Личные границы. Установить, поддерживать, защищать - Сульчинская Ольга Владимировна - Страница 37

обратить внимание на свое физическое состояние и режим сна и бодрствования;

проводить больше времени на свежем воздухе, гулять;

заняться спортом;

отправиться в путешествие;

устроить информационный детокс;

завести новые знакомства;

подобрать подходящую литературу[27];

поговорить с доверенными друзьями или психологом;

обратиться к специалисту (неврологу, психиатру) и подобрать фармакологические средства поддержки.

Никакая из перечисленных выше возможностей не принесет мгновенного облегчения (разве что фармакология), но постепенно они позволяют снова почувствовать себя полноценной личностью, у которой есть свое собственное место в мире.

Глава 12

Информационная среда

Мы живем в информационной среде. С этим утверждением уже никто не спорит. Но что такое эта среда? Определений информации множество. В самом общем смысле это сведения, известия, сообщение о чем-либо. Сейчас мы не станем говорить о том, что зашифровано в геноме и что заставляет семечко развиться до целого дерева, хотя, разумеется, это тоже информация. Мы будем говорить о той ее части, которая создается, передается и воспринимается людьми. А под информационной средой будем подразумевать те физические и виртуальные пространства, где этот обмен происходит.

Знания также передаются, но они – не то же самое, что информация. Она часто заряжена эмоционально: нам передают не просто сообщение о фактах, но и оценку этих фактов и те переживания, которые описываемые события вызвали у автора сообщения и предположительно вызовут у нас.

В отличие от знаний информационная среда активна. За знаниями мы должны куда-то идти (хотя бы виртуально) и задавать вопросы, которые нас интересуют. Информация сама идет за нами, и довольно часто она проникает в наш внутренний мир независимо от нашего желания и даже вопреки ему.

Почему информация может вызвать негативный эффект

Когда мы смотрим фильм, то делаем это не ради того, чтобы получить информацию, а чтобы развлечься, переключиться и пережить те эмоции, которые мы запланировали (для этого выбираем определенный жанр). Но фильм прерывается рекламой, и мы пассивно воспринимаем те сведения, которые не запрашивали, которые, возможно, нам вовсе не нужны.

Рассказывает Светлана У., 32 года:

«Меня бесит реклама колбасных изделий. Я убежденная вегетарианка, пришла к этому сознательно и не употребляю в пищу мясные продукты уже шесть лет. Но скрыться от рекламы не могу и каждый раз испытываю раздражение и отвращение».

Одинокие люди вынуждены любоваться картинами счастливой семейной жизни. Пешеходы – внимать призывам купить новый автомобиль. Семьи с низким доходам – обещаниям незабываемого отдыха в роскошных отелях и все вместе взятые – посулам несметных выигрышей в виртуальном казино.

У каждого информационного сообщения есть автор (индивидуальный или коллективный), а у автора свои цели: передача идей, убеждений, взглядов, явное или скрытое побуждение к действию.

Послания, в которых содержится нечто, не согласующееся с нашими ценностями или возможностями, вызывают у нас негативные состояния от раздражения до подавленности. Это состояние мимолетно, но способно накапливаться.

С рекламой все как будто честно, мы все знаем, что она побуждает нас покупать тот или иной продукт. Это очевидно. Но есть и неочевидная часть: продукт появляется в предметном окружении и сюжетном контексте, который воспринимается как социально-нормативный. В рекламе сосисок нам показывают не только сосиски, но и счастливую семью. Мы не задумываемся над тем, что мать и отец ровесники, без большой разницы в возрасте, что детей двое: мальчик и девочка. Но все же мы получаем сообщение о том, какая семья «нормальная».

При этом рекламные послания могут противоречить друг другу. «Сосиски» говорят, что один мужчина и одна женщина – это семья, это хорошо. А «Дезодорант» показывает героя, которого «любят все девушки». Мы проглатываем это сообщение, не размышляя над множественным числом. Но все-таки к чему должен стремиться мужчина, какому образу соответствовать, «сосисочному» или «дезодорантному»? Или дело в том, что первая реклама адресована женщинам, а вторая мужчинам? В любом случае им предлагаются в качестве образцовых модели, которые не сочетаются друг с другом. Само по себе это не обязательно «плохо», но информационный поток образует некоторый общий нарратив (повествование), который содержит внутренние противоречия и порождает множество мелких неосознаваемых конфликтов. Каждый из них в отдельности незначителен, но по мере накопления они могут вызывать фоновую усталость, тревогу, раздражение, подавленность.

Конфликт другого сорта вызывают новости. Это эмоциональный рассказ о событиях, которые сильно влияют на чью-то жизнь и часто носят устрашающий характер: речь идет о взрывах, смертях, ранениях, заболеваниях и т. п. Мы становимся свидетелями таких событий, но нам практически никогда не известно окончание истории.

Пример:

Сообщение о наводнении, упоминается количество жертв и пропавших без вести, на экране мы видим затопленные дома и лодки. Мы не узнаем, что станет с людьми, которые спаслись, где и как они получат новое жилье, как справятся с трудностями.

Понятно, что дальнейшая судьба героев новостей не прослеживается. Это уже не было бы новостью, поэтому нам предлагаются следующие события, которые так же не имеют продолжения. Это похоже на бесконечное количество открытых вкладок на «рабочем столе» компьютера: рано или поздно система зависнет и ее нужно будет перезагружать.

Вдобавок к этому эмоциональная составляющая новостей побуждает нас к эмоциональному отклику, мы испытываем эмоции (порой довольно сильные: страх, сострадание и т. п.), которые не могут быть выражены; их энергия не переводится в действие, поскольку те люди, которым мы сочувствуем, находятся за пределами достижимости. Отчасти эта энергия находит выход в обсуждениях и пересказе новостей, иногда мы переводим деньги на чей-либо счет. Но количество событий, о которых мы узнаем, намного превосходит наши возможности реагирования.

Мы не можем предпринять в своей жизни ничего такого, что предотвратило бы наводнение в далекой стране и даже пожар в соседнем городе. Это может приводить к ощущению своего бессилия, неосознанного восприятия себя как человека пассивного, не имеющего возможности предпринимать что-либо для защиты от бедствий.

Но ведь есть легкие и приятные сюжеты, например, из жизни знаменитостей? Порой и они могут доставить нам беспокойство: немногие ли из нас могут созерцать чужую идеальную и красивую жизнь, не сравнивая себя с героями, не находя в себе изъянов. Мы в той или иной степени всегда сравниваем себя с другими. Но в повседневности мы сравниваем себя с теми, кто живет рядом, находится в схожей ситуации, чьи достижения достижимы и для нас. Тогда как инфосреда регулярно предлагает сюжеты, практически не сопоставимые с нашими. В этом есть и плюсы, таким образом мы расширяем кругозор и видим разнообразие мира и существующих в нем возможностей. Но есть и серьезный минус, когда мы начинаем делать выводы о себе, сравнивая себя с увиденным.

Мы оцениваем себя выше без особых на то оснований, в том, что мы живем лучше бездомных в далекой южной стране, нет никакой нашей личной заслуги. Либо понижаем самооценку, делая выводы не в свою пользу. Особенно если нам внушили, что «можно достичь всего, если захотеть», при том, что у нас были другие стартовые позиции, чем у героев повествования. Примерно так же действуют соцсети: вместо заурядной повседневности мы в них видим приукрашенную реальность и вдобавок еще сами романтизируем ее.

Рассказывает Елена О., 27 лет:

«Я пожаловалась подруге, что жизнь других кажется мне яркой, полной приключений или достижений. Она посоветовала мне выкладывать фото своих результатов, приготовленной еды, полученных дипломов и так далее: „Ты увидишь, что у тебя не хуже“. Но совет не сработал, стало только хуже. Я словно участвую в соревновании, в котором нет шансов победить, я одна, а их много. У меня что-то получается раз в неделю, а чужие успехи я вижу по несколько раз в день».