Лишняя в его доме (СИ) - Майер Кристина - Страница 24

Камеры — вынужденная мера. Я не могу доверять Диане и ее деду, а вместе с ними и всей породе Алибековых.

Перематываю запись на момент, когда она покидает комнату. На ней белая футболка и черные лосины. Как тут остаться спокойным?

Диана спускается вниз, готовит ужин, а потом, устроившись в гостиной с учебниками, начинает заниматься. Я провожу слишком много времени у монитора. Не могу объяснить, почему мне так нравится смотреть на Диану. Простой мужской интерес перетек в зависимость? Нужно это прекращать, пока дело не дошло до одержимости.

Вместо того, чтобы отключиться, я перехожу в онлайн-режим. Диана все еще занимается. На столе дымится чашка чая. Выписывает что-то в тетрадь. Такая серьезная, сосредоточенная.

Открываю окно с документами, вверху экрана в маленьком окошке занимается Диана. Работаю, постоянно бросая взгляд на нее. Мне спокойно и хорошо…

— Ты не идешь спать? — в кабинет без стука врывается Алина. Сворачиваю открытое на рабочем столе окно. — Опять на диване уснешь? — с претензией в голосе. — Я не для того замуж выходила, чтобы спать одной, — ее голос начинает истерично звенеть.

Закрываю глаза, втягиваю глубоко воздух. Напоминаю себе, что Алина носит моего ребенка, врач предупреждал: «Нужно пережить этот период», но я с каждым днем все меньше верю в то, что через семь месяцев наши отношения изменятся в лучшую сторону.

— У меня много работы, — эта фраза словно на репите стоит. Работы действительно много, но все можно бросить или отложить, если тебя тянет к женщине. — Тебе нужно высыпаться, Алина, а я поздно заканчиваю работать. Не хочу тебя будить, поэтому остаюсь в кабинете, — приходится заставлять себя говорить спокойно. Терпеть не могу, когда Алина начинает выкатывать претензии, а это в последнее время происходит постоянно.

— Если бы ты принял предложение моего отца, не работал бы с утра до ночи! — повышает голос.

— Мне не нужна помощь твоего отца, — вмиг разлетается наигранное спокойствие. Он без своих вливаний в мой бизнес пытается давить на меня через отца. — Я не буду вашим должником, — жестко произношу. — Предупреждаю, Алина, не лезь в мои дела.

Стоит, дуется. Напряжение между нами растет, начинает болеть голова. Вот и поработал!

— Иди, ложись спать, — откидываясь на спинку кресла, растираю лицо. Алина подходит ко мне. Не открывая глаз, могу точно сказать, что ее настроение изменилось. Не устаю поражаться такой быстрой переключаемости настроения. Вот и не верь, что женские гормоны — страшная вещь. Как с ней говорить о дне рождения Дианы?

— Я не хочу спать без тебя, — Алина забирается ко мне на колени, целует в край губ. Задевает рукой клавиатуру, открывает трансляцию с камер. Диана сидит на диване в позе лотоса, двумя руками держит чашку, отпивая из нее чай.

Тянусь к ноутбуку, захлопываю крышку.

— Ты что-то от меня скрываешь? — оборачивается на звук.

— Да, скрываю. Мои дела не касаются ни тебя, ни твоего отца, — встречаемся взглядами. На ее лице быстро сменяются эмоции.

— Я хочу тебя, — еще одно неожиданное переключение настроения.

Если бы кто-то раньше сказал, что у меня не будет секса несколько недель, не поверил бы. Тело откликается, но разум противится предложению. Алина хорошая любовница, и раньше меня все устраивало, но тут словно барьер какой-то.

— Тебе нельзя, Алина. Сейчас нужно думать о ребенке, — кладу руку на еще плоский живот.

— Почему я не могу думать о себе? — капризно. В глазах блестят слезы. — Ребенок… ребенок… ребенок! — отбрасывает мою руку, соскакивает с коленей. — Я хочу ходить на каблуках, хочу на подиум, хочу шампанское, хочу трахаться! — кричит она. Наверняка все это слышат мои бабушка и дедушка.

— Когда ты прокалывала презервативы, — отбрасывая кресло, вскакиваю на ноги, — должна была понимать, что во время беременности не сможешь вести привычный образ жизни… — шиплю ей в лицо. Я хочу этого ребенка, потому что он мой, но в душе не могу простить ее поступка.

— Я сделаю аборт! — бросает угрозу. В этот момент я хочу ее задушить.

— Делай, но запомни, тогда меня никто не удержит рядом с тобой…

**** ****

Глава 25

Диана

Контрольная далась легко. Ответила на все вопросы, сдала работу раньше, за что получила похвалу от преподавателя, но радости не испытала, на эмоции просто не было сил. Подготовка заняла добрую часть ночи, я совсем не выспалась. Оставшиеся две пары мечтала, чтобы учебный день скорее закончился, я могла поскорее добраться до дома, лечь в свою кроватку и хоть немного поспать, а лучше много.

Вика не сдавалась, несколько раз интересовалась, как я планирую отмечать день рождения. Вчера мне некогда было об этом думать, а за сегодня я вряд ли придумаю что-то интересное. Единственное, что мне приходит в голову — пригласить подруг домой, устроить пижамную вечеринку, но вряд ли им это будет интересно. В отличие от меня, они давно переросли подобного рода развлечения.

После пар мне не удалось сбежать сразу домой, девчонки потащили в кафе отмечать…

Отмечать успешную сдачу контрольной? С чего они решили, что мы ее сдали, да еще и успешно? Результаты нам еще не сообщали. На самом деле моим новым подружкам не нужна была причина, чтобы посидеть в кафе и весело провести время, они найдут даже самый дурацкий повод. Мне есть чему у них поучиться. Они не зависели от чужого мнения, не подстраивались под окружающих, жили так, как нравилось им.

Я заказала салат «Цезарь» и свежевыжатый сок. Подруги уговаривали взять пиво, но и в этот раз я отказалась. Возможно, настанет тот момент, когда я поддамся желанию попробовать все разнообразие алкогольных напитков — хотя бы для того, чтобы знать их на вкус.

Когда я возвращаюсь, на часах почти семь вечера, прислуги уже нет в доме. Словами не передать, какое испытываю облегчение по этому поводу. Не придется терпеть их присутствие. Первым делом иду в душ. Долго стою под теплыми струями. Усилив напор, направляю поток воды на спину, чтобы помассировать затекшие мышцы и плечи. Не в первый раз подумываю, что нужно записаться в фитнес-центр. Неподвижный образ жизни, который я вела многие годы, пора менять.

Спускаюсь вниз, чтобы заварить себе чай. В холодильнике должны были остаться пирожные. В гостиной горит свет, выключала вроде…

Спотыкаюсь на пороге, сердце проваливается куда-то вниз, сбивая дыхание. Не сразу понимаю, кто сидит в моем любимом кресле.

— Что ты здесь делаешь? — выходит грубо, потому что я напугалась.

— Здравствуй, Диана, — в спокойном голосе Эльдара слышится усталость.

Он не поднимается навстречу. Продолжая сидеть, рассматривает меня тяжелым взглядом, от которого становится неуютно. Запахнув на груди халат, потуже затягиваю пояс, словно боюсь, что он развяжется. Под тонким шелком на мне лишь трусы. Еще и халат, как назло, короткий. Не думала, что буду принимать в гостях Гасанова, поэтому оделась так, как привыкла за последние недели, так, как нравилось мне.

— Здравствуй, — отвечая, сдерживаю порыв сбежать наверх и переодеться. Он здесь уже давно. На журнальном столике стоит чашка недопитого кофе. Рукава рубашки закатаны, пиджак небрежно перекинут через подлокотник.

— Присядь, пожалуйста, нам надо поговорить, — кивает на диван, что стоит рядом с креслом. Серьезный тон его голоса вынуждает подчиниться. Присев, поджимаю ноги, пытаюсь максимально глубоко натянуть край халата на колени, что не остается без внимания Эльдара. — Ты можешь подняться и переодеться, я подожду.

— Мне холодно, — нахожу глупый предлог, в доме комфортная температура.

Поднимаюсь к себе. Надеваю бюстгальтер и домашний костюм — брюки и кофту на молнии. Удобно, а главное — все закрыто.

— Я тебе чай приготовил, чтобы ты согрелась, — кивает на чашку, что стоит на журнальном столике. Улавливаю аромат любимого чая. В ящиках несколько пачек, но он заварил мой любимый…