Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович - Страница 809

– Не помешает.

– Около двухсот, а точнее, сто девяносто шесть тысяч, в пересчете на «деревянные». Как вы понимаете, торгуются у нас за доллары.

– Вот как? Не знал, – искренне удивился Гуров.

– Что тут странного? В наших аукционах не только отечественные толстосумы принимают участие. Мы организовываем аукционы международного уровня, а там, сами понимаете, наши рублики не котируются.

– На ваши аукционы приезжают из других стран? – Гуров чуть не застонал от разочарования. Искать покупателя за рубежом ему совсем не улыбалось.

– Зачем приезжать? В век глобального Интернета это совсем не обязательно. Существуют определенные технологии, которые позволяют вести торги удаленно. Ваш кулон, кстати, так и купили.

– Зарубежный участник?

– Наш, отечественный. Кто – не скажу, некоторые индивиды сохраняют инкогнито. Ваш как раз из таких.

– И нет никакой возможности связаться с ним?

– Понятия не имею. У меня как у устроителя такой необходимости никогда не было.

– Хорошо. Расскажите мне о процедуре торгов. Допустим, торг идет дистанционно. Лот продан. Что происходит дальше?

– Оплату провели банковским переводом, далее приезжает курьер и забирает товар. После того как товар получен, ответственности за него мы уже не несем.

– Тогда скажите, кто забрал кулон?

– Есть два способа забрать купленный лот: заказать доставку силами нашей компании либо прислать своего представителя. Ваш клиент воспользовался третьим способом. Он заказал пересылку через почтовое отделение на номер ячейки. Можете попытаться выяснить имя держателя ячейки через почту.

– Обязательно сделаю это.

Разговор подошел к концу, пора было уходить, но Лев не спешил. Мысль работала, переваривая информацию, воспроизводила реконструкцию событий, искала связи, причины и следствия.

– Что-то еще? – вынужден был задать вопрос Вольский, так как пауза слишком затянулась.

– Да, есть кое-что.

Лев снова полез во внутренний карман и достал второй рисунок. Почему решил показать его Вольскому? Однозначно на этот вопрос он бы вряд ли ответил. Возможно, слова устроителя аукциона о шарме и особом стиле вызвали ассоциацию с Лялей. Вот у нее есть и шарм, и стиль, как раз под стать кулону. Может быть, просто за соломинку цеплялся, а может, интуиция сработала. Так или иначе, этот поступок Гурова стал поистине знаковым в ходе расследования, хоть и выяснилось это гораздо позже. Сейчас же он, повинуясь порыву, просто показал Вольскому рисунок, на котором Гудини изобразил Лялю.

– Да ладно! Нет, вы только подумайте, бывает же такое! – Вольский ухватился за листок, поднес его ближе к свету, выражая то ли восхищение работой художника, то ли удивление по поводу того, что рисунок вообще всплыл в ходе разговора. – Да, чудеса на свете существуют.

– Вы узнали девушку?

– Лялю? Конечно, узнал. Отличный портрет. Кто рисовал?

– Скажите, что вас так удивило в рисунке? – вместо ответа спросил Гуров.

– Не в рисунке, с ним как раз все в порядке. Сходство просто фотографическое, – заявил Вольский. – Сам факт, что вы принесли с собой портрет Ляли, это настоящее чудо.

– Объяснитесь, – попросил Лев.

– Дело в кулоне, – начал Вольский. – Когда на аукцион выставили этот лот, первая женщина, о которой я подумал, была Ляля. Вот, думаю, чью шею должна украшать подобная вещица. Он будто для нее сделан, понимаете? Так и видишь ее в вечернем платье с открытой спиной и изящным кулоном поверх шелка. И тут вы со своим рисунком. Трудно было не удивиться. Если вы сейчас скажете, что он достался ей, я сразу поверю в провидение, в карму и прочую экстрасенсорную ерунду.

– Так и есть.

– Да ладно! Вы меня разыгрываете. – Вольский и верил и не верил полковнику. – Хотите сказать, анонимный покупатель и есть Ляля? Да нет, бред! Откуда у Ляли такие деньги? Насколько мне известно, живет она сейчас более чем скромно. Разве что нового спонсора себе нашла.

– То, что девушка вам знакома, я уже понял, и она интересует меня не меньше, чем кулон. Так что было бы неплохо, если бы вы сообщили мне все, что вам известно про Лялю.

– О, тогда вам придется задержаться, и надолго. История жизни Ляли достойна того, чтобы по ней романы писали, а может, и фильмы снимали, – выдал Вольский и без перехода приступил к повествованию.

История получилась и правда больше книжная, чем жизненная, но устроитель аукциона заверил Гурова, что каждое слово в ней истинная правда. Ляля, по паспорту Альбина Шибаева, в Истру попала совершенно случайно. Из родного города, название которого Вольскому было неизвестно, Ляля приехала сюда на заработки. Подрядилась горничной в отель «Авантель Истра», расположенный неподалеку от Истринского водохранилища. Отдыхающие в отеле люди не бедные, отсюда и зарплаты приличные, а для провинциалки, каковой на тот момент являлась Ляля, так вообще деньжищи баснословные.

Поработать Ляля успела недолго, едва ли неделя прошла. Необычной красотой и шармом она обладала уже тогда, хоть шарм ее и был еще не приглаженный и не отшлифованный. Красоту девушки заметил один из отдыхающих, мужчина не обремененный семьей и какими бы то ни было обязательствами. Заприметил и решил, что Ляля – то, что ему нужно. Он сделал девушке предложение, от которого та и не думала отказываться. Уволилась одним днем и уехала с мужчиной в Истру.

Отдельной квартиры Ляля не получила, личного авто тоже. Шмоток, правда, прибавилось, побрякушек разных хоть отбавляй, отдых на элитных курортах, спа-салоны и прочая женская ерунда – в этом ей любовник не отказывал. Поселил в своем доме и использовал Лялю в качестве эскорта. Все бы ничего, если бы не род деятельности любовника. Дмитрий Рогозин, по кличке «Рогоз», являлся правой рукой авторитета Крупа.

Официально господин Крупнов числился владельцем сети автосалонов и сопутствующих организаций, таких как автомойки, автомобильные станции техобслуживания и автостоянки. На деле же в определенных кругах Круп был известен как человек, который может достать любой элитный автомобиль по цене ниже рыночной. Зарубежный автомобиль, разумеется. Попросту говоря, банда Крупа занималась угоном машин и дальнейшей их реализацией. На этом деле Круп ни разу не погорел, хоть и находился под пристальным вниманием полиции.

Ну а Рогоз был тем человеком, который выполнял для Крупа любую грязную работу. Денег с этого он имел нехило, но Лялю баловал в меру. Их странный симбиоз просуществовал лет восемь, а потом произошла кровавая история в лучших традициях лихих девяностых. Случилось это почти два года назад. С кем Круп не поделил незаконный бизнес, Вольский не знал, но разборка получилась жесткая. Правда, односторонняя. Со стороны конкурентов о погибших Вольский не слышал, а вот со стороны Крупа все закончилось плачевно. Любовника Ляли, Рогоза, взорвали вместе с водителем Крупа где-то на трассе, ведущей к Москве. Мощный взрыв раскурочил асфальт на несколько метров, от автомобиля остались лишь воспоминания, что уж говорить о телах? Опознавали по крохотным остаткам личных вещей, которые разлетелись во все стороны. Старательные криминалисты собрали эти крохи и выдали заключение: два трупа, предположительно, Рогоз и личный водитель Крупа, Бочка.

То, что в момент взрыва самого Крупа в машине не оказалось, посчитали чистым везением. Но и его везение длилось недолго. Через пару дней исчез и он. В городе ходил слух, что он отправился вслед за Рогозом на тот свет, официальная версия это подтверждала, хотя тело так и не нашли. Банда тихо-потиху развалилась.

Пропала с горизонта и любовница Рогоза, Ляля. По крайней мере Вольский о ней больше не слышал. Возле незанятых представителей противоположного пола, имеющих приличный доход, Ляля не появилась, своего бизнеса не открыла, так что в городе считали, что после трагедии с любовником она просто уехала из города. Отправилась искать счастья в другом месте, так говорили досужие сплетники. Вероятно, на этот раз они ошиблись.

– Так Ляля в Истре? – закончив рассказ, задал вопрос Вольский.