Любовь на острове (ЛП) - Халле Карина - Страница 1

Глава 1

Дейзи

Вы когданибудь хотели ударить человека ножом для масла?

Потому что именно это я и собираюсь сделать.

Конечно, моя рука дрожит, и я едва могу разрезать помидор для сэндвича. И не думаю, что этот нож причинит реальную боль человеку, — легкий синяк, возможно, да, или царапину.

Но даже в этом случае стоит попытаться.

Мой парень, Крис, стоит передо мной совершенно голый, подушка зажата перед его промежностью, на лице паника. За ним, в нашей спальне, стоит моя подруга — Мишель. Одетая в кружевной бюстгальтер и стринги. Такой комплект нижнего белья не носят каждый день, а только для того, чтобы раздеться перед кем-то.

В данном случае перед моим парнем.

Я должна была догадаться, что что-то не так, как только пришла домой на обед. Я сказала Крису, что собираюсь на долгую прогулку в парк «Золотые ворота». Обычно мы ходили вместе, но в последнее время он был странным и угрюмым, поэтому я решила пойти одна. Я

прошлась по магазинам, а потом проголодалась. Ненавижу есть в ресторанах в одиночестве, поэтому вернулась домой, а потом хотела снова отправиться в путь.

Я не заметила ее туфель у входной двери, хотя теперь вижу их краем глаза. Мне не показалось странным, что дверь спальни была закрыта, хотя теперь понятно почему.

Я думала, что Крис ушел. И думала так до тех пор, пока не закончила готовить сэндвич и не услышала приглушенное чихание.

Схватив нож для масла, я распахнула дверь спальни и в ужасе попятилась к кухонному столу, глядя на них обоих.

Они пытались скрыть это, надеясь, что если не будут шуметь, то я не замечу.

— Я могу объяснить, — кричит Крис, подходя ближе.

Я тычу ножом в пространство между нами, яростно встряхивая его.

— Не подходи, придурок! — мой голос разрывается между истерикой, вызванной гневом, и слезами, которые я сдерживаю.

Я надеюсь, что слезы не прольются, иначе потеряю всю гордость.

Обе руки Криса поднимаются вверх, как будто я держу его на мушке, и подушка падает на пол. Я чуть не смеюсь. Его эрекция упала, и выглядит как печальный мешок. Забавно, как кто-то может превратиться из любви всей твоей жизни в отвратительного врага за считанные секунды.

Ладно, может быть, Крис и не был любовью всей моей жизни. Но он все еще был первым парнем, которого я понастоящему любила, первым, за кого я хотела выйти замуж.

И вот как все вышло.

Он спит с моей подругой.

О, на нее я тоже злюсь. Не могу сказать, что я была слишком близка с Мишель. Тем не менее, я считала ее хорошей подругой, так как работала с ней, и мы часто проводили обеденные часы, поедая устриц в «Embarcadero». Мы вместе занимались йогой по четвергам перед работой, а по понедельникам пили «Маргариту» в баре. Наши разговоры обычно были поверхностными, но иногда я жаловалась на Криса, а она жаловалась на свои скучные свидания.

Никогда я не думала, что она попытается помочь мне, обратив свой взор на него.

— Как это вообще могло случиться? — восклицаю я, снова тряся ножом.

— Просто положи нож, и мы поговорим, — говорит Крис. Он делает шаг вперед, останавливается и торопливо поднимает подушку.

— Послушай, это была ошибка.

— Ошибка? — говорю я, и в то же время Мишель издает насмешливый звук.

Я направляю на нее нож.

— Смешно, сука?

— Да, ошибка, — умоляюще говорит Крис.

Я смотрю в его голубые глаза, но это уже не глаза парня, которого я любила. Это глаза незнакомца. Которого я хочу убить ножом для масла.

— Ага. Ошибка. Я вижу. Значит, она поскользнулась и упала на твой член? — спрашиваю я. — Или ты поскользнулся и угодил ей во влагалище?

— Это ничего не значит!

Почему-то от этого становится только хуже. Моя кровь начинает закипать.

— Ты перечеркнул все ради какого-то секса, который ничего не значит?!

Я делаю нерешительную попытку успокоиться, но ничего не получается. Поворачиваюсь и беру нарезанный помидор, держа его в ладони, как бейсбольный мяч, семена скользят между пальцами.

— Он лжет, — говорит Мишель, сверкая глазами. — Он сказал, что любит меня.

Я даже не думая кидаю помидор и попадаю Крису прямо между глаз. С грязным шлепком, помидор разбрызгивается повсюду. Подушка снова падает на пол.

— Ты засранец! — вскрикиваю я.

Разворачиваюсь, беру ломтик поджаренного хлеба и взмахиваю им, как летающей тарелкой. Он ударяется об руку Криса, и падает на линолеум с глухим звуком. В детстве я играла с бумерангом в саду, и, по-видимому, мой прицел так же хорош, как и тогда.

— Дейзи! — Мишель вскрикивает, а я тянусь за остатком сэндвича.

Швыряю его в нее. Ломтик индейки стремительно пролетает над слоями бутербродов и шлепает ее по щеке, а другие куски пропитанного майонезом хлеба и помидоры летят в воздухе.

— Убирайтесь отсюда! — я кричу на них обоих. — Сейчас же! — снова угрожаю ножом. — Я еще могу чтонибудь кинуть!

Мишель бежит к противоположной стороне кровати, натягивает джинсы и свитер. Она быстро проскальзывает мимо меня, избегая встречаться взглядом. Я не жестокий человек, я действительно терплю, чтобы не открыть холодильник и не найти другую еду.

Пока она натягивает туфли у входной двери, я поворачиваюсь к Крису. Он стонет, снова тянется к подушке, как будто ему вдруг стало стыдно.

— Пожалуйста, просто… выслушай меня.

Мои глаза расширяются.

— Что, черт возьми, ты можешь сказать? Крис, я только что застукала тебя со своей подругой!

— Я не люблю ее. Я люблю тебя… только что понял… я запутался.

— Запутался? — повторяю я, мой голос уже не такой пронзительный. — Запутался?

Он снова театрально морщится и прикладывает руку к уху.

— Ты можешь не истерить?

— Может, я тебе ухо отрежу, как в «Бешеных псах»? — я ухмыляюсь ему, снова размахивая ножом. — С тупым ножом будет нелегко, но поверь мне, я буду стараться.

Он свирепо смотрит на меня.

— Знаешь, с тех пор как ты потеряла работу, с тобой было нелегко общаться.

О боже мой. Он же… он же не говорит, что это моя вина?

Должно быть, он прочитал выражение моего лица, потому что в его глазах пробежал страх, и он быстро говорит: — Это не твоя вина. Я не это имею ввиду. Я знаю, что тебя никогда раньше не увольняли, знаю, что ты проработала в этой компании целую вечность, знаю, что это сильно ударило по тебе. Ты просто… не такая, как была раньше.

Я могу только смотреть на него, разинув рот. Мои эмоции перескакивают от возмущения к разочарованию, и мне хочется плакать.

— Извини, что я не всегда такая веселая, — говорю ему. — И, кстати, я нормально пережила увольнение. Я хандрю и сосредотачиваюсь на негативе, а не сплю с чужими парнями.

Он тупо смотрит на меня.

— Мишель тоже уволили! — кричу я ему. — И пошел ты на хер за то, что вообще поднял эту тему. Это делает все еще хуже, ведь ты предал меня в самый трудный период жизни, когда я на дне.

Он сухо смеется, и мне хочется врезать ему прямо по носу.

— На дне? За те два года, что мы вместе, ты ни разу не была на дне. Все тебе подается как на блюдечке.

Я фыркаю. Он не первый, кто это говорит.

— Ну, теперь все не так, да? Сначала я потеряла работу, а потом и своего парня.

Ох, теперь он выглядит грустным.

— Дейзи… это еще не конец.…

— Чушь собачья, и ты это прекрасно знаешь. Все кончено. И это уже давно закончилось, не так ли? Еще до того, как я потеряла работу.

Ты уже отстранялся. Я не хотела этого видеть, не хотела признавать, но ведь это правда, да? Ты будто хотел, чтобы тебя застукали.

Крис отворачивается и рассеянно вытирает с лица помидорное семечко. Я бы рассмеялась, если бы не чувствовала себя такой разбитой.

— Может быть, я отстранялся, чтобы посмотреть, притянешь ли ты меня обратно. Посмотреть, нужен ли я тебе, — Крис смотрит на меня, и теперь он больше похож на человека, в которого я влюбилась, хотя я знаю, что он никогда больше не будет прежним для меня. — Я