Измена. Яд твоей "любви" (СИ) - Шабанн Дора - Страница 33

Открыв перед нами дверь и пропустив Андрея вперед, Сергей Сергеевич проводил меня к месту во главе стола совещаний. А выдвинув кресло и помогая устроиться, негромко сообщил:

- Прав был Олег Михайлович: если кто-то и способен все это разрулить, то лишь вы, Нонна Аркадьевна.

Скривилась очень выразительно и совершенно не скрываясь.

- К сожалению, мысли Олега Михайловича на хлеб не намажешь и в банк, как кредитный залог, не отнесёшь, поэтому давайте уже работать.

И мы приступили.

А в обед меня ждал не только суп, салат и зеленый чай, но и очень подробный график. Но уже лично-оздоровительный. И в комплекте с нашим новым графиком производства работ на объектах капитального строительства он угрожал свести меня в могилу.

- Андрей, это нереально, – выдохнула устало, подняв глаза от листа с диаграммой моей недельной занятости. – Мне что, во вторник и четверг вообще не спать? В моём преклонном возрасте четыре часа на сон – ни о чем.

Сидящий напротив телохранитель, в перспективе – личный тренер, вздохнул:

- Нонна Аркадьевна…

- Можно просто Нонна. Представляю, какой фурор я произведу в тренажерном зале с таким именованием.

Краткий кивок и уверенное:

- Нонна, максимум, что мы можем сделать: сейчас убрать все силовые нагрузки, оставить растяжку и кардио, но только на две недели.

Потерла виски, снова разболелась голова. Нет, бессонные ночи – зло:

- А потом мне предлагается лечь и умереть? Как я после таких нагрузок пойду читать лекции?

- Нонна. Надо. У нас цель – привести вас в тонус. В крайнем случае, я вас отнесу, – неожиданная, задорная мальчишеская улыбка совершенно преобразила мрачную физиономию моего охранника.

Нонна Аркадьевна так обалдела, что пробормотала:

- Ну разве что отнесёшь…

Ленивая усмешка, и вдруг:

- За это не волнуйтесь. Носить вас на руках абсолютно не проблема, – серьезно глядя в глаза, заявил этот полный сюрпризов подарочек Михаила Борисовича.

А потом подхватил и понёс из кафе.

В офис.

Катастрофа.

[1] Герои книги А.М. Волкова «Волшебник Изумрудного города»

[2] Фонд оплаты труда - (ФОТ) законом не определено. На практике под ФОТ, как правило, понимают средства, которые работодатель выплачивает или планирует выплатить наемным работникам (кроме матпомощи и иных видов социальной поддержки).

Глава 32: Дни проходят чередою

«Когда сгорела «Катти Сарк»,

Я видел сон в своей каюте:

Дома, где спят чужие люди,

Холодный утренний Гайд-Парк

Но, выше кранов и мостов,

Причалов и безлюдных баров,

На грани яви и кошмаров

Скользит серебряный остов —

Куда-то вдаль, за маяки,

Оставив крест на звёздном небе,

И корабли на ближнем рейде

Дают протяжные гудки…»

The Dartz «Катти Сарк»

Удивительное дело, и снова у нас с Киром Новый год наступил раньше, чем у всех.

Да, аж в ноябре.

Для начала, в доме завершился ремонт и перепланировка. И наше гнездо стало не узнать. Семеныч, энтузиаст, даже наружную обшивку сменил.

- А это наш с Андреем и Мишей подарок вам с Кириллом, – гордо улыбаясь, главный строитель распахнул перед нами дверь.

Да, кабинет Кира я представляла себе несколько иначе, но боксерская груша, висящая на том месте, где еще в начале лета стоял мой любимый приснопамятный диван – это отличный ход.

Хмыкнула, с любопытством оглядываясь. Да, пацанская комната – спортзал с маленьким рабочим уголком.

- Просто мечта, а, мам?

Наблюдая за совершенно счастливым ребенком, поняла, что я потерплю.

Привыкну вновь к этому месту.

Такому же, но другому.

Слишком сильна была моя болезненная привязанность к Олегу, чтобы быстро исчезнуть, а человеческая память иногда может неприятно пошутить… как недавно, когда он явился ко мне во сне. Эротическом.

Проснувшись, я, конечно, плакала и плевалась, а после долго отмывалась в душе и чуть не побежала сдавать анализы.

Поэтому ежедневно бывать в месте, где тебя накрыло самым страшным и больным разочарованием в жизни – прямо то, что нужно для меня.

Чтобы помнить.

И чтобы не мерещилось всякое.

- Все здорово. Мне очень нравится, – постаралась улыбнуться как можно безмятежнее, но, увы, кто-то слишком хорошо меня знает.

- Мам, если хочешь, давай его продадим, – предложил сын, едва Семеныч, сдав проект, укатил домой.

Накрыв на столе праздничный ужин и подав им с Андреем горячее, я постаралась успокоить своего тревожного мальчика.

Двух.

Потому что второй, «мальчик от Михаила Борисовича», тоже активно следил за моим душевным и физическим состоянием. Личный тренер, как никак.

Оглядев насторожившихся ребят, спокойно констатировала:

- Я в порядке. Если будет тяжело или плохо, или я почувствую, что не тяну – я скажу.

- Нонна, если вы готовы тренироваться в этом зале, то мы сможем освободить по два часа во вторник, четверг и в субботу. Будет личное время, – Андрей смотрел вопросительно.

- Я готова, – абсолютно точно готова, если есть возможность спать дополнительно шесть часов в неделю.

Это же мечта.

Мне при выписке из больницы выдали таблетки от бессонницы, а Лусине Суреновна заметила:

- Нонна Аркадьевна, бывает, что сон пропадает из-за сильных душевных переживаний. Это опасно. Вот препарат, который вам поможет, и побочки у него почти нет.

Ни разу не пригодились.

И именно тут как раз крылась вторая причина раннего пришествия праздника: оба наши сложных проекта, внезапно оставшихся без финансирования по воле основного владельца предприятия, стартовали.

В смысле, начали стадию подготовки строительства. И если все пойдет так, как мне обещали, то весной можно будет, грубо говоря, «воткнуть лопату». И в заповеднике, и в историческом центре города.

Страшно вспомнить, сколько нервов, крови и седых волос мне стоили все эти предварительные договоренности о выдаче разрешения на строительство.

И да, скажем по секрету, но «вот это самое» базы в заповеднике – ни много ни мало, а кандидатская диссертация по истории экономических теорий.

Так что я еще и ночами писала.

Торговая галерея обошлась дешевле: пришлось отдать несколько первых алгоритмов, что я разработала в своей магистерской, на личные нужды одного «хорошего человека».

А вишенкой на торте, кроме, так сказать, внешних врагов, у меня был Зуев. И дополнительную нервотрепку он мне обеспечивал регулярно.

Хотя, признаю, польза от него была колоссальная.

С нашими капризными заказчиками всех мастей теперь общался только он, а я лишь выдавала Сергею Сергеевичу перед встречей наши условия договора и отправляла с богом.

Возвращался он чаще всего с победой, и это тоже стоило мне нервов, так как Зуев обязательно начинал требовать поощрительную награду. То в ресторан приглашал, то в кино, то на концерт или на выставку. Утомлял ужасно.

Всю осень я: спала урывками, писала диссер, работала, преподавала, ездила с сыном на соревнования.

Какие уж тут выставки и кино?

А еще я занималась спортом.

И вот это как раз давалось мне особенно тяжело.

В зал меня Андрей возил к Михаилу Борисовичу, и, естественно, тот не упускал возможности побеспокоиться и позаботиться обо мне:

- Нонна, мы с Сашулей так рады, что ты все же занялась собой. Хорошее физическое состояние – очень важно, но тут я спокоен. Андрей – лучший в своем деле.

А мне-то казалось, что дело Андрея – охрана.

Кивала и улыбалась, улыбалась и кивала.

- Но ты же понимаешь, что восстановление – процесс комплексный. Он включает в себя еще и правильное питание, так же как и заботу о психическом здоровье… – не унимался Кирюшин тренер.

В таких случаях я тихонечко прихватывала за руку своего, намекая, что нам пора бы и делом заняться, а не вот это вот воспитательное в очередной раз выслушивать.

Андрей ухмылялся и уводил меня на тренировку.

Растяжка, элементы йоги и пилатеса, небольшой комплекс на гибкость, потом велотренажер или беговая дорожка, по которой я пока еще только ходила, хоть и достаточно быстро.