Измена. Яд твоей "любви" (СИ) - Шабанн Дора - Страница 17

Отец Кира сейчас воплощал в себе все девичьи мечты: рослый, статный, красивый, успешный, обеспеченный, умный. А также внимательный, заботливый, вежливый – список его достоинств можно было продолжать бесконечно.

Про Олега и Вячеслава говорить я могу долго: и достоинства их перечислять, и про недостатки упомянуть, но это ни к чему, потому что сейчас, обняв примчавшегося из раздевалки с вещами сына, я была по-настоящему счастлива.

Как до сих пор не была никогда.

Я выучилась и получила диплом. Мне нравится моя профессия, и я готова посвятить ей жизнь. Это круто.

Но главное мое счастье – вот оно. Этот, прижавшийся ко мне, счастливый ребенок, который машет рукой и вопит на весь зал:

- До свидания, Михаил Борисович. Мы с мамой поедем отмечать. Сегодня у нас двойной праздник!

Можно ли быть счастливее?

Как неожиданно показывает через час практика: можно.

Когда мы с Киром ввалились домой, то встретил нас аромат свежего хлеба и жаренного на углях мяса.

- Ну, герои, с возвращением! – приветствовал нас Олег, а появившийся из-за его спины мгновение спустя Вячеслав добавил:

- С победой!

Мы с Киром отправились мыться, переодеваться и праздновать.

Когда все было съедено и выпито, а слова поздравлений сказаны, мы провожали нашего гостя и моего шефа домой к ожидавшему такси.

И вот тут случился очередной конфуз: Вячеслав подхватил меня на руки, закружил по двору, а потом, осторожно опустив на асфальт, фыркнул в ухо:

- Я не шутил, переезжай ко мне. Институт уже закончила, чего ты тут будешь?

А у меня чуть не остановилось сердце: уехать? Бросить Кира? Снова предать ребенка?

[1] к/ф Барри Зонненфельда «Люди в черном – 2», 2002

Глава 16: Статус: мутный

«Снежинки на ресницах таяли,

И зачарованно читали мы

Красивый незаконченный роман

Про любовь без измен.

К. Арсенев «Незаконченный роман»

- Чего он хотел, – спросил Олег, когда мы поднимались в квартиру.

- Странного, – устало хмыкнула, из последних сил карабкаясь по лестнице.

Кирюшин отец подхватил меня под руку и дотащил до двери, но открывать ее не спешил, продолжая вопросительно на меня глядеть.

Вздохнула.

День выдался сложный и насыщенный событиями.

Устала.

Поэтому решила обойтись малой кровью и побыстрее завершить уже вечер:

- Звал к нему жить.

Пожала плечами и толкнула дверь, за которой обнаружился подпрыгивающий от нетерпения Кир.

- Мам, да что ж так долго? Я уже даже в душ сбегал. Давай, теперь ты, потом какао и спать, – бухтел ребенок и тащил меня за руку в квартиру.

Не улыбнуться было невозможно. Какой он чудесный!

- Сейчас погоди, я уже иду. А ты давай готовь какао. Или лучше мяты заварим, все же нервный день?

Кирилл прижался ко мне, обхватил руками за талию, уткнулся носом в солнечное сплетение и сопел. А я гладила взъерошенную макушку и таяла от нежности и счастья.

Олег, сбросив куртку и кроссовки, шагнул к нам:

- Поздравляю еще раз! Вы такие молодцы!

Обнял нас обоих, прижал крепко, поцеловал по очереди в макушки и ушел на кухню со словами:

- Не задерживайтесь, я какао делаю.

Удивленно с Киром переглянулись.

- Ты иди, а я на разведку, – хихикнул сын.

Чмокнула в висок и порысила в ванную комнату.

Когда все вечерние ритуальные процедуры были завершены, на кухне меня караулил сюрприз: со стола убрано, какао сварено, булочки и печенье в вазочках стоят.

Кир и Олег сидели на диване, улыбались и мирно беседовали.

Ждали.

Удивительно тепло стало.

Ждали. Они меня ждали.

- Иди сюда, – Олег протянул руку и устроил меня на диване, как раз между ними, а Кирюша выдал чашку с какао.

Так мы и сидели в уютной тишине, с какао и мечтами.

Ну, я так точно.

Этот вечер был настолько похож на то, что мне раньше снилось: мы все вместе, взаправду. Как семья.

Поэтому я тихо улыбалась и наслаждалась ощущением сбывшейся мечты.

Пусть лишь раз, на короткий миг, но она исполнилась.

Я запомню.

Утром меня разбудил запах зажаренного бекона.

Странно.

Поскакала на кухню, в чем была – в фиолетовой пижаме с «Русалочкой». А там практически «чад и блины».

Только без блинов.

Выключила плиту, сняла сковородку, распахнула окно.

Помахала полотенцем, включила вытяжку.

Поцеловала Кира:

- Все норм. В следующий раз зови меня, вместе сделаем.

- Я тебе завтрак хотел… – хмуро буркнул ребенок.

- Так и отлично, – прижала ежика к себе. – Сейчас проветрится и доделаем. По плану было что? Яичница, омлет?

Сверкнул глазами из-под челки, а потом скривился:

- Бекон, вареное яйцо и овощи. Я налажал с самого начала.

- Ну, это бывает. Сейчас все поправим. Давай я пожарю яйца, а ты помоешь и порежешь овощи?

- Хорошо, мам, – кивнул и отвернулся к холодильнику.

А я стояла посреди кухни и старалась уложить в голове: это не единоразово, это не порыв и эмоция. Это ведь сознательно, правда?

- Можно же? – настороженный Кир высунул нос из недр хранилища еды.

Шагнула ближе, обняла, сморгнув слезы:

- Нужно. Я так рада. Мне так приятно. Спасибо, милый.

- А ты?

- Что я?

- Ну, я тогда… ну… тебе…

Прижала крепче, поцеловала в макушку:

- Мой сын. Самый лучший и любимый.

Шмыгнули носом оба.

- Так, давай в ванну метнись, умыться, а потом за дело. Овощи ждут. Кстати, а где твой отец? – моргала я быстро-быстро, но слезы умиления и счастья все равно текли.

Кир на мгновение обнял меня, вытерев лицо об Ариэль на моем животе:

- Папа укатил по делам. Сказал, будет к обеду. Обещал вывезти нас куда-то поесть. Так что готовим только завтрак.

- Ну и отлично, – полезла за чистой сковородкой и яйцами.

Что там у Олега за дела с утра в субботу, я не знаю, по работе вроде все тихо.

Вдвоем мы с приготовлением завтрака управились быстро, поели тоже в темпе, а за чаем определились:

- Сейчас по дому, чего ты там планировала, потом поглядим график на лето, лагеря мои, твои экзамены, и отец нам море обещал где-то.

И такой Кирилл был деловой, такой серьезный, что я опять не удержалась и начала его тискать, рассказывая, какой он замечательный.

А потом мы сделали так, как решил этот взрослый, солидный мужчина: стирка, уборка, планы на лето.

Когда добрались до предполагаемого отпуска на море в начале августа, перед последними Кирюшиными летними сборами, вернулся Олег:

- О, как здорово. Я вам как раз в тему новость привез: вот путевки, полный пакет. Полетите в Тунис на десять дней.

Мы переглянулись и, запищав, сначала бросились обниматься друг с другом, а потом вспомнили, кого надо благодарить. Ну и Олегу перепало от нашей радости.

Он впечатлился: подхватил Кира и подкинул пару раз вверх, потом бросил на диван и обернулся ко мне.

- Нет-нет-нет. Не надо, я сама, – засмеялась и повалилась рядом с сыном, который тут же подкатился под бок.

Олег, глядя на нас, улыбнулся:

- Я думаю, награда достойная. И заслуженная. А теперь собирайтесь, поедем обедать, потом по магазинам.

Вечером, после очень неожиданной, но и впрямь семейной субботы, перед сном, вместо историй про привидения, заброшенный замок и всадника без головы, Кир спросил:

- Мам, а как тебе дядя Слава теперь? Ну, он вроде как сказал, что ты ему нравишься.

- Вот именно, что «вроде как». Мне странно. Ни ухаживаний, ни свиданий, ни разговоров о нас вместе и каждом по отдельности. Будто я, не знаю, бездомная зверушка какая из сказки: «Пойдем ко мне жить…».

- А чего?

- Вообще-то, я, когда думала обо всей этой романтике, то мечтала сначала повстречаться, узнать друг друга, потом понять, что это, и правда, любовь. Ну а дальше – замуж. И только после этого начинать жить вместе. Как-то так, – смутилась под конец речи, потому что обсуждать с одиннадцатилетним пацаном свои представления о личной жизни странно.