Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович - Страница 168

— Так что, гражданин следователь, это фото к моему делу не пришьете! — язвительно ухмыльнулся Чупчугин. — К тому, что вы мне инкриминируете, оно отношения не имеет. Тем более что с Кириллом мы больше не виделись. Кстати, одна из тех подружек — красивая, вся из себя, — похоже, с ним так и осталась. С пляжа они ушли вместе.

— Да, они стали мужем и женой, жили дружно, счастливо и умерли в одну ночь. Вместе со своей дочерью и племянницей. Слава богу, младшего сына Кирилла в это время дома не было — он воспитанник кадетского корпуса и в этот момент находился по месту учебы.

— А чего это они умерли? — почуяв что-то нехорошее, насторожился Чупчугин.

— Их зверски пытали и убили в собственном доме, который находится в пригороде Челябинска Пименовке. Сделали это четверо подонков, посланных их главарем Штыбцевым, он же — Чупчугин… — совершенно буднично пояснил следователь, но для Валентина это прозвучало как удар грома.

Он сидел, вытаращив глаза, трясущимися руками хватая себя за одежду. Судя по его реакции, Кирилл Чиклянцев для него навсегда остался эталоном человека, который заслуживает безусловного уважения. Внезапно лицо Чупчугина посинело, и он упал на пол в эпилептическом припадке. Вызвали врача. Тот привел Валентина в чувство и определил у него начало серьезного психического помешательства, которое гарантированно будет прогрессировать.

После этого припадка Чупчугин поменялся в корне. С него слетела спесь, вся его дутая фанаберия, он сник и пожух. Теперь это был смятый жизнью человек с потухшим взглядом и землистым лицом. Теперь он давал любые показания, отвечал на любой заданный ему вопрос. Он признался, что и в самом деле убил родного брата-близнеца. И совсем не из-за денег. Альфреда он ненавидел еще со школьной поры, когда с ним однажды произошло весьма неприятное происшествие.

Они тогда учились в седьмом классе. Как-то вечером братья пошли в сельский клуб посмотреть кино. И тут им встретился подвыпивший односельчанин, недавно вышедший из заключения. В деревне ходили слухи, что этот тип из «опущенных» на зоне. Увидев мальчишек, он бросился на них и, схватив Альфреда за руку, куда-то потащил за собой. Валентин, схватив камень, бросил его в нападавшего, благодаря чему Альфред сумел вырваться и убежать. А вот Валентину убежать уже не удалось… Если бы Альфред не струсил и помог вырваться своему брату, как только что его выручил тот, ничего, скорее всего, не произошло бы. Но Альфред убежал за подмогой. А когда от клуба прибежала целая толпа, все увидели то, что творил с мальчишкой пьяный зэк-извращенец. Мерзавца тут же скрутили и отправили в милицию. Суд ему отмотал немалый срок (собственно говоря, это он и сделал потому, что сам хотел попасть в тюрьму).

Валентину сочувствовали, но… Появилось и другое. Былые друзья стали его сторониться, в классе с ним сидеть за одной партой никто не хотел. Постепенно он оказался в полной изоляции. Сразу после школы Чупчугин уехал поступать в университет. Живя в общежитии, он как-то познакомился с улыбчивым, доброжелательным пацаном со старшего курса. Как-то они крепко выпили, а когда Валентин проснулся, то увидел себя в одной постели со своим новым приятелем. О том, что именно между ними было, сомневаться не приходилось.

А потом доцент одной из кафедр — состоятельный вечный холостяк — предложил Валентину поехать с ним на дачу. Как оказалось, тот «улыбчивый» с доцентом «дружил» с самого первого курса, и именно он рассказал ему про Чупчугина. Универ Валентин окончил внутренне озлобленным, презирающим и ненавидящим людей. Когда Альфред пришел к нему за обещанными деньгами, Валентин рассмеялся ему в лицо и объявил, что никаких денег тот не получит. Возмущенный Альфред пригрозил, что сейчас же всякому и каждому расскажет про некоторые наклонности своего брата. Валентин этого ожидал, поэтому, ничего больше не говоря, достал заранее приготовленный «браунинг» и без колебаний всадил ему пулю с лоб. Труп закопал на мусорной свалке.

Судя по всему, это стало последним, что сохраняло у Валентина в душе хоть что-то доброе. Закопав брата, вместе с ним он похоронил и свою душу…

— Охренеть! Это вообще что-то запредельное! — слушая Гурова, ошарашенно резюмировал Станислав. — Надо же! Когда-то был нормальный пацан, а побывал в руках педиков и превратился в монстра. Е-п-р-с-т! А про то, за что разделались с Пятыриным, он не рассказал?

— Рассказал… — утвердительно кивнул Лев.

Как явствовало из того, что поведал следователь, Чупчугин членов своей банды зомбировал всеми возможными способами. При помощи маятниковых колебаний блестящего шарика в полутемном помещении он вводил гипнабельных спортсменов в состояние гипнотического сна и, по сути, ломал их психику, внушая им озлобленность, безжалостность, алчность и — самое главное — безоговорочное подчинение себе. Кроме того, он пичкал их нейротропными препаратами, вызывающими у человека торможение его личного «я», формирующими из него ни о чем не задумывающегося живого робота. Все члены его банды проходили курс ниндзюцу. В ходе подготовки этих зомби-ниндзя Чупчугин также использовал психотренинги и наркотики.

— А знаете, что я на днях нашел в Интернете? — уминая сервелат, произнес Крячко. — Один этнограф рассказывал про племя первобытных каннибалов, обитающих в глухих лесах Амазонии. Так вот, это у них такой символ — змея с крыльями летучей мыши. Ее накалывают по нижней челюсти от уха до уха вождю племени и жрецу как знак отличия. Так что эта рептилия — знак принадлежности к людоедам… О блин! Лева, извини, кажется, я перебил тебя? Все, молчу!

Кивнув, Гуров продолжил. Как Чупчугин признался следователю, несмотря на гипноз и химпрепараты, не все с зомбированием его подручных обстояло просто и гладко. Если на ограбление те соглашались без особых усилий, то когда встал вопрос о том, чтобы убивать людей, некоторые этому резко воспротивились. Более того, у некоторых его подручных с какого-то момента стали проявляться неподчинение и прекословие. Было похоже на то, что у них словно включились какие-то внутренние механизмы, которые блокировали негативные, разрушительные психологические установки криминального «гуру». И в наиболее яркой степени это проявилось у Фрола Пятырина. После третьего по счету ограбления он вдруг впал в сильнейшую депрессию, а потом — в столь же сильное буйство. Пришлось приказать прочим членам банды его скрутить и сделать ослушнику пару инъекций нейродепрессантов.

И так совпало, что, когда Чупчугин решил еще раз «перезагрузить» сознание Пятырина на свой лад, в этот момент ему позвонил Андрэ Блейцман. Валентин в деталях изложил ему свой план, названный им «Заклание», в каких населенных пунктах и по какому принципу он планирует совершить убийства и теракты. Он даже помыслить не мог, что Фрол уже успел отойти от действия препарата и слышал все им сказанное от слова до слова.

Когда Чупчугин закончил разговор, к его досаде и удивлению, до этого момента лежавший без движения Пятырин внезапно приподнялся и, преодолевая слабость, гневно выпалил:

— Ты что задумал, урод? Да тебя четвертовать мало! Сейчас же пойду в полицию и все там расскажу!..

Это и решило его судьбу. В ярости Чупчугин возжелал покарать «изменника» самым жестоким образом. Он созвонился со своим знакомым — хозяином клуба «Минилёт», который владел несколькими мини-вертолетами, сдавая их в аренду особо доверенным людям. Валентин уже успел пройти краткий курс вождения вертолета «Робинзон», поэтому без труда договорился всего за пятьсот баксов арендовать винтокрылую машину на два часа.

По задумке Чупчугина, смутьяна Пятырина следовало без одежды выбросить в глухом лесу, вдали от человеческого жилья, чтобы он там замерз и его сглодали волки. На пару с Вороном, его самым верным и преданным из отморозков, они вытащили все еще неспособного сопротивляться Фрола и, загрузив в багажник машины, отвезли в «Минилёт». Перетащив спортсмена в кабину вертолета, Чупчугин и в самом деле отвез Пятырина в самое глухое место лесного массива, где с Вороном его раздели до трусов и выбросили в сугроб.