крупным сине–серый узор.

Его ровесник, или мужчина чуть старше, с пышной, хотя уже и седой шевелюрой, правда, практически без единой морщинки на лице, с насыщенно–синими глазами, был облачен в коричнево–синюю тройку с белой планкой и синим галстуком.

Самый младший из мужчин — жгучий брюнет с модной стрижкой и пронзительно синими, отцовскими глазами, был облачен в более свободном стиле: двубортный светло-серый костюм–двойку в белую полоску; дополняли белые кеды и такая же футболка.

Брюнет безусловно был хорош собой: видный, статный, яркий, я бы сказала. Только от его хищного, оценивающего, какого-то жадного взгляда хотелось спрятаться.

— София, Маргарита, — наигранно улыбнулся отец. — Рад вас видеть, мои любимые красавицы.

Я видела, что папенька был недоволен. И в первую очередь — моим внешним видом. К счастью, судя по взгляду, он знал, с кого спросить. Сухо чмокнул свою пассию в висок, затем едва ощутимо приобнял меня, чтобы показать радость встречи перед гостями, очевидно.

— Девушки, прошу любить и жаловать, мой компаньон — Игнат Сергеевич Григорьев, и его сын Юрий, — обернувшись в полоборота, представил нам своих спутников родитель. — Это — дама моего сердца и хранительница домашнего очага — София, и юная красавица, любимая дочь — Маргарита.

Хотелось одновременно и рассмеяться, и расплакаться. Любимая дочь, как же! Театр абсурда распахнул свои двери. Жаль, антракт в сегодняшнем вечере не предусмотрен. Вытерпеть бы все это…

— Добро пожаловать в наш дом, — залебезила Соня. — Прошу всех к столу.

По пути в гостинную, где был накрыт ужин, мы дружно обменялись любезностями.

— Марго, а вы не покажете мне ванную? — притормозив около меня, спросил Григорьев–младший.

— Я покажу, — спас ситуацию отец, за что ему большое человеческое спасибо. Пожалуй, единственное доброе дело, на которое он оказался способен. Потому что оставаться наедине с наглым хищником у меня желания не было.

Мы успели занять каждый свое место, и, к счастью, напротив меня оказался пустой стул, очевидно, для блудного сыночка. Смущала и еще одна тарелка…

— Павел Максимов, — словно из ниоткуда возник “братец”, облаченный в шикарный костюм глубокого синего цвета с белой рубашкой. — А это — моя невеста — Натали Уварова, — обратил внимание присутствующих на свою спутницу, облаченную в платье похожего фасона на мой, только короче и в тон одежды Макса.

Надо заметить, выглядели они оба безукоризненно. И, что еще хуже, меня подобное задевало, особенно — факт появления за нашим как бы семейным ужином посторонней рыжей стервы. И плевать, чья она там невеста — не жена ведь! Или кто ее мамашка.

— Григорьев Игнат Сергеевич, — представился сам компаньон отца. — А это — мой сын Юрий.

Натали расплылась в разлюбезной улыбке, а Максимов выдавил из себя сухое “приятно познакомиться”.

Когда вновь прибывшие гости расположились за столом и беседа перешла к обсуждению стран, где побывали Григорьевы, рыжая дура не упускала возможности, чтобы вставить свои пять копеек и не всегда по теме.

— Из азиатских стран мне больше всего понравился Сингапур, — произнес Юра. — Возможно, дело в том, что я там пробыл достаточно долго или благодаря слишком небольшому числу русскоговорящих лиц, — усмехнулся парень.

— А Пол тоже китайский изучает, как третий язык, между прочим, — воскликнула Уварова. Ну не дура ли?! Полнейшая. — И в свадебное путешествие мы собираемся в Тайланд.

Григорьев-старший деликатно кашлянул, остальные молча переглянулись.

— Думаю, на сегодня вина хватит, милая, — приторно-сладко процедил сквозь зубы “братец”. — Тем более, у нас еще впереди два часа дороги.

— Куда это вы собрались? — не слишком ласково задала вопрос Соня.

— Отдохнуть, — равнодушно пожал плечами Максимов. — Выходные впереди.

— Маргарита, а вы не желаете тоже… отдохнуть? — обратился ко мне Григорьев–младший, делая недвусмысленный намек.

Отец поперхнулся, Натали усмехнулась, а еще кто-то заскрежетал зубами. Было бы интересно узнать, конечно, реакцию присутствующих, согласись я на подобное предложение.

— К сожалению, — театрально вздохнула, — у меня завтра учебный день. Четыре пары, представляете?! В воскресенье буду готовиться к новой учебной неделе.

— Иногда полезно переключиться, — продолжил гнуть свою линию наглец–Юрец.

— Ах, я бы бесспорно была вся ваша, — мило улыбнулась брюнету, — если бы не домашний арест. Не так ли, папенька?

Подберите упавшие челюсти, господа, десерт ещё не подали.

Глава 15

К счастью, даже самый нудный, странный и, не иначе, чем стремный ужин в моей жизни подошел к концу. А еще лучше то, что вместе с Григорьевыми свалил и “братец” со своей курицей.

Потому что лицезреть еще две недовольные рожи было бы совсем грустно.

— Ты что устроила, паршивка?! — столило захлопнутся за гостями двери, как на меня тут же налетела отцовская пассия, словно стервятник на падаль — жадно.

— Папа, папа! — вместо оправданий, закричала так, словно меня убивали.

Родитель почти тут же оказался рядом, и смотрел так, словно сам был готов растерзать меня на кусочки. Поэтому, пришлось идти ва-банк.

Сорвавшись с места, буквально кинулась в объятия мужчины.

— Спаси меня, папочка, — зарыдала, думая о давно погибших родных. — Она меня бьет.

— Что?! — взревел отец. — Марго к себе, я позже зайду.

Шах и мат, стерва! Не теряя времени и не испытывая благосклонность судьбы, я спешно удрала в свою комнату.

С наслаждением сбросила платье и ненавистные туфли, которые вполне можно было бы использовать в качестве орудия пыток. Я бы еще и под душ влезла, только вода на втором этаже по-прежнему отсутствовала, а спускаться вниз и иметь шанс нарваться на концерт, отголоски которого долетали до моего слуха, не хотелось.