Больше, чем товарищи по кораблю (ЛП) - Янг Филиппа - Страница 82

Я киваю, стыд сжимает мои внутренности.

Он прочищает горло, как будто его тоже сдавило.

"Как долго это продолжается?"

Я на секунду задумываюсь над ответом.

"Наверное, с момента поездки на лодке".

Я соглашаюсь на это, потому что подсчитывать, сколько дней или недель я его обманывала, мне кажется еще хуже, хотя сейчас я, вероятно, дала ему всевозможные образы, которые ему не нужны.

Он поднимает брови.

"Ого. Я действительно был настолько слеп к этому, да?"

"Я должна была сказать тебе, прости. Я-"

Он качает головой. "Ты счастлива?"

Мое сердце начинает трещать, пока я смотрю на его осколки. Я снова извиняюще киваю.

"Том…"

Наш официант подходит, чтобы убрать тарелки, и предлагает нам кофе, но мы отказываемся. Не заплатив по счету, мы молча выходим из ресторана. Я направляюсь к лестнице для экипажа, но Том задерживается.

"Я собираюсь прогуляться".

"Том, — умоляю я.

Он грустно улыбается.

"Просто мне нужно проветрить голову. Прости, что наговорил".

Он уходит прежде, чем я успеваю сказать ему, чтобы он не делал этого.

Я не успеваю спуститься даже на один пролет, как слёзы начинают катиться по щекам. Я сдерживаю всхлипы, надеясь добраться до нашей комнаты, не привлекая к себе внимания, но безуспешно. Валентина и Оби, видимо направляясь в бар для экипажа, останавливают меня, когда я пытаюсь пройти мимо них.

"Ого, что случилось, малышка?" — спросил Оби, нежно положив руку мне на плечо, чтобы я не убежала.

Я фыркаю.

"Том узнал".

"О чем?"

Его замешательство проходит быстро, как только приходит осознание. "О, милая, иди сюда". Он обнимает меня, и я надеюсь, что моя тушь не испачкает его футболку.

Валентина смотрит на меня с сочувствием.

"Это должно быть незаконно, чтобы кто-то такой милый, как ты, плакал. Особенно когда ты так наряжаешься".

Я слегка смеюсь.

"Хочешь потусоваться с нами?" спрашивает Оби.

"Мы можем вернуться ко мне, если ты не хочешь идти в бар".

"Спасибо, но я посмотрю, можно ли позвонить Оскару".

"Хорошо. Приходи к нам, если что-то понадобится".

Они ждут, пока я уйду.

Дрожащими руками я покупаю полчаса интернета и звоню Оскару по FaceTime. Я продолжаю извиняться за то, что позвонила так поздно, а он продолжает извиняться за то, что его не было здесь, чтобы исправить ситуацию — не то чтобы он мог многое сделать. Ущерб нанесен. Но мы с Томом сможем вернуться. Я знаю, что сможем. Мы уже делали это раньше.

Я прячусь на своей койке, когда дверь с грохотом открывается. Я достаю наушник и немного отодвигаю занавеску, чтобы скрыть тот факт, что я разговариваю по телефону. Я хочу спросить его, все ли с ним в порядке, но знаю, что нет. Он дарит мне задушенную улыбку и открывает свои ящики, доставая чистую форму.

"Я собираюсь переночевать у Дэниела", — говорит он, прежде чем взять свою зубную щетку из ванной.

"Хорошо".

Я скрываю свое разочарование, но не очень удачно.

"Спокойной ночи, Элиза".

Он смотрит на меня жалобными глазами.

"Спокойной ночи", — отвечаю я, но это звучит отрывисто, и он уходит.

Голос Оскара у моего уха выводит меня из закрутившихся мыслей.

"Просто дай ему время".

Я поднимаю трубку и киваю, впиваясь зубами в губу. Некоторое время мы не разговариваем, оба чувствуя себя одинаково беспомощными.

"Я скучаю по тебе", — слабо говорю я.

"Я скучаю по тебе еще больше".

Я не хотела, чтобы все так обернулось. Я не должна была скрывать это от него. Я знала, что это причинит ему боль, но не учла, насколько больший вред нанесет секретность. Я должна была. Должна была, должна была, должна была.

Он вежлив, когда мы работаем вместе, но как только занятие заканчивается, он снова отгораживается от меня. Это не гнев или злость: я вижу, как он расстроен, когда опускает голову и уходит, не поднимая глаз.

В пятницу я узнаю, что он официально съехал. Я не должна быть так шокирована, учитывая, что его старая койка в комнате Дэниела снова свободна, но я шокирована, в основном потому, что не услышала этого от него. Я вернулась поздно и обнаружила полупустую комнату. Я думала, что он хотя бы скажет мне, даст возможность извиниться как следует или возможность убедить не съезжать. Я подумываю о том, чтобы пойти в общественную группу и поговорить с ним, но лучше не буду.

В субботу вечером у меня тоже нет настроения общаться.

Мне не по себе, что я не очень хорошо узнала новичков, поэтому я стараюсь выпить со всеми в воскресенье вечером. Прошла неделя, и хандра ни к чему не привела, так что пора собраться и двигаться дальше.

Замена Оскара, Луиза, — веселая девушка из Эссекса, которой приходится терпеть, когда Том весь вечер заваливает ее вопросами об участниках TOWIE, как будто они ее близкие друзья. Я не позволяю себе задерживаться на ощущении, что меня уже заменили. Она невероятно оживлена, когда говорит; больше похоже, что она больше выступает, чем говорит. За столом раздаются приступы смеха, когда она рассказывает историю из своего первого контракта о том, как они перебрали с алкоголем и попытались искупаться.

"Чудо, что нас всех не уволили, честное слово. Это все благодаря одному парню, который мог очаровать и выкрутиться из любой ситуации, выйдя на улицу, как в день своего рождения, и поболтав с охранником".

"Заткнись. Заткнись!" — визжит Оби, сидя на краю своего кресла.

"Это действительно сработало?"

"У меня все еще есть работа, не так ли?" Она вскидывает бровь.

"Следующее, что ты знаешь, — они целуются на барной стойке; мы улизнули, пока он отвлекся, и, в общем, мы больше не видели Оскара до конца той ночи, так что можно сказать, что это был беспроигрышный вариант".

Все в порядке. Многих людей зовут так.

"Подожди, что это был за корабль?" — спрашивает Оби.

"Божество".

Убейте меня.

"Ты говоришь об Оскаре Харви?" — уточняет Оби.

"Да! О Боже, ты его знаешь?"

Пожалуйста, убейте меня.

"Он должен вернуться через несколько недель, чтобы сменить Джерри".

"Не может быть! Он же дикий!"

"Не думаю, что мы говорим об одном и том же человеке", — говорит Том.

Она берет телефон и роется в своих фотоальбомах, слишком быстро находя то, что искала.

"Этот парень, верно?"

Она показывает нам всем фотографию. Оскара. Он без рубашки, его тело покрыто неоновыми пятнами краски. На его плечах висят девушки, также позирующие для камеры. У него чёрные волосы, и, честно говоря, хотелось бы, чтобы это было самое неузнаваемое на этом фото.

"Господи Иисусе"! — ахает Дэниел.

Она отходит в сторону, обращаясь к Валентине и ко мне, в то время как мальчики все таращатся на фотографию.

"Невероятный в постели".

Как мне заткнуть уши? Или еще лучше: отдай свой телефон, милая. Уверена, на YouTube есть полезный урок, как сделать что-то вроде эктомии барабанной перепонки. Я вспоминаю свою первую экскурсию в горячем, залитом рвотой автобусе, и даже тогда я не чувствовала такой тошноты, как сейчас.

Том смотрит на меня через стол, и в его глазах нет ничего, кроме жалости. У меня пересохло в горле, щеки разгорелись, а ноги онемели.

"Не хочу тебя разочаровывать, но у него теперь есть девушка", — сообщает Валентина, чтобы я не задумывалась.

"Не может быть! Кому-то удалось его прижать? Какой позор. Кто-то из наших?"

Валентина кивает.

Луиза оглядывает бар, как будто может определить это, просто взглянув.