Полковник Гуров. Компиляция (сборник) (СИ) - Леонов Николай Иванович - Страница 993

– Ух ты! – рассмеялся Волков. – Вот он как заговорил! Про права свои вспомнил, про обязанности наши. А про свои обязанности гражданина ты не помнишь? Ты, дружок, забыл, что в мире все имеет знак равенства? Как ты, так и к тебе. Сколько ты заплатишь, столько тебе и отвесят. А еще говорят, что против ветра не стоит…

– Ладно, – остановил его Лев и подсел к Колымову. – Давай тогда по правилам. Если уж хочешь, чтобы мы подсуетились, вышли на начальство СИЗО, организовали тебе особый режим содержания, то и ты нам помоги. Как и для чего он тебя нанял, как преставился? Лехой?

Неожиданно Колымов кивнул головой. Это было очень неожиданно, хотя Гуров и предполагал, что попадет в точку.

– Прямо так и представился Лехой? – повторил он свой вопрос.

– Сначала Лешкой, потом Лехой. Это так в разговоре у нас было. А вы… это, правда защитите меня, если что?

– Вот ты как заговорил? – удивился Гуров. – Значит, допекло. Ладно, договорились. Отвечаешь на все вопросы, помогаешь нам по полной программе, а мы тебе по полной же программе даем возможность дожить до суда и до этапа. Годится? Только я думаю, что когда мы Рубича возьмем, то и опасности уже не будет.

– Я расскажу, а вы его возьмите, – попросил вполне искренне парень.

Теперь его лицо изменилось, он явно уже не играл великовозрастного дебила. Интеллекта на лице не прибавилось, но играть он перестал. Говорить начал короткими фразами, как будто боялся запутаться или сбиться с мысли.

– Он ко мне подошел, когда я… ну, в общем, телефон у пацана отобрал. Надо было выпить, а бабла нет. Хотел в скупку отнести. Я на лавку в сквере в укромном месте сел, чтобы симку вытащить из телефона. А тут сзади голос и ствол под ухо. Сиди, говорит, и не рыпайся, а то башку снесу. Я испугался, конечно…

– Как ты догадался, что это был ствол? – спросил Волков.

– Не знаю, по запаху, наверное. Помню запах сгоревшего пороха, помню, как дуло после выстрела пахнет. И тут так же, из него стреляли недавно. Он сказал, что ему помощник нужен и что заплатит столько, что я смогу больше вообще никогда не работать. Но только я должен выполнять все точно. И еще добавил, что опасности для меня почти нет. Если дурака валять не буду, а буду слушаться.

– Ну-ну, – поощрил Гуров, видя, как парень замешкался.

– Я, конечно, с вопросами, а он пояснил, что лица его видеть мне нельзя. Сразу на опохмелку две «штуки» дал и велел следить за человеком. Много он мне всяких поручений давал. И следить, и найти ему несколько патронов для пистолета. Я у корешей купил ему шесть штук.

– Он тебе велел на даче завязать ссору?

– Он. Сказал, ты там примелькайся, чтобы тебя запомнили. Я так и не понял, зачем ему это надо было.

– Кроме сегодняшнего случая, он тебе еще кого-то убивать поручал?

– Так и не поручал убивать! – обрадовался Колымов. – Он велел только попугать. Мол, припугнуть надо парня, зажрался. И гранату велел точно в бак бросить и выстрелить в землю, чтобы не попасть в того.

– Так. – Гуров вскочил со стула и принялся ходить по комнате. – Пал Палыч, организуй звуковую экспертизу. Надо сравнить голос настоящего Рубича с голосом этого человека, который Илье в ухо стволом тыкал. Илья, ты узнаешь голос, если мы тебе прокрутим несколько похожих?

– Узнаю, а чего же. Он не изображал ничего, не скрывался, говорил нормально, обычно.

– Вот, Пал Палыч, подберите с Анастасией Ухановой из набора голосов в лаборатории подходящий, а потом через протокол предъявите Колымову. – Гуров собрался выйти, но возле двери остановился и повернулся к задержанному: – Илья, этот Леха тебе не поручал следить за квартирами?

– Поручал. И за квартирами, и за домами.

– Пал Палыч, первым делом перепишите адреса этих квартир и домов. Мне сообщите сразу же по телефону.

В дежурке Лев нос к носу столкнулся с Крячко и, не останавливаясь, бросил ему:

– Все, Стас, поехали! Скажи только дежурному, чтобы организовал группу спецназа к дому Козинцева в мое распоряжение. И сошлись на Орлова!

Гуров стоял у машины Крячко, постукивая носком ботинка по асфальту. Подошедший Стас снял машину с сигнализации, молча уселся на водительское сиденье и выжидающе посмотрел на него:

– Теперь, может, объяснишь?

– Гони к Козинцеву, а я по дороге тебя просвещу, но думаю, что ты и сам уже находишься на верном мысленном пути. Колымов этот, который покушался на Черненко, он был помощником Рубича. Он бы и не сознался, если бы я не выложил всю ситуацию с убийствами и если бы он не побоялся, что все эти убийства повесят на него. Струсил Колымов. А Рубич знал, что он трус, не мог не знать. Значит, знал и то, что мы Колымова быстро возьмем, он нам его подставил. Выходит, он уже у цели, раз так подставляет нам всех и все. Понимаешь, Стас, покушения не было!

– Как это? А граната, а пистолет…

– Провокация, чтобы отвлечь нас от догадок об истинных целях Рубича. Все, что он делал, делал для отвлечения. Все, что угодно, любая чушь, лишь бы отвлечь наше внимание от дома генерала Козинцева. Шамина он убил, но это была, по-видимому, единственно объяснимая и необходимая жертва, чтобы мы поверили в реальность его угроз.

– Подожди, а Еременко?

– Еременко он убил не из мести. Ты же помнишь, что они, оказывается, общались еще месяц назад. А потом он его неожиданно убил. Он нам подсунул Загладина и их наркоторговлю. Не знаю, откуда Рубич об этом знает, но проделал он все технично. Даже лица своего не скрывал, полагая, что мы не поверим в него, а будем подозревать Загладина. Что мы, собственно, и делали долгое время.

– А потом он нас подогрел письмом генералу Волжанову, – вздохнул Крячко. – И мы как дураки занялись его охраной. И к Насте Ухановой он приходил с единственной целью – доказать нам, как он зол, как он настроен всем мстить. Да, дурил нам голову Рубич просто профессионально. Так зачем мы едем к генеральской вдове?

– Ты не понял, что они что-то там ищут? Еременко тайком навещал вдову, пытаясь что-то узнать. Рубич заставлял Колымова следить да некоторыми домами и квартирами. Волков пришлет список, думаю, что в нем дом Козинцева есть. Рубич мог и сам следить.

– Наверняка за домом Козинцева он следил сам, не посвящая в эту тему помощника, – добавил Крячко. – Шифровать адресок, так уж шифровать.

Стас остановил машину за квартал от дома генеральской вдовы. Они пришли с Гуровым пешком, стараясь не озираться очень явно, но осторожно посматривая по сторонам. За это время Гуров получил два звонка. Волков сообщил то, чего он и ждал. В списке адресов, за которыми следил Колымов по приказу Рубича, дома Козинцева не было. Потом дежурный сообщил, что группа спецназа на двух микроавтобусах без полицейских опознавательных знаков выехала с полным оснащением и что в составе группы четыре снайпера.

Звонить у ворот дома вдовы Козинцева пришлось недолго.

– Кто там? – послышался из-за железной двери недовольный голос.

– Саша, откройте, пожалуйста. Это полковник Гуров. Очень важное дело!

Провернулся ключ в замке, лязгнула задвижка, и показалось сумрачное лицо садовника. Он глянул на Гурова, на Крячко, стоявшего за его спиной, бросил взгляд и на улицу. Ни радости, ни интереса на его лице не было, только какое-то странное напряжение.

– Зои Васильевны нет дома, – сказал он, продолжая стоять в дверном проеме.

– Саша, нам нужна не только она, но и вы, – торопливо заговорил Гуров, боясь, что этот странный человек сейчас захлопнет дверь без лишних разговоров. А все процедуры и постановления для проникновения на частную территорию занимают очень много времени. Сейчас же все решали часы. – Понимаете, ваш дом в опасности, вы с Зоей Васильевной, может быть, тоже в опасности. Все очень серьезно.

– Это вы следили за домом?

– Нет, не мы, – начал раздражаться его упрямством Гуров, – это преступники, Саша! Поэтому мы и пришли. Давайте поговорим. И не на улице.

– Хорошо, заходите, только Зоя Васильевна будет недовольна, что я пускаю в дом посторонних без ее ведома.