Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович - Страница 727

– Да вы нам вроде надоесть-то и не успели… – Мария о чем-то задумалась, немного нахмурив лоб. – Вообще-то я была бы не против, если бы вы здесь остались и до завтра. Дело-то, я вижу, принимает серьезный оборот, и всем нам резоннее держаться вместе.

– И спать в одной куче? – иронично хохотнул Крячко. – Располагаться-то где тут? Пойдем, наверное. Вот если бы Лева поделился своим арсеналом, это было бы здорово.

– А что? Поделюсь. – Лев выдвинул ящик тумбочки. – Только, Стас, ты должен помнить, что с оружием шутки плохи. И если что…

– О-о-ой! – В голосе Крячко зазвучал сарказм. – А то я первый раз в жизни вижу такую загадочную вещь, как пистолет!

Когда Стас и Рита ушли, Мария, проводив их взглядом, чему-то улыбнулась.

– Наверное, сяду за книгу, – разминая запястья, наподобие спортсмена перед решающей схваткой, объявила она. – Нет, в самом деле, тут можно накатать такой боевик, что наши корифеи по части сочинительства на тему «убегают – догоняют» от зависти утопятся. Ну, кто бы мог подумать, что развлекательный круиз по Атлантике обернется таким триллером?

– Да, наверное, ты права – поверить в это трудно, – подойдя к жене, Лев обнял ее за плечи. – Но эта идея мне понравилась! Я просто уверен, что твоя будущая книга обречена на успех. А что? Когда театралы узнают, что сама – САМА!!! – Мария Строева издала приключенческие мемуары, той же Ролингс, с ее Гарри Поттером, останется только нервно курить в сторонке.

– Ты… серьезно?! – Мария изучающе посмотрела на мужа, но так и не смогла понять – шутит он или и в самом деле считает ее сентенцию реально выигрышной идеей.

– Знаешь, Марьюшка-царевна, – обычно Гуров так называл Марию в тех случаях, когда или очень волновался за нее, или был настроен сугубо философски, – жизнь – такая штука, что сказанное в шутку зачастую куда более реально и осуществимо, чем сказанное всерьез. Правильно сказал кто-то из юмористов, что самые глупые вещи всегда делались только с самым серьезным видом – от великого до смешного всего один шаг. И наоборот. Так что, если почуяла в себе писательские дарования – дерзай.

– Гм… – Мария некоторое время сосредоточенно смотрела в потолок. – Лев, если ты меня разыгрываешь, то это жестоко. А если нет, то жестоко вдвойне! Ведь если я втянусь в сочинительство, мне тогда придется выбирать между книгами и театром. А без театра я прожить не смогу. Уж лучше бы назвал бездарностью! Эх, Левка! Мы сегодня никуда больше не пойдем?

– Давай сходим… Может, посидим в кафе «Сказки Аладдина»? Там очень мило, уютно, хорошая индийская кухня. Потом заглянем на показ мод, на аукционе посидим, да и просто погуляем по палубам. Мы же отправились в круиз отдыхать, развлекаться, а не прятаться от всяких-разных бандюг. Вперед!

– А, пошли! – изобразив лихой жест, означающий «уж бить горшки – так без остатка!», Мария направилась к стенному шкафу, где висел ее «официозно-неофициозный», как она его называла, костюм.

По примеру жены, Лев, порывшись в своем гардеробе, тоже слегка «приджентльменился», и они вышли на палубу. Идя через толпу отдыхающих, которая живыми ручейками тянулась в самых разных направлениях – кто-то в сторону казино, кто-то в пиццерию, – они разговаривали ни о чем – о погоде, о чайках, сопровождающих лайнер, об облаках, плывущих в небе… И если для Марии этот выход «в люди» был и в самом деле обычной прогулкой, то Гуров и здесь не мог перестать быть профи от сыска. На автопилоте, неприметно для окружающих, он зорко отслеживал окружающую обстановку.

Когда они подходили к «Сказкам Аладдина», Лев вдруг почувствовал слежку. Как это произошло, он едва ли мог бы объяснить. Но в какой-то неуловимый момент всей спиной ощутил недружелюбный, угрожающий взгляд недоброго человека. Открывая Марии стеклянную дверь в кафе, он нашел повод оглянуться и сразу же понял, кто именно смотрел ему в спину. Это был крупный детина англосаксонской наружности, с сантиметровой щетиной на щеках, в клетчатой рубашке и широченных шортах, открывающих мосластые волосатые ноги.

Не желая портить Марии настроение, Лев не стал ей говорить об очередном соглядатае. Пройдя следом за метрдотелем к свободному столику, он сел так, чтобы было видно входную дверь. Они выпили какого-то индийского вина, настоянного то ли на корне лотоса, то ли на цветах какой-то особенной кувшинки. Затем принялись за доставленные официантом индийские яства – чапати с бараниной, бирьяни и бхуджия. Пробуя чапати, Гуров заметил, как «клетчатый» немного погодя тоже вошел в кафе и сел в некотором отдалении от них.

Слушая не совсем привычные уху европейца звуки индийских музыкальных инструментов и пение двух хорошеньких близняшек в красивых сари, супруги время от времени перебрасывались словами. Неожиданно Мария оглянулась и негромко сообщила:

– Лева, возможно, у меня уже нервы не в порядке, но мне почему-то кажется, что кто-то здесь за нами следит.

– Да, наверное, можно сказать и так… – невозмутимо кивнул Гуров. – Правда, я это уже давно заметил, просто не хотел тебя расстраивать. Вон он сидит, хмырь небритый. Но ты не волнуйся. Я его вижу и ситуацию держу под контролем.

– Это… Из тех самых? – Забыв о еде, Мария вопросительно смотрела на мужа.

– Предположительно… – Словно ничего особенного и не произошло, Лев преспокойно продолжал уминать индийский деликатес. – А ты чего не ешь-то?

– Что-то уже не хочется… – чуть поморщилась Мария.

– А ты ешь через «не хочу» – так надо. Пусть он не догадывается, что мы его уже расшифровали. – Гуров покосился в сторону «клетчатого» и, некоторое время понаблюдав, жизнерадостно улыбнулся, как-то особенно посмотрев на жену: – Надо бы его как следует хорошенько прощупать…

– Что, опять какую-нибудь авантюру задумал? – мгновенно догадалась Мария. – И, надо понимать, мне в ней отводится вовсе не последняя роль. Я не права?

– В общем-то, права… – сокрушенно развел руками Лев. – Но скажу сразу, если тебе моя затея не понравится – все, будем считать, что я ничего не предлагал.

– Хорошо, излагай, незаменимый ты наш стратег! – подперев голову рукой, внимательно посмотрела на мужа Мария.

– Да все проще пареной репы, – увлеченно уминая блюдо, что для посторонних создавало видимость, будто он расхваливает бхуджия, негромко заговорил Гуров. – Надо заманить его в каюту Стаса. Суть идеи такова. Мы сейчас как будто ссоримся. Ты уходишь очень рассерженная. Он идет за тобой. Я – за ним. Но перед этим созваниваюсь со Стасом, чтобы он знал, что к чему. Ты подходишь к их с Ритой каюте и стучишься. Никто не открывает. Это надо для того, чтобы этот тип был уверен – внутри никого нет. Тогда ты своей сипасской чиркаешь по замку. Стас в это время изнутри открывает замок, и ты входишь в каюту. Скорее всего, этот тип ринется за тобой. Его там встречает Стас, а тут и я поспеваю «на рысях». Вот, собственно, и все.

– То есть мне уготована роль банальной приманки… – Мария многозначительно повела головой. – Хм…

– Ну, почему банальной? Я бы сказал, элитной! Ты обиделась? Нет, если эта затея тебя не впечатляет, то о ней сейчас же забываем, – пожал плечами Лев. – Просто… Понимаешь, иногда, чтобы избегнуть какой-то опасности, ее нужно обострить, спровоцировать, чтобы она явила себя не по своему, а по нашему сценарию. Знаешь, как это бывает в горах? Чтобы предотвратить лавину, по ней заранее стреляют из пушки. Она сошла, но никто не пострадал. Только и всего. Ведь эта тварь – я уверен! – будет искать момента, когда ты окажешься одна в каком-то безлюдном закоулке. Ну, и сколько можно ходить, озираясь по сторонам, постоянно ожидая подвоха?

– Как ни досадно это сознавать, но ты прав… – Мария с решительным видом самурая, собирающегося совершить харакири, снова взялась за еду. – Ну, давай, начинаем твою «операцию У»… Звони Стасу. Я готова.

– А почему – «операцию У»? – набирая номер Крячко, поинтересовался Гуров.

– А потому, что это – у-у-у какой урод! – с легкой иронией ответила Мария.

Когда Лев закончил разговор, она неожиданно оттолкнула тарелку и недовольно поинтересовалась: