Ни единого шанса (ЛП) - Джейн К. Р. - Страница 24

— Им восемнадцать и шестнадцать. Алекса ходит в мою старую старшую школу и учится намного лучше, чем я когда-либо мог. Элли закончила школу, и она учится на первом курсе Йельского университета, — он ухмыльнулся, на его лице была видна гордость. — Они примерно в сто раз умнее меня.

— Я почти уверена, что ты довольно умен, Грейсон, — сказала я, положив свою руку поверх его руки, лежащей на мобильном телефоне.

Его глаза встретились с моими, и я снова остро вспомнила, насколько мы были близки друг к другу. Напряженный момент, казалось, пронесся между нами.

— В конце концов, — добавила я, решив разрядить обстановку, — ты одержим мной.

Он рассмеялся.

— Верно.

Я не была уверена, что делать с тем фактом, что он не отрицал своей одержимости.

— Покажи мне еще фотографии. Мне нравится Грейсон с детским личиком.

На его лбу появились ямочки.

— Детское личико?

Он показал мне еще несколько фотографий. На одном из снимков Элли сидела на деревянной вывеске с надписью «Блу Крик Эстейтс». На заднем плане был виден край трейлера и велосипед, лежащий на боку.

Меня охватило странное чувство.

Что-то вроде… тоски? Ностальгии? Я не была уверена, на что именно это было похоже. У меня никогда не было прошлого, по которому я могла бы испытывать ностальгию.

Я подняла взгляд и обнаружила, что он внимательно наблюдает за мной.

— Где это было снято? — спросила я. — Это там ты вырос?

— Да, — сказал он. — Самый лучший трейлерный парк с самыми лучшими людьми.

У меня было странное чувство, что я должна пойти и найти его.

— Он все еще там?

— Я почти уверен, что да. Трейлерные парки никогда не умирают.

— Что случилось с твоей мамой?

— Она прошла реабилитацию, и теперь она трезвая и достойная мать Алексе, — в его взгляде промелькнула какая-то слабая искра. — Нравится ей это или нет.

Мое колено нервно подпрыгивало вверх-вниз, пока я не заметила, что делаю, и заставила себя успокоиться.

Было что-то, о чем Грейсон мне не говорил. Никто просто так не сталкивался с женщиной на улице и не становился таким одержимым, таким… вдумчивым и заботливым. Должна была быть причина.

Что, если я стала свидетелем какого-то преступления? Что, если он пытался выяснить, что я знала?

Что, если он уже знал, что у меня амнезия, и пытался восстановить мои воспоминания?

Эта мысль сильно поразила меня, особенно когда я испытала это странное, жутковатое чувство ностальгии, глядя на фотографию.

— Ты знаешь, что у меня амнезия? — прямо спросила.

Его брови изогнулись.

— Амнезия?

Я кивнула.

— Это действительно случается с людьми? — спросил он, оглядывая меня. — Ты живешь нормальной жизнью, но ничего не помнишь о своем прошлом?

— Я не знаю, насколько нормальной стала моя жизнь с тех пор, как в ней появился ты, — поддразнила я. Машина остановилась. — Где мы?

Он скорчил гримасу.

— Доказываю твою точку зрения о том, что твоя жизнь ненормальна с тех пор, как я вошел в нее. Но я надеюсь, ты поймешь, что нормальность переоценивают.

Он вышел и открыл мне дверь, я моргнула от ярких огней снаружи, мерцающих на фоне угасающего солнечного света.

Я была так сосредоточена на разговоре с Грейсоном и своих внезапных подозрениях, что не заметила, как мы въехали в аэропорт… или на взлетную полосу.

Нас окружали огромные самолеты.

— Разве это законно? — спросила я, оглядываясь по сторонам. — Мы не должны находиться здесь, не пройдя охрану.

— Только не тогда, когда летишь на частном самолете, — заверил он. — Давай.

— Куда мы летим?

Он уже направлялся к небольшому, изящному серебристому самолету. Он обернулся через плечо и небрежно ответил.

— Париж.

Я просто смотрела ему вслед, пытаясь догнать.

— Грейсон! Ты не можешь отвезти меня в Париж!

— Могу.

— Это слишком экстравагантно!

— Теперь, когда ты знаешь… нет ничего слишком экстравагантного. Не заставляй меня похищать тебя, — он улыбался. Очевидно, несерьезно.

Я не знала, что делать с этим человеком, который хотел дать мне все… или говорил, что даст. Что происходило на самом деле? Чего он хотел от меня?

И если то, что он хотел от меня, было связано с моим прошлым…

Как я могла сказать «нет»?

— Лучше бы этот рейс летел в Париж, и ты не похищаешь меня на свой личный остров.

— У меня нет личного острова, — ещё одна игривая улыбка, от которой мокнут трусики. — Пока что.

У меня не было никаких сомнений, что Грейсон был человеком, который получал все, что захочет.

Я последовала за ним, привлеченная обещанием большего количества ответов… и тем притягательным человеком, которым он был. Несмотря на то, что звучали угрозы, этот человек не ограничился сигналами тревоги.

— Я вижу, ты не даешь никаких обещаний насчет похищения, — поддразнила я, присоединяясь к нему у подножия лестницы, ведущей к частному самолету.

— Я вижу, ты садишься в самолет.

Он последовал за мной вверх по лестнице, положив одну руку мне на поясницу, чтобы вести меня, пока мы не достигли вершины. Мы вошли в роскошный салон, отделанный белой кожей, с уютными сиденьями, обращенными друг к другу через настоящий стол из красного дерева. Стюард поприветствовал нас двумя бокалами шампанского.

Как только мы расселись, я посмотрела на него через стол.

— Я удивлена, что твой стюард — мужчина.

— Мне не нравится, когда ко мне пристают случайные женщины, — объяснил он.

Я не была уверена, что делать с этой информацией, но я не могла не думать о том, как сжалось мое сердце, когда Джек и Себастьян уехали с теми другими женщинами.

— Ты раньше был в Париже? — спросила я. Через секунду я закрыла голову руками и замычала. — Что я делаю? Мне послезавтра на работу!

— Мы поспим в самолете, проведем один прекрасный день в Париже, полетим домой, и ты успеешь на работу, — сказал он. — Если ты настаиваешь на сохранении этой ужасной работы.

— Настаиваю, — мне нужно было выяснить, как получилось, что Картер, Джек и Себастьян знали меня.

— И да, я был в Париже раньше. На восемнадцатом дне рождения Элли. Именно поэтому я стану твоим гидом, — на его губах снова заиграла та самая улыбка.

Притягательная, очаровательная, перед которой я не могла устоять, даже когда знала, что должна.

— Похоже, ты — старший брат моей мечты.

— Я пытаюсь.

— Даже при том, что ты занимаешься… чем именно?

— Незаконными поставками оружия, — его пристальный взгляд спокойно встретился с моим. — Я держусь подальше от торговли людьми и больше не имею дела с наркотиками. Если людям нужно оружие, чтобы убивать друг друга, что ж… Я не уверен, что криминальные элементы этого города что-то теряют.

Я вздрогнула.

— Спасибо, что просто сказал мне.

— Я не собираюсь лгать тебе.

Я уставилась на него, задаваясь вопросом, должна ли я просто спросить его, знает ли он меня.

Но я не хотела, чтобы он просто отрицал это. Сначала я хотела получить доказательства. Чтобы знать, какого ответа я ожидаю, прежде чем задавать вопрос.

— Ты когда-нибудь кого-нибудь убивал?

— Было дело. Но нет никого, кто бы этого не заслуживал. Я совершил несколько плохих поступков, Кеннеди. Но я не плохой человек.

— Я все еще хочу знать, как ты превратился из бедного ребенка на тех фотографиях в этого человека, — я обвела рукой вокруг, чтобы охватить красивую обстановку.

Самолет начал набирать скорость. Мой желудок сжался от ощущения скорости, от того, как самолет начал отрываться от земли.

Я была сумасшедшей, садясь в самолет с этим человеком.

Но было бы еще безумнее не лететь с ним в Париж на его частном самолете, не так ли?

— Мой отец устроил государственный переворот и захватил власть в этом бизнесе, став боссом. Преступная группировка под названием «Шакалы». Затем я сделал то же самое с ним, — ледяные голубые глаза Грейсона могли быть холодными и пугающими, когда в них не светилось тепло, которое обычно появлялось, когда он смотрел на меня. — Самые жёсткие законы, все действуют соответствующе, пока эти правила есть.