Обновлённая любовь (ЛП) - Ашер Лорен - Страница 74

Мои плечи трясутся.

Пять вдохов. Отец хватал меня за плечи и заставлял повторять за его движениями.

Еще раз, говорил он, когда первоначальный счет до пяти не срабатывал. Слезы не прекращаются, но моя паника уменьшается с каждым усиленным вдохом.

В какой-то момент после вдоха номер тридцать пять я беру себя в руки и тянусь к первой попавшейся реликвии Лопесов. Пальцы дрожат, но я быстро останавливаю их, крепче обхватив основание молотка.

Я подхожу к своему старому рабочему месту. Возможно, моя мама случайно положила несколько инструментов не туда, но все остальное осталось прежним, вплоть до последнего проекта, над которым я работал перед отъездом в колледж.

Наполовину законченная шкатулка должна была стать особым рождественским подарком для Далии. В течение многих лет мы в основном ограничивались подарками-приколами или подарками, которые выбирали наши матери, но Рождество перед тем, как все пошло прахом, должно было быть другим.

Мы должны были быть другими.

После поцелуя, который мы разделили, я понял, что мы не можем вернуться к прежним отношениям, да и не хотел этого. Я хотел гораздо большего.

Но потом умер мой отец, и мама впала в очередную глубокую депрессию, в которой я чувствовал себя ответственным за то, чтобы помочь ей. Я отложил свое собственное горе – глупое решение в долгосрочной перспективе – и оттолкнул Далию, назвав ее отвлекающим фактором.

Я позволил своей неуверенности встать на пути к тому, чего хотел, и мои страхи, что я недостаточно хорош для нее, поглотили меня, пока я не смог смириться с мыслью о том, чтобы быть с ней. У нее были мечты, а я был сломлен, и все шансы были направлены против меня.

Теперь у тебя есть шанс исправить свои ошибки.

Боль расцветает в моей груди, когда я беру в руки недоделанную шкатулку для драгоценностей. Я хочу снова обрести мужество, начав с преодоления самого большого препятствия на сегодняшний день.

Своего прошлого.

С трясущимися руками и колотящимся сердцем я беру еще несколько инструментов Лопесов и приступаю к работе над шкатулкой. Не знаю, как долго я буду дотошно одержим проектом, но я пристрастился к адреналину, бурлящему в моих венах.

К тому времени, как я закончил, я весь вспотел и дышу, словно пробежал марафон. Я использую подол рубашки, чтобы вытереть влажный лоб, прежде чем проверить конечный результат.

Когда-нибудь я планирую подарить Далии эту шкатулку. Только не знаю, когда.

Глава 47

Далия

— Похоже, принцесса реалити-шоу наконец-то решила вернуться на свой текиловый трон, — Лоренцо опускается на табурет рядом со мной и ставит свой стакан с виски на стойку.

— Неужели тебе нечем заняться, кроме как проводить время здесь? — я оглядываю относительно пустой бар.

Он пожимает плечами.

— Не совсем.

— Тебе нужна работа.

Его бровь приподнимается.

— В восемь вечера во вторник?

— Как насчет хобби?

— Заговор против моих врагов считается?

Мои брови приподнимаются.

— У тебя есть враги? В Лейк-Вистерии?

Он смеется в свой стакан, но звук получается скорее ледяным и призрачным, чем теплым и душевным.

— А что ты здесь делаешь? — спрашивает он, прежде чем я успеваю задать следующий вопрос.

— Встречаюсь с сестрой, — я проверяю свой телефон уже в третий раз за последние десять минут. Когда я позвонила, чтобы срочно устроить девичник, Лили предложила встретиться в «Last Call» после того, как она закроет магазин на ночь, заявив, что ей ужасно хочется их жареной картошки.

— Лили, верно?

Я поворачиваюсь, и в удивлении смотрю на него.

— Почему ты спрашиваешь?

Он игнорирует мой вопрос и задает свой собственный.

— Она одинока?

Я прищуриваюсь.

— Нет.

— Хм. И кто же этот парень?

— Господи, просто не приставай к ней.

— Она хочет стать монахиней?

— Близко. Сохранить девственность до брака, — я сдерживаю смешок, пока он не выдал меня.

Верхняя губа Лоренцо кривится от отвращения.

— Отлично.

Я машу Генри рукой и заказываю два «Seltzer».

Через несколько минут дверь бара распахивается, и внутрь вваливается моя сестра в моем любимом зимнем пальто и украденных дизайнерских сапогах. Она с трепетом снимает его, демонстрируя еще один из моих нарядов.

— Я убью ее.

Глаза Лоренцо потемнели, когда он окинул взглядом тело моей сестры.

Я шлепнула его по затылку.

— Перестань пялиться на мою сестру!

Он допивает остатки виски и поднимает руку, чтобы попросить еще.

Я закатываю глаза, соскальзываю с барного стула и тащу Лили на другую сторону бара, подальше от испепеляющего взгляда Лоренцо.

— С каких это пор ты дружишь с Лоренцо? — спросила она, нахмурившись.

— Ты его знаешь?

— Не совсем, — ее нос подергивается. — Он заходит в магазин каждую пятницу, чтобы купить два букета на заказ.

— И?

Она пожимает плечами.

— У меня нехорошее предчувствие на его счет.

Может, Джулиан все-таки был прав насчет Лоренцо, и нам лучше держаться от него подальше.

По крайней мере, Лили не выглядит заинтересованной в нем.

Она пробирается в кабинку и садится напротив меня.

— Так для чего было это экстренное собрание?

Я передаю ее банку «Seltzer».

— У меня дилемма.

Она смеется.

— Ты довольно известна благодаря им.

— Я говорю серьезно.

Открыв банку, сестра делает глоток.

— Хорошо. Что случилось?

— Я получила предложение о новом шоу.

— Поздравляю! — она ударяет своей банкой по моей, прежде чем закрыть глаза. — Или нет?

Я облокачиваюсь на стол.

— Это в Сан-Франциско.

— Это далеко.

Мои плечи опускаются.

— Джулиан говорит, что готов переехать…

— Но ты ему не веришь?

Я судорожно застегиваю молнию на куртке.

— Скорее, я боюсь, что он выполнит свое обещание.

Она наклоняет голову.

— Теперь я в замешательстве. Разве это не должно тебя радовать?

— Я не хочу, чтобы он менял всю свою жизнь ради меня, — он может пожалеть о своем решении и обидеться на меня, и я не знаю, смогу ли я пережить такую душевную боль во второй раз.

Лили тянется к моей руке.

— А ты не думала о том, что он может делать это не только ради тебя, но и ради себя?

Я молчу, и Лили заполняет тишину еще одним шокирующим откровением.

— Джулиан годами говорил, что хочет сократить свой объем работы, но так и не предпринял ничего несмотря на то, что всем вокруг было очевидно, что он должен это сделать.

Я несколько раз моргаю.

— Правда?

— Да. Представь, как мы все удивились, когда он вдруг начал работать над проектом вместе с тобой, стал чаще посещать свои стройплощадки и не перестает улыбаться, когда говорит о том, что будет работать над новыми домами вместе с тобой – чего он не делал уже, по крайней мере, два года.

В моем горле образовался комок.

— Он… я…

Лили ободряюще сжимает мою руку.

— И не заставляй меня говорить еще и о плотницком деле. Все в городе только и говорят о том, что он настолько приревновал, что повысил бедного парня, чтобы держать его подальше от тебя.

Мы обе разразились хохотом.

— Как они узнали? — спрашиваю я.

— Плотник, которого он повысил, любит сплетни больше, чем Жозефина.

Я делаю долгий глоток из своей банки.

— Я не просила Джулиана делать все это.

— Вот и я о том же. Он решил сделать эти вещи, потому что они сделали его счастливым, так почему теперь ты начинаешь сомневаться в нем и его выборе?

Мой взгляд опускается на стол.

— Потому что я боюсь, что в конце концов он пожалеет о нем, когда закончится этот период эйфории и постучится реальность.

— А что, если нет? — она откидывается назад. — Без обид, но я больше беспокоюсь о том, что ты пожалеешь, если оттолкнешь его.