Чёрный цветок, несущий смерть (СИ) - Лисицына Ксения - Страница 43

— Знаете, — заговорил один из гвардейцев, — Мы ведь не верили, когда нам сказали, что вы из тех самых Теней, но когда видишь подобное вживую, сразу понимаешь, что вы очень долго работали, чтобы так обращаться с оружием.

— Я и сейчас много тренируюсь, утром и вечером, чтобы навыки не терять, — произнесла девушка, присаживаясь на своё место у костра и принимаясь очищаться металлические цепочки от результатов горения.

— Не понимаю, зачем это вам, — самый наглый из подозрительной троицы, за которой она следила весь вечер, решил вступить в дискуссию с молчаливой поддержки остальных. Даже принцы заинтересованно следили за их спором. — Вы теперь герцогиня. Денег у вас куча, можно даже не работать, а вы прозябаете в управлении да разъезжаете по опасным местам. Хоть сейчас вы можете нанять воинов, способных защитить вашу жизнь. Так почему бы не жить, не напрягаясь, в роскоши, наслаждаясь каждым днём? Выходить в свет, рожать детей, да, в конце концов, тратиться на дорогущие наряды, которые так нравятся девушкам. Не понимаю.

Спиртное, похоже, значительно сбило субординацию. Сложно представить, чтобы простой гвардеец говорил ей такое в обычный день. Его слова заставили девушку громко фыркнуть, ещё больше привлекая внимание присутствующих.

— Герцогиня. И что? Это приговор к прожиганию жизни что ли? — она внимательно оглядела лица присутствующих, не находя в них понимания. Все действительно считали, что раз девушка добилась высокого статуса, пора сесть и спокойно сидеть. — Вы так трясётесь за свои дома, сбережения и статус в обществе, что не замечаете самого главного. У меня не было ничего, а потом в один момент я получила всё. Через несколько месяц я снова могу потерять титул и земли. Но никто и не при каких обстоятельствах не сможет лишить меня этого, — она ткнула указательным пальцем в свой висок, — Жизненный опыт и навыки необходимые для выживания всегда останутся со мной. Это именно то, что делаете меня той, кто я есть.

На секунду после пламенной речи на поляне воцарилось молчание. В тишине с дальнего ряда кто-то тихо спросил:

— И кто же вы? — и все слушатели снова замерли, ожидая правдивого ответа на вопрос. Костровая атмосфера располагала к честности. Да и интерес публики своё дело сделал.

— Мои навыки позволяют мне быть кем угодно. Сегодня я спаситель королевской семьи и жителей королевства. Герой, герцогиня и чья-то любовь, — весело начала девушка, поддаваясь настроению, а затем снизила тон до громкого полушепота, но всё равно все присутствующие услышали. — А завтра перережу вам всем глотки из-за того, что вы увидели что-то не предназначавшееся для всеобщего обозрения, — троица сослуживцев судорожно вздохнула, а самый наглый ещё и побелел. — Так что не советую меня злить или разочаровывать. Да, и сплетни пускать — тоже не следует. Не люблю быть в центре внимания, — закончила она, сложив весь арсенал в сумку переноску и схватив за руку Адалин, вывела её из круга. Так они и шли к их шатру, под несколькими десятками напряжённых глаз.

И уже не услышали, как после раздался восхищенный голос старшего принца:

— Вот это женщина! — одобренный остальными сопровождающими.

И не увидели злой взгляд младшего, которым он сверлил летающего в облаках брата. В тот вечер между ними словно кошка пробежала, заставляя обоих, вступать в нешуточные перепалки. Гибкая, хитрая, опасная кошка, но от того не менее желанная. Говорят, в дикой природе мужские особи выбирают самых сильных самок, лучшие качества и способности которых обязательно передадутся потомству. Но чтобы поймать и заполучить такую, среди толпы идёт нешуточная борьба. Охотничьи инстинкты заставляют в пылу азарта забыть о многом.

В детстве она читала много книг по зоологии и никогда не думала, что они взяли так много от зверей. По крайней мере, она бы поостереглась попадаться на глаза двум самым сильным хищникам королевства. И если старший принц и раньше оказывал ей знаки внимания, позволяя думать о его расположении к скромной персоне новой начальницы управления, то какого лешего выкидывает его младший брат?! И каким образом на искренность чувств может повлиять вечное соперничество двух непримиримых сил?

[1] Ревун — (синонимы — Хмурень, Златоцвет, Вересень) название месяца «сентябрь» в этом мире. Название — следствие шума дождей, рева осенних ветров и зверей, особенно оленей.

[2] Пои (названы так, потому что при быстром вращение слышится свист, отдалённо похожий на пении птицы) — пара грузов, прикреплённых к шнуру или цепи. Пои бывают нескольких видов, различаются прежде всего по типу использования («тренировочные» — для отработки новых элементов и «боевые» — для использования при сражении), по виду («огненные» — пои пропитываются горючим составом и поджигаются и «световые» — пои светятся благодаря химическим источникам света). Пои состоят из груза (который пропитывается в горючем веществе, может быть любой формы), цепи (тонкой, прочной и гибкой цепочки), петель, надеваемых на пальцы и иногда вертлюгов. В некоторых случаях вместо петель используются специальные рукоятки.

Глава 23

Чем ближе они подъезжали к границам южного королевства, тем сильнее менялся пейзаж и погода. Жаркое солнце нагревало воздух вокруг. Казалось, будто девушка внутри железной печи, которую раскочегарили до наивысшей температуры. Не спасал и ветерок, который был слишком сухим, чтобы остудить тело и облегчить путешествие.

Несколько тысяч акров земли, высушенной настолько, что по верхнему глиняному слою пошли крупные трещины, да небольшие кусты сухостоя, тонкие безжизненные ветки которого дрожали каждый раз, когда поднимался ветерок. Раз в несколько дней приходилось плотнее заматываться в чалму, чтобы песок, щедро расшвыриваемый потоками во время песчаных бурь, не забивался в глаза и уши. Кожаные штаны и хлопковую рубаху, она сменила на лёгкое летящее одеяние из светлого полупрозрачного шифона, как только въехала на чужую территорию. Адалин уперлась лбом, но не позволила облачить её «в эти развратные тряпки, которые даже одеждой трудно назвать». А девушка лишь хмыкнула, представив её реакцию на одежды местных жителей, ведь её костюм был ещё довольно приличным. Но это всё равно не спасало от заинтересованных взглядов, что периодически доставались от сопровождающих.

Но постепенно неплодородные земли сменились огромными полями и плантациями с диковинными цветами, специями и фруктами. Между крохотных проходов сновали люди с корзинами на головах, преимущественно женщины и девушки. Однажды, проезжая плантацию со странными ярко-красными растениями, она увидела маленькую девочку лет шести, которая миниатюрным, но острым ножом, подрезала сердцевины цветков и сливала мутную белую жидкость в небольшие колбочки. Девушка не могла отвести взгляд от тонкого сгоревшего на солнце тельца, некрасивый, словно чумазый загар не мог испортить огромных выразительных синих глаз, в глубине которых застыла печаль. Их взгляды пересеклись ненадолго, но девчушку кто-то окликнул, от неожиданности та выронила одну из колбочек. Раздался свист кнута, некогда висевшего на бедре у крупной темнокожей надзирательницы. Девочка упала, схватившись за левую руку, на предплечье которой остался яркий на фоне загара белый след от кончика кнута

Мэл вздрогнула. Видимо старший принц заметил взгляды, которые она бросала в её сторону, потому что мгновенно оказался подле:

— Не кипятись. Девчонка только что разлила важный ингредиент для целебных зелий, которыми так славится Рановия. Её зирана[1] имеет полное право наказать безрукую рабыню, — прошептал он негромко, стараясь отвлечь её внимание от хрупкой фигурки, которая уже снова взялась продолжать работу.

— Рабыню? — разве может маленький беззащитный ребёнок стать рабом?

Наверно, негодование, отразившееся в голосе девушки, удивило Наиля:

— Ну, да. Здесь разрешено долговое рабство. А ты не знала? — Мэл много читала о соседних королевствах, буквально грезила когда-нибудь отправиться сюда за заказом, повидать настоящее море. Видела и краткие упоминания о долговом рабстве. Но читать об этом в книгах и увидеть вживую, как хрупкий человечек беззащитен под орлиным взглядом надзирательницы, оказалось неприятно. Всё впечатление от казавшейся гостеприимной страны было смазано, этой жуткой сценой. Хотя она и сама несколько раз получала удары кнутом в клане, оттого только сильнее ощущалась солидарность с девочкой. Девушка прекрасно помнила, что место удара покроется корочкой, которая будет невыносимо чесаться несколько недель. — Поехали быстрее. Здесь не вежливо долго смотреть на чужую собственность. Могут воспринять как оскорбление.