Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович - Страница 911

Последняя фраза была обращена к Юшкину. Тот понял, чего от него ждет Гуров, и быстро зашагал к подъезду. Леонид Мейерхольд остался на месте. Он провожал полковника полным скорби взглядом, но Гуров этого не видел. Он шагал вслед за Юшкиным, желая поскорее избавиться от назойливого водителя.

В доме номер пятнадцать Гуров пробыл до трех часов дня. Выслушал не меньше трех десятков версий того, что случилось накануне ночью, с подробностями и без них. Осмотрел квартиру убитого, получил весьма четкое представление о том, каким человеком при жизни был Рауф Гулиев. Он не был аккуратистом и педантом. В его квартире чувствовалось запустение и безнадега. Единственное место, где хоть как-то прослеживался порядок, – это долговая книга. Вот она производила впечатление. В ней были собраны записи за последние три года. Чем занимался Гулиев до этого, можно было предположить по тому, насколько внушительными были его долги.

Судя по всему, Гулиев занимал у всех, кто имел глупость поддаться на его уговоры. В самом начале шли фамилии и комментарии к ним, типа «Роман Бурцев, Северо-Западный регион, флорист, – пятьдесят». Видимо, к этому времени Гулиев набрал уже столько долгов, что боялся забыть, кто же такой этот Бурцев. Затем начали появляться названия организаций. Большая часть записей имела отметку «расчет», но после каждой такой записи долг последующему кредитору становился еще выше. Это могло означать только одно – Гулиев перезанимал средства только для того, чтобы покрыть предыдущие долги.

Когда же частные лица перестали давать в долг, Гулиев перешел на заемные организации. Их за последний год было не меньше двух десятков, причем последние четыре остались без пометки о расчете. Соседи подтвердили предположение Гурова о том, на какие средства жил Гулиев. Занимал он всегда под какой-то грандиозный проект, который с треском проваливался, загоняя Гулиева в еще большие долги.

По словам соседей, квартира, в которой проживал Гулиев, ему не принадлежала. Это была собственность его бывшей жены. Полгода назад ей надоело терпеть авантюры мужа, она подала на развод и ушла к другому. На вопрос: почему она позволила бывшему мужу жить в ее квартире, точного ответа Гуров не получил. Соседи предполагали, что она пыталась выселить мужа из квартиры, но до конца дело так и не довела. Почему? Они не знали, это предстояло выяснить у самой экс-супруги.

К концу опроса у Гурова нарисовались две основные версии: конфликт с экс-супругой или с ее новым мужем, и – разборки с владельцами микрофинансовых организаций-кредиторов.

Оказалось, что никто не удосужился оповестить супругу о случившемся. Гуров решил воспользоваться моментом и навестить Людмилу Гулиеву. У соседки, живущей напротив, нашелся новый адрес Людмилы. Теперь она жила в пригороде, как утверждала соседка, на жилплощади нового мужа. Переписав адрес и забрав записную книжку Гулиева, Гуров вернулся в машину.

Мейерхольд был на месте. Гуров сообщил ему новый адрес следования, тот молча выслушал, завел двигатель и выехал со двора. Всю дорогу он всем своим видом показывал, что положение бессловесного водителя оскорбляет его военное достоинство, но Гурову было не до его детских капризов. Он пытался упорядочить полученные сведения. Ему не хватало напарника, полковника Крячко. Было бы неплохо обсудить с ним положение, но тот находился на излечении, а с травмами головы, как известно, не шутят.

«Ничего, пару дней как-нибудь потерплю, а там и Стас вернется, – думал Гуров. – Возможно, генерал был не так уж не прав, направив меня на это расследование. Что-то мне подсказывает, что дело Гулиева выйдет за рамки бытовых разборок. Говорить об этом пока еще рано, но как знать?»

Когда на планерке генерал Орлов объявил, что огнестрелом на Электродной будет заниматься отдел Гурова, тот страшно разозлился, полагая, что с этим делом могли бы справиться и ребята из районного отдела. Где Перово, а где Петровка! Почему дело решили отдать ему? Ведь, как верно заметил лейтенант Юшкин, не депутата же грохнули? Таких дел по Москве сотни, с чего это дело Гулиева решили возвести в ранг особо важных?

Сейчас Гуров считал иначе. Вариантов развития событий – два. Либо дело окажется простым, и тогда он закроет его за пару дней, получив при этом процент к раскрываемости. Либо прогноз генерала окажется верным, и Гуров получит возможность поломать голову над сложной задачей. И в том, и в другом случае он в выигрыше, так что жаловаться причин нет. Жаль, что придется работать одному, но и это не проблема.

Что Гуров считал настоящей проблемой, так это присутствие странноватого водителя.

«Нужно поторопить ребят из автосервиса, – думал Гурова. – Даже если придется переплатить за скорость. Не нравится мне этот Мейерхольд, ох как не нравится».

Глава 2

Новое жилище Людмилы Гулиевой не шло ни в какое сравнение с прежней квартирой. Старенькая одноэтажная деревянная постройка, дышащий на ладан забор и удобства во дворе – так выглядел дом мужа Людмилы. Палисадник, правда, оказался ухоженным, а позади дома, на внушительных размеров огороде радовали глаз ровные ряды грядок.

Сама Людмила, к вящей радости Гурова, оказалась дома. Она копалась в огороде, подвязав густые каштановые волосы ситцевым платком и подоткнув подол юбки в полосатые гетры. Людмилу Гуров представлял себе иначе. Он ожидал встретить этакую городскую красотку с наманикюренными ногтями и подведенными глазами. Соседи Гулиевых сообщили, что раньше Людмила работала бухгалтером в какой-то столичной фирме, вот Гуров и решил, что она должна выглядеть достаточно презентабельно.

Собаки во дворе не оказалось, звонка на покосившейся калитке тоже, поэтому Гуров просто пересек двор и направился прямиком в огород.

Его присутствие Людмила заметила лишь тогда, когда он подошел к ней на расстояние трех шагов. Женщина обернулась и приветливо заулыбалась.

– День добрый, – голос у Людмилы оказался приятным, бархатным. – Вы за заказом или цены узнать?

– Цены? – повторил вопрос Людмилы Гуров.

– Ну, да, на овощи, – пояснила Людмила. – Птицу сейчас не бьем, уж извините.

– Торгуете овощами? – догадался Гуров.

– А вы думали, что я для личных нужд полгектара луком да томатами засадила? – рассмеялась Людмила.

– Об этом я подумать не успел, – признался Гуров. – Огород впечатляет. Сами хозяйничаете или помогает кто?

– Муж в городе работает, ему с тяпкой по грядкам ходить некогда, – пояснила Людмила. – Я сама справляюсь. Товар у меня высшего качества, и клиентов хоть отбавляй, несмотря на то что занимаюсь этим не так давно. Так вы не покупатель?

– Я не покупатель, – ответил Гуров и полез в карман за удостоверением.

– Ого, красные корочки? По моему опыту, такое начало не предвещает ничего хорошего, – увидев удостоверение, проговорила Людмила. Глаза ее при этом утратили веселость. – Насчет Рауфа пришли?

– Угадали.

– Нетрудно догадаться, – Людмила стянула перчатки, бросила их на грядку. – Пойдемте в дом, нечего соседям глаза мозолить. Не хватало еще, чтобы злые языки и здесь мне кости перемывали.

Гуров не возражал. Людмила провела его в дом, жестом указала на стул, сама осталась стоять.

– Выкладывайте, что он опять натворил? – произнесла она.

– Думаю, вам лучше присесть, – осторожно предложил Гуров.

– Бросьте, – оборвала его Людмила. – Я была замужем за Рауфом десять лет, и все эти годы имела от него только проблемы и неприятности. Не думаю, что вы сможете чем-то меня удивить.

– Тут другой случай, – настаивал Гуров.

Видимо, Людмила что-то прочла в глазах полковника, так как выражение ее лица резко изменилось. Она побледнела, слегка отшатнулась назад, будто от удара. Потом медленно придвинула стул, опустилась на него и прошептала:

– Говорите.

– Ваш муж мертв, – не зная, как более деликатно сообщить подобную новость, произнес Гуров.

– Он мне не муж, – машинально поправила Людмила и тут же добавила: – Вы уверены?