Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович - Страница 79

Впрочем, Смирнов с Кравченко и до смерти Григоряна, консолидировавшись, могли заблокировать любое его решение. Как, впрочем, и отстранить от управления компанией. И если считать, что Багдасар был им неудобен, а они этого не сделали, значит, Кравченко со Смирновым не могут найти общий язык, и попытку их преступного сговора следует исключить из следственных версий. Кроме того, не следует списывать со счетов и загадочную «Telegram-group»…

Гуров усмехнулся собственным мыслям. Эта теория, конечно, могла бы подвести хорошую базу под причину ликвидации Григоряна, но убийство Челнокова с ней никак не вязалось. Журналист никогда и нигде не упоминал двух оставшихся членов совета директоров «Народной сотовой связи». Ни у того, ни у другого не было причин убивать Челнокова, если только журналист не собирал компромат на Григоряна по заказу Смирнова или Кравченко, а затем узнал слишком многое, и его пришлось устранить.

В этом случае получалось, что Морозова и Ермаков непричастны к убийству Челнокова, и в этом направлении сыщики копали зря. К тому же и Золотарев никак не вписывался в придуманную Гуровым новую версию. Уж у политика точно не было никаких непосредственных контактов со Смирновым и Кравченко. Оба не были публичными людьми, не посещали всяческие показные мероприятия и вообще старались держаться в тени. В отличие от Григоряна, стремившегося при каждом удобном случае порисоваться на публике.

И еще один вопрос очень волновал Гурова: почему три убийства нужно совершить именно в течение трех дней? Что должно произойти в пятницу такого, на что эти смерти могут сильно повлиять? Он перебирал в памяти все возможные события, которые состоятся в последний день этой рабочей недели, и не находил в них ничего неординарного. Никаких деловых форумов или бизнес-мероприятий, в которых мог бы быть задействован Григорян, никаких аукционов или распродаж. Не было вообще ничего, связанного с бизнесом или политикой. Обычный предвыходной день последнего месяца в году. Даже до новогодних праздников оставалось еще почти две недели. Единственным ближайшим значимым событием было католическое Рождество. Но какое к нему отношение мог иметь Григорян?..

Прерывая его размышления, зазвонил телефон. Это был Крячко:

– Лева, ты на часы смотрел? Заканчивай работать и подтягивайся в ресторан на Малой Бронной.

– Стас, ты не с дуба рухнул? – удивленно проговорил Гуров. – Какие еще рестораны?

– Вполне приличные, – рассмеялся Крячко. – Тут мне одна пташка по имени Василий напела, что Морозова и Ермаков знакомы лично. И не просто знакомы, а встречались в одном из клубов, где тайком поигрывают в картишки. Приезжай. Вместе пообщаемся с ними.

День третий

Глава 1

Утром Гурова ждал неприятный сюрприз – пропал Ермаков. Ни в театре, ни на киностудии артист не появлялся. Ничего о нем не слышали и в риелторской фирме. За последние сутки Ермакова не видели ни в его любимых питейных заведениях, ни в тех местах, где проводят карточные игры. Дома и в той квартире, где его позавчера нашел Лев, артиста тоже не было. Да и постоянные его партнеры по карточным играм и немногие друзья ничего о нем не знали. Телефоны Ермакова были отключены, и у Гурова создалось впечатление, будто актер сквозь землю провалился. Он поручил проверить даже подмосковную дачу Ермакова, но и там все оказалось занесено снегом.

Судя по всему, пропал Ермаков еще позавчера вечером, через несколько часов после общения с Гуровым. Последний раз его видели в одном из ночных клубов, где актер напивался в компании таких же прожигателей жизни, а затем бесследно исчез. Просто вышел из клуба, взял такси и пропал.

На выяснение подробностей пропажи Ермакова у Льва ушло почти все утро, и он был раздражен даже не самим фактом исчезновения актера, а тем, сколько потребовалось времени, чтобы это установить. У сыщиков было только две версии этого события: либо Ермаков сбежал, испугавшись каких-то последствий от смерти Челнокова, либо актера устранили как свидетеля. Правда, Станислав выдал предположение, что Ермаков просто где-то валяется «пьяный, как собака», но эту версию отмели почти сразу. По словам всех, кто знал Ермакова, он ни разу не пропускал вечерних московских тусовок, если только не был на съемках или гастролях.

В любом случае, что бы ни скрывалось за исчезновением актера, его нужно было найти как можно быстрее. Кроме этого, важно было вычислить, кто может стать следующей целью Алиева, и попытаться его перехватить. До сих пор бандит ни разу не выходил с кем-то на связь ни по одному из заподозренных номеров и сам тоже не появлялся. Гуров предполагал, что новое «лежбище» бандита может быть как-то связано с его подельником, но данные на Пирога миграционная служба до сих пор не предоставила, а время безвозвратно уходило.

К тому же во второй половине дня прилетал из Берлина Смирнов. Лев планировал задать ему массу вопросов и по происхождению капиталов Григоряна, и по конфликтной ситуации внутри правления, и о тех связях погибшего бизнесмена, о которых он еще не знал, и был почти на сто процентов уверен, что ответы на эти вопросы дадут хороший толчок развитию следствия.

Лев решил позвонить генералу и, когда тот ответил на звонок, с ходу заявил:

– Петр, мне твоя помощь нужна!

– Легок на помине, – буркнул Орлов. – Только что о тебе разговаривали. У меня тут интересовались, отчего это следователи Главка так упорно разыскивают популярного актера?

– И что ты ответил?

– Что-что, кобыла в кимоно! – огрызнулся Орлов. – Соврал, конечно. Сказал, что к нам поступило заявление о пропаже Ермакова, вот мы и стараемся оперативно реагировать. Просил же, аккуратнее со своими подозреваемыми работайте…

– Ты за Морозову просил, – поправил его Лев. – Да и нет у меня сейчас времени миндальничать ни с кем. Вот-вот еще одно убийство будет, а у нас информации – кот наплакал! Ври сколько нужно и кому нужно, а меня от дела не отрывай. Лучше надави на миграционную службу. Мне нужны все данные на Пирога, которые у них есть.

– Мне так у них и спросить про пирог? – съязвил Орлов.

– Да хоть про ватрушку. Это не мой курятник! Мы им вчера запрос с фотографией отправили, просили по паспортной базе данных пробить, а в ответ – тишина. Это подельник Алиева, и бандиты у него могут быть. А даже если и нет, мне на этого Пирога информация нужна была еще вчера.

– Ладно. Сделаю как получится, – пообещал генерал. – Что-нибудь еще?

– Пока все. И на этом спасибо, – ответил Лев и отключил связь.

После звонка Орлову он разослал ориентировки на Ермакова всюду, куда только можно, – на вокзалы, в аэропорты и автостанции. Даже дал распоряжение запустить программу распознавания лиц по записям с камер видеофиксации ГИБДД за последние сутки. А следом отослал запрос во все таксомоторные организации города, чьи машины позавчера вечером могли быть около клуба, из которого исчез Ермаков. Шансов найти его было немного, но использовать нужно было все, что только возможно.

Если актер был действительно организатором обоих убийств, на что откровенно намекало его исчезновение, то оставался без ответа самый главный вопрос: зачем ему все это нужно? Если с журналистом мотив более-менее прослеживался, то по поводу заинтересованности Ермакова в смерти Григоряна и возможных будущих убийств даже предположений не было!

Морозову к смерти бизнесмена тоже было трудно притянуть. По крайней мере, пока. Гуров мог допустить, что готовилась какая-то афера в сфере связи, и Григорян кому-то мешал, например, совладельцам НСС. Но как новоиспеченный заместитель министра могла в этом принимать участие? Да и зачем им привлекать к ликвидации не сведущую в этом женщину? Или ей тоже собирались «помочь» исчезнуть, как «помогли» Ермакову?

В любом случае если актер и не является ключом к этим загадкам, то знает что-то, что может хоть немного пролить свет на туманную историю смертей Челнокова и Григоряна.