Чёрный цветок, несущий смерть (СИ) - Лисицына Ксения - Страница 2

Она решилась и с тихим скрежетом отодвинула стул, прошла к прикроватному столику и вытащила на свет из шкатулки маленький серебряный кулончик размером с монетку, а потом повязала прощальный подарок на шею дочери.

— Пожалуйста, — она с мольбой смотрела на седовласого, — Позаботьтесь о моей девочке! — на душе скребли сотни кошек острыми ядовитыми когтями.

Сидевший мужчина встал, подобрался и, собрав своей нехитрый скарб, подошёл к новой подопечной:

— Мы сделаем всё, что в наших силах, — жестко и уверенно расставлял он слова, — Но то, как она воспользуется переданными знаниями, будет зависеть лишь от неё. Прощайте. И никогда! Слышите! Никогда не пытайтесь найти девчонку! — выкрикнув последнее, он коснулся одной рукой ученицы, а другой сорвал с шеи медальон. Полыхнуло ярким светом, а когда к матери вернулось зрение, ни малышки, ни странного мужчины уже не было.

Лилит опустилась на смятую постель, поглаживая рукой простыни, и тихо загадала желание, чтобы её маленькая звёздочка использовала второй шанс на жизнь, как можно удачнее.

Глава 1

Молодая девушка сидела на высокой крыше ученической башни, держась одной рукой за уходящий в небо шпиль. Она оглядывала владения своего клана каждый вечер на закате, будто пытаясь запечатлеть все воспоминания, которые были связаны с этим местом.

Да, ещё недавно она и подумать не могла, что сможет дожить до конца обучения. Уже завтра она с братьями отправится на первое официальное задание, а сегодня вечером получит своё имя. Имя, к которому она шла целых десять лет, отключившись от внешнего мира, выживая, тренируясь, убивая. Тогда, в начале своего пути, не помнящаяся о себе ничего, как и о прошлой жизни, чистый листок, который для начала хорошенько вымазали грязью.

Первое пробуждение в крепости было не из приятных. Спасённая от отравления девочка, ещё две недели не приходила в себя, и Мастера всерьёз подумывали о том, чтобы отпустить беднягу в чертоги. Где это видано, чтобы ученица пыталась помереть ещё до первого испытания? Непорядок. Но планы окружающих пошли под откос, когда та всё-таки открыла глаза. Мастер Рэнгвольт в тот день лишь довольно хмыкнул, а остальные коллеги решили чудесное выздоровление не комментировать, им проблем и со своими учениками хватало выше крыши. Девчонку же быстренько привели в порядок, напичкав кучей зелий, и отвели к остальным, ничего не объясняя.

Она очень сильно выделялась на фоне остальных: хрупкая, бледная, с серебристыми волосами и глазами, и на диво высокой способностью к самоисцелению. Обнаружению поспособствовали остальные дети, решившие, что для принятия в их дружный коллектив новенькую следует испытать. Кто ж знал, что в самом дальнем углу подвала нет света, а потому вынужденная ориентироваться на ощупь девчонка в поисках «чего-то ценного», споткнется о что-то твёрдое и напорется на холодное оружие, которое кто-то неверно убрал в стойку. Если быть точнее, то на острие меча. Ощущения от того, как холодный твёрдый металл проходит насквозь чуть ниже печёнки, были просто не передаваемы. Издав мучительный стон, она распугала своих «испытателей» и осталась в подвале совершенно одна. Звать кого-то на помощь было бесполезно. В доме находились только ученики, которые осознав свою ошибку, тут же смылись, решив, что не смотрящая под ноги Тенька просто не доживёт до рассвета.

Она с усилием вытащила железяку и, привалившись к стене, зажала рану рукой, смирившись с настолько глупой смертью. Горячая кровь приятно грела ледяные ладошки, но постепенно чувство тепла покидало. Пять минут ожидания перетекали в десять, пятнадцать, двадцать. Но смерть или хотя бы потеря сознания не торопились. Отняв ладонь от раны, девочка осторожно ощупала края и удивилась, а потом уже смелее провела по месту, где ещё недавно зияла вполне себе реальная дыра от меча.

Справедливость жизни тогда заиграла новыми красками, ведь остальные, бросившие её ребята, заживали куда дольше и болезненнее. Это не раз спасало её на очередных испытаниях, приготовленных заботливыми магистрами, где все были врагами и противниками. На самом деле порой казалось, что учителя хотели не вырастить преемников, а скорее помучить, испытать, покалечить, убить. Потому что изо дня в день задания становились всё более изощрёнными, а нагрузки тяжёлыми. И если в начале своего обучения маленьким сиротам приходилось подолгу голодать, бегать, прыгать, работать на все группы мышц, наращивая на пока ещё не окрепшие косточки мясо, то потом начались спарринги с оружием. Оказалось, что и простой деревянной палкой можно забить до смерти, как случилось с Пухликом, которые ленился отрабатывать приемы, в то время как с остальных пот лился ручьями.

Каждый раз, выходя на татами с учителем, она молилась, чтобы это был не последний день её жизни. Мастер Рэнгвольт не обладал такими же садистскими замашками, как остальные, но за время их индивидуальных занятий всё равно ненароком ломал ей то ногу, то руку, то пальцы по очереди. Ученица не жаловалась, прекрасно понимая, что остальные Мастера порой проделывают вещи и похуже. Честно, она сейчас на вскидку и не назовёт, сколько переломов, ран, разрывов срастило это тело за прошедшие десять лет, хотя чем дальше продвигалось обучение, тем меньше становились промахи, и как следствие количество получаемых увечий. Шест, меч, древковое оружие, метательное, лук — на первой ступени это был обязательный минимум для любого, кто хотел стать наёмником.

Пошатнулась данная система только тогда, когда на смену деревянному оружию пришло настоящее, а спарринг партнером стала нечисть из ближайших лесов. Она любила метательное оружие, делающее её незаметной и смертоносной, поговаривали, что девчушка способна с нескольких сотен метров попасть в глаз самой мелкой зверюшке. Но не забывала и об остальном, каждый день по нескольку часов упражняясь с каждым видом, буквально искромсав тренировочные иллюзии. Способность плавно, легко и быстро двигаться пришла со временем, когда малышка поняла предельные возможности своего тела и сознательно их перешагнула. И пусть в первые разы это заканчивалось растяжениями, переломами, обмороками от перегрузки, ведь двигаясь быстрее обычного человека приходилось предугадывать действия противника, то через несколько лет самоистязаний она могла переключать теневое движение незаметно для себя и окружающих. Это стало второй ступенькой к становлению Тенью.

Самым большим испытанием стал, пожалуй, «урок человечности», как издевательски назвали его учителя. Человечность — это вообще не то чувство, которые Тени воспитывали в своих последователях, поэтому когда на одном из уроков им раздали по щенку и приказали заботиться, девчушка прониклась подозрением. Нет, она была рада получить бесконечно преданное и любящее её существо вот так, без условий. И её не смущало, что приходилось вставать намного раньше, чем начинались занятия, и добывать питомцу еду. Через несколько месяцев с территории полностью исчезли крысы и другие грызуны, всё-таки небольшой толк от животных был. Но сомнения в мотивах такого поступка Мастеров были и очень большие.

Почти незаметно в обществе пса пролетел год, два, три, а когда друг подрос, учителя снова собрали их вместе и приказали, чтобы каждый своё животное убил. Вот так просто. Как доказательство того, что привязанность никогда не станет приоритетом для Тени. Красотка и Летящая сделать этого, увы, не смогли. Слишком прикипели за несколько лет одинокие души к верным друзьям, а поэтому девчонок приковали к стене и на их глаза истязали псов несколько часов, пока, наконец, те не умерли. В голове девочки до сих пор стояло поскуливание и повизгивание питомцев и град слёз, водопадом текущих по щекам детей. Потом внимание, конечно, обратили на них. Она аккуратно присела на колени рядом с собакой и погладила её по холке, пока пёс подпрыгивал, облизывая слюнявым языком подбородок. Небольшой, но острый нож оттягивал правую ладонь, пока левой она прижимала своего единственного здесь друга к груди. «Ничего, мой маленький, я помогу тебе принять смерть достойно и добраться до чертогов, а там тебе будут только рады, ведь ты был хорошим мальчиком», — пронеслись слова прощания в юной голове. А пёс, казалось, всё понял без слов, лизнул её в щёку и добровольно опустил голову вниз. Быстрым, почти незаметным движением она нанесла смертельный удар. Пушистая светлая шкура уже пропиталась проступающей кровью, смешиваемой с солёными капельками слёз, а она до сих пор прижимала маленькое тельце пса к себе. И плакала, плакала, плакала. И казалось, что с каждой капелькой, увлажняющей некогда тёплое пушистое тело, что-то нежное в её душе покрывается тоненькой корочкой льда. Учитель сказал, что тогда они впервые научились слабому ментальному контролю чувств Теней, чтобы отрубать словно по заказу ненужные и тяготящие любой нормальный разум эмоции. Ведь больше не хотелось той боли, того ощущения безнадёжности и ненависти к самому себе, которые обрушились на головы подростков после вынужденного убийства лучшего друга.