Посвященные в любовь... (СИ) - Варс Ирина - Страница 7

— А вот и след: NK. Никита Князев.

— Неужели он?

— Не могу пока понять, что ему нужно от Маши. В пакетике сильнейшее снотворное, вдыхая которое, можно и не проснуться. Но это пусть в лаборатории разбираются. Я думаю, что сегодня у нас появятся «гости». И я даже знаю кто. Кстати, принеси сюда эти цветы. Надо поставить их в воду.

— Ванечка, я сейчас найду что-нибудь, напоминающее вазу.

Цветы поставили в вазу. Мика созвонился с Римасом. Тот немедленно связался со следователем и Громовым. Договорились встретиться в лаборатории.

Маша накормила мужа вкусным борщом и мясным рагу с овощами. И сама не удержалась от рагу.

— Ваня, а как тебе ленты? Ощущаешь что-нибудь?

— Думаю, да. Но не от лент, а от твоих прикосновений, любовь моя.

— Врешь!

— Зуб даю! И потом, воробушек, ты же знаешь, я врать не приучен!

— Маш, а то, что положительная динамика ночью резко рванет — это не шутка?

— О-о, какой прогресс! Я так счастлива видеть тебя таким решительным. Я сама по тебе соскучилась. И то, что я сказала — это не шутка!

В дверь постучали и, не дожидаясь ответа, вошел Федор Андреевич, а следом за ним ассистент.

— Ну-с, как настроение? Добавляем ленты?

— Думаю, пока не стоит.

— Тогда массаж, — постарался скрыть недовольство Федор Андреевич.

В ожидании «гостей»

Сейчас я сам сделаю легкий массаж стоп. А потом посмотрю, как Дмитрий будет его делать.

Маша внимательно наблюдала за действиями Федора Андреевича. Подобный массаж она делала когда-то в больнице детишкам.

В те годы персонала в больницах не хватало. Работать за копейки никто не хотел. И ее привлекали на помощь все специалисты. Маша не отказывалась. Ей все было интересно. Она многому научилась. Но когда у Лики Красовской родился Мир, она ушла из больницы. Надо было помогать подруге. Вот здесь ее навыки очень пригодились.

Муж Лики Игнат Демидов знал, что она ждет ребенка от бывшего жениха, бросившего ее беременной, и клятвенно обещал, что будет любить ее до гроба. Так и вышло. Он издевался над ней, избивал, а потом убил.

Сейчас, глядя на Федора Андреевича и Ваню, она поняла, что они несовместимы. Властность и звездность врача, прихваливающего себя, и его странная методика не находили отклика у Ивана. А когда взялся делать массаж Дмитрий Лавров, Маша ужаснулась. Она схитрила и, задав вопрос Кострову по поводу массажа ног, сделала вид, что восхищена его опытом и знаниями. И попросила дать ей самой сделать массаж ног мужу в его присутствии. И вот тут случилось невероятное: Иван почувствовал тепло ее рук и приятные покалывания в ногах. Но никому ничего не сказал.

Иван наблюдал за Дмитрием и вдруг услышал голос Бабли. Боже, как он обрадовался! И тут же зевнул, когда она ему подсказала это сделать. Странно, но Маша тоже зевнула вслед за ним.

— Ваня, этот Лавров — враг. Нужно сделать так, чтобы кто-то оставался с вами до прихода «гостя», чтобы поймать его и вытрясти из него душу.

— Я понял, Буся, — мысленно передал он информацию Бабли о том, что Лавров — племянник Князя. Но как он попал в ассистенты Кострова, пока непонятно.

— Ну вот, утомили мы тебя, Ваня, — сказал Костров. Так что отдыхай. Придем завтра в 10 утра. Да и Маше надо отдохнуть.

Они ушли. И Маша сразу открыла окна, чтобы проветрить помещение. Предупредив охрану, чтобы не беспокоили, заперла дверь на ключ.

Потом включила тихую музыку, опустила боковой ограничитель кровати и легла рядом, прижавшись к Ивану. Он тут же обхватил ее правой рукой и поцеловал с такой страстью, будто они встретились спустя много лет. Его губы жадно целовали ее, и она отвечала ему тем же и тихо постанывала, пытаясь сдерживать себя. Иван понял: она хочет его так же, как и он ее.

Маша успела принять душ, переодеться и очень ловко обмыть Ивана, сменив ему белье. Вновь проветрила палату и тихо повернула ключ в двери. И вовремя. Послышались голоса Римаса и Саши.

Они вкатили вторую электроколяску с большим количеством функций. Сашка бросился обнимать Ивана. Опустив бортик кровати, чуть не влез к нему. Он радовался как ребенок, что его друг, нет, не друг, а брат, жив.

— Ванька, как же мне без тебя плохо, — заныл он. — Работы полно. Нечего тут разлеживаться. Завтра притащу ноут. Начнешь понемногу втягиваться в дела. Без тебя я как без рук! Кстати, через удаленный доступ мы отлично сможем работать в паре. Я в учреждении, ты — отсюда.

— Да ладно тебе, Сашка, причитать. Неси, конечно, ноут. Но лучше мой домашний.

— Воробушек, ты сможешь съездить завтра с Сашкой к нам домой?

— Сын, а ты не забыл, что Иван не так давно вышел из комы? — усомнился в правильности Сашиных предложений Римас. Впрягать его в работу можно дозированно и только по согласованию с лечащими врачами. Леонид и БМВ могут и не согласиться.

— Ладно. Двух недель на восстановление, я думаю, ему хватит.

Затем вчетвером они проговорили ночной сценарий. То, что сегодня попытаются Машу вывезти из клиники, никто не сомневался. Иван абсолютно уверенно назвал имя Дмитрия Лаврова. При этом предупредил, что он косит под ботана в очочках. Мышцы у него будь здоров накачанные. Князь явно обучал племянника.

— Сынок, ты уверен в этом, — спросил Римас.

— Абсолютно!

— Это многое меняет. В таком случае на охране остается Стас, а ты, Саша, здесь. Мы с Микой и Гошкой перекроем выход. Снаружи будет стоять машина с ребятами Громова.

— Князь не появится здесь, — тихо произнес Иван с закрытыми глазами. Его машина (он назвал номер) будет стоять за углом. Но в машине его не будет. Он поймет, что Лаврова арестовали и к своей машине не подойдет.

Римас дослушал Ивана с некоторым сомнением и вышел.

— Ванечка, что с тобой? — бросилась к мужу Маша.

Иван побледнел. Даже губы побелели.

— Голова… раскалывается, — медленно произнес он.

Маша тут же обхватила его голову руками.

— Маш, позвать Павла? — спросил Саша.

— Подождем немного. Борис Михайлович говорил, что у Вани могут возникать кратковременные нестерпимые головные боли.

Через несколько минут цвет лица и губ Ивана приобрели нормальную окраску. Боль внезапно исчезла.

— Маш, вот я адиет! — воскликнул Саша. Лия целую сумку еды прислала. И чай, как вы любите, заварила. Давайте поедим.

— Ванечка, ты как?

— Ты сняла мне боль, сокровище мое. И это уже не первый раз, — поцеловал он жену. Ты понимаешь, что это твои руки дарят мне исцеление, а не эти дурацкие тряпочки. Твой массаж моих ног сегодня дал мне почувствовать тепло и небольшое покалывание в ногах.

— Правда?! Ты почувствовал тепло в ногах и покалывание?! Ванечка, это ведь счастье великое!

— Саш, ты должен помнить, как лечил Федор Мику. Наклеивал он вот такие тейпы?

Иван снял футболку и Сашка повалился со смеху.

— Бразильский карнавал! Еще немного перьев и полный улет! — все трое расхохотались в голос.

— А чё это вы здесь делаете, а? — голосом мальчишки из старого кинофильма «Добро пожаловать…» проговорил Мика, открывая дверь в палату.

— Вань, классный прикид!

И все заново покатились от хохота.

— А поесть дадите?

— Конечно, дадим. Я сейчас все подам.

Первым делом Маша помыла руки себе и Ване. Установила складной столик и переставила вазу с цветами на подоконник. Протерла спиртовой салфеткой поверхность столиков и как-то быстро и незаметно накрыла на стол.

Теплые котлетки с пюре от Веры Арсеньевны, мясной пирог и легкий овощной салат от Сашиной жены. И на десерт кекс с чаем.

Потом Маша вдруг вспомнила про чудесные эклеры, которые днем привез из кафе Денис от шеф-повара Вика.

На Мику неожиданно напал смех. Они с Сашкой и Машей сидели за столом. А Иван восседал за персональным столиком в своей кровати. И Мика, давясь от смеха, спел с хрипотцой в голосе, глядя на Ивана:

Сижу на нарах, как король на именинах, И пайку «чёрного» мечтаю получить. «Сидю-глядю» в окно, теперь мне всё равно, Решил я факел своей жизни потушить.