Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович - Страница 950

– Вашему адвокату будет сложно доказать, что на фасаде здания, в котором производили задержание банды наркоторговцев и убийц, вы оказались случайно, – заметил Гуров.

– На фасаде? Так это ерунда, – Вегас воодушевился. – Я отдыхал в этом доме с девицей. Когда началась пальба и крики, я просто ушел тем способом, который показался мне самым безопасным. Дело в том, что девица имеет ревнивого мужа-боксера, мне светиться там резона не было. А что по стеночке – так боялся под шальную пулю попасть. Ведь как оно бывает: полиция сначала стреляет, а потом уж начинает разбираться, в бандита пуля попала или в добропорядочного гражданина.

– И совершенно случайно вы попали в машину к члену банды, а потом он так же случайно попытался вывезти вас из города, – напомнил Гуров.

– Выбора не было. Я увидел вооруженного человека и прыгнул в первую попавшуюся машину. Водителем оказался бандит? Не повезло, вот и все.

– Хотите ломать комедию, дело ваше, – сдался Гуров. – Подписывать я вас ничего заставлять не буду. Этим займутся другие люди, но поверьте, вашу причастность к организации банды и перевозке наркотиков мы докажем.

– Так мы беседуем без протокола? – удивился Вегас. – Что же вы сразу не сказали.

– А что бы это изменило? – переспросил Гуров.

– Есть у меня маленький недостаток. Так, пустячок, но сейчас он просто не дает мне покоя, – начал Вегас. – Дело в том, что я ужасно любопытный. Удовлетворите мое любопытство, и я расскажу вам, как вышел на изготовителей героина в Серахсе.

– Без протокола? Зачем это мне? – Гуров сделал вид, что предложение Вегаса его не интересует.

– Затем, чтобы закрыть другой наркотрафик, который идет через Узбекистан. Не думаете же вы, что он теперь простаивает?

– Годится, – подумав, согласился Гуров. – Задавайте свои вопросы.

– Как вы вышли на Шошина, если он все время был под наблюдением? – Вегас весь превратился в слух.

– Очень просто. Я ждал его в квартире. Надо было устанавливать слежку сразу после первой встречи. Впрочем, это вас все равно не спасло бы. Мы вышли на него через списки Марочкина. Если бы не он, то следующий из списка пошел бы в Иран с маячком.

– Маячок? Так вот в чем дело! Квартира в Бирюлеве – тоже маячок?

– Верно.

– А проводник?

– Тут совсем просто. Его срисовал оперативник, подсевший в поезд в Астрахани. Всего не предусмотришь, не так ли, Вегас?

– Да, всего не предусмотришь, – Вегас задумчиво покачал головой. – Но попытаться стоит.

– Так что с Узбекистаном?

– Записывайте, – объявил Вегас и начал диктовать имена и фамилии, а также перевалочные пункты и точное местонахождение всех участников контрабанды наркотиков через Узбекистан. Главным лицом Вегас назвал человека, с которым познакомился в Сургуте, это он натолкнул Вегаса на мысль организовать команду для перевозки наркотиков. Он же договаривался с местными воротилами, чтобы те позволили торговать героином на их земле.

По сути, получалось, что Вегас всего лишь одно звено в цепи налаженной торговли. Крепкое, не лишенное своеобразия, но всего лишь звено. Человек из Сургута дал Вегасу работу, все остальное его не касалось. Как выполнять эту работу, придумал уже сам Вегас. Гуров подозревал, что, узнай босс Вегаса, каким варварским образом он вербует курьеров, давно бы избавился от зарвавшегося подонка. Но Вегас оказался осторожен, и если бы не случайность, вряд ли он скоро бы попался.

Закончив допрос, Гуров отправил Вегаса в камеру, передал информацию насчет человека из Сургута полковнику Никонову, а сам поехал в госпиталь к Крячко. Его работа над делом Рауфа Гулиева была завершена, и теперь он мог вздохнуть свободно.

Полковник Крячко встретил друга на пороге палаты.

– Гуров, зря ехал, меня выписали, – радостно сообщил он.

– Вот и отлично. На улице ждет Мейерхольд, так что домой поедешь с помпой. А я по дороге расскажу, как мы брали Вегаса.

– Так вы его взяли? Вот паршивцы, теперь вся слава мимо меня пройдет. Я так надеялся, что успею поучаствовать, – Крячко даже расстроился.

– Не переживай, коллега, на твой век преступников хватит, – пошутил Гуров.

Он забрал из рук Крячко сумку с личными вещами, вместе они спустились на первый этаж и вышли во двор. Ласковое солнце припекало не так нещадно, как неделю назад, ветерок холодил спину. Забираться в душную кабину автомобиля совершенно не хотелось. Два дня назад у Мейерхольда сломался кондиционер, а за всеми этими погонями и арестами времени на починку совершенно не оставалось.

– Слушайте, а поехали на пруды? – предложил вдруг Мейерхольд. – Машина на ходу, магазины открыты, да и товарищу полковнику полезно свежим воздухом подышать. Сколько он в застенках промаялся.

– И то верно, поехали, Гуров. Отметим счастливое окончание расследования, – подхватил идею Крячко. – Ведь все же хорошо закончилось?

– Ладно, черт с вами, поехали, – согласился Гуров.

Пятнадцать минут на опустошение магазина, час на дорогу, и вот они уже сидят на мягкой траве возле лениво журчащего ручья, впадающего в живописный пруд.

Мейерхольд суетится над припасами, Крячко балагурит без остановки, а Гуров просто валяется на траве и ни о чем не думает. Идиллия, да и только.

Крячко все-таки заставил Гурова рассказать про задержание во всех подробностях. Вдосталь насмеялся над тем, как профессионально Мейерхольд навязывал совершенно ненужный товар людям Вегаса.

– Ты где так намострячился, Леня? Признайся, до того, как поступить к нам в Управление, ты таскался по подъездам с дешевым пылесосом и втюхивал его бедным горожанам по цене новенькой «Тойоты», – шутил Крячко.

– Рекламу смотрю, – смущенно признался Мейерхольд. – Знаете, есть такие каналы, «Магазин на диване». Там круглые сутки что-то рекламируют.

– И ты смотришь эту чушь? – Крячко брезгливо сморщил нос. – Может, и покупаешь?

– Нет, не покупаю, но смотрю, – не стал отпираться Мейерхольд. – А что такого? Меня это успокаивает. Вот что сейчас показывают по телевизору? Убийства, ограбления, недоимки да повышение налогов. Разве под такие передачи отдохнешь? Разве расслабишься? А здесь всегда позитив. Голоса жизнерадостные, и никакой чернухи.

– В чем-то ты прав, мой друг, – вынужден был согласиться Крячко. – Вот следующие две недели по телику, какой канал ни включи, про Вегаса и его жертв рассказывать будут. И обязательно полицию ругать: мол, как могли допустить такое, общественность требует наказать виновных. А как иначе? Людям всегда нужен кто-то, кто виноват. Вон и Вегас не захотел полным негодяем выглядеть. Взял и сдал большую шишку, верно, Гуров? Ведь тот делец из Сургута наверняка большая шишка?

– Полагаю, таких Вегасов у него с десяток наберется. Кто-то возит наркоту через Азербайджан, кто-то через Узбекистан, но все стекается в Москву. А денежки – в Сургут. А он чист и при бабосах.

– Как думаешь, прокурор предложит Вегасу сделку? – Крячко задал вопрос, который беспокоил Гурова с того самого момента, как Вегас заговорил о Сургуте.

– Скорее всего, – пожал плечами Гуров. – А куда ему деваться? На сургутского дельца ему без помощи Вегаса не выйти. Хитрый стервец, все предусмотрел. Он так и заявил на прощание: «Не все можно предусмотреть, но можно попытаться». И похоже, его попытка удалась.

– Хотите сказать, прокурор снимет с Вегаса все обвинения? Позволит ему выйти сухим из воды? – Мейерхольд от возмущения аж куском подавился. – Но это же чистой воды безумие. На совести Вегаса столько загубленных жизней!

– Таковы реалии этого мира, – философски заметил Крячко. – Хочешь поймать крупную рыбу – запусти в пруд мальков.

После этой новости настроение у всех испортилось. Посидев минут десять, начали собираться. Мейерхольд развез полковников по домам, после чего поехал домой и сам. Ему было грустно оттого, что расследование закончилось. Больше Гуров в его помощи не нуждался. Крячко вернулся, машину починили. Сегодняшний день был не только последним днем расследования, но и последним днем их совместной работы.