Любовь на острове (ЛП) - Халле Карина - Страница 26

— Потом, — говорит он. — Я воспользуюсь спутниковым телефоном, чтобы вызвать помощь.

— Это сработает? — спрашиваю я.

— У нас есть маяк-локатор, который включился, когда открылся плот. Что бы ни случилось, люди будут знать, где мы находимся. Они найдут нас.

— Обещаешь?

Он слегка поворачивает голову, хотя я не могу прочитать выражение его лица в темноте.

— Обещаю. Отдохни немного.

Глава 12

Дейзи

Я просыпаюсь, уткнувшись лицом в мокрую грязь, и смотрю на муравья, который торопливо бежит передо мной по своим делам.

У меня текут слюни. Некоторые вещи не меняются, независимо от того, где ты находишься.

И вообще, где я нахожусь?

Я моргаю, глаза жжет от высохшей соленой воды на ресницах, и медленно, осторожно сажусь. Голова кружится, мышцы болят, как будто я пролежала без сознания на твердой земле несколько часов, хотя, это так и есть.

Солнце за этой чащей папоротников и кустарников ярко светит, и мне приходится на мгновение прикрыть глаза, а потом я фокусируюсь на Лейси и Ричарде. Сестра спит, прислонившись спиной к кокосовой пальме, Ричард лежит на земле, положив голову ей на колени. Оба храпят.

Моя первая мысль — я так счастлива, что они живы.

Все могло обернуться гораздо хуже.

Вторая мысль — Ричард храпит, как банши, а Лейси пускает слюни ему на лоб. Видимо, это семейное.

И Тай…

Я оглядываюсь, медленно поднимаясь. Его нигде не видно.

Стараюсь не паниковать, смотря по сторонам.

Джунгли позади меня густо покрыты листвой, птицами и жужжащими насекомыми. Воздух очень влажный, но моя одежда все еще мокрая из-за нахождения в океане. Джунгли выглядят как опасное место, и под опасностью я подразумеваю насекомых и животных, с которыми я не хочу иметь ничего общего.

Я прохожу мимо ряда пальм и благоухающих цветов между джунглями и пляжем и выхожу на песок.

Святое дерьмо.

В ярком свете дня, который, наверное, уже наступил, становится очевидно, что не только шторм утих, но и мы оказались на самом что ни на есть необитаемом острове.

Песок ослепительно белый, а вода бледно-голубая. Справа от нас земля поднимается вверх, образуя крутые скалистые утесы. Слева пляж продолжается ровной полосой, все дальше и дальше.

Передо мной Тай, сидит на песке, мягкие чистые волны плещутся о его ноги, как будто шторма никогда не было.

Он сидит ко мне спиной и смотрит на голубую лагуну, на рифы.

В сторону «Атаранги».

Она все еще там! Лежит на боку, паруса разорваны в клочья, но она не ушла на дно. Она все еще там.

Это согревает мое сердце.

Я хочу пойти и сказать чтонибудь Таю, но я думаю, что он, вероятно, все еще злится на меня, так как это в значительной степени моя вина.

Я хочу в туалет.

Быстро оборачиваюсь и начинаю осматривать то место, где мы спали. Лейси и Ричард все еще храпят. Быстро порывшись в сумке понимаю, что ничего не осталось сухим.

Я ищу салфетки, так как ни у кого из нас не хватило ума взять туалетную бумагу.

Кто знал, что это один из самых важных предметов?

Я направляюсь в кусты, стараясь не заходить слишком далеко, потому что немного страшно находиться на таком острове. Может, здесь и живут люди, но я не хочу, чтобы они смотрели, как я писаю.

Или, может быть, тут есть какие-то сумасшедшие ящерицы, которые укусят меня за задницу.

Я сажусь на корточки и занимаюсь своими делами.…

Потом чувствую на себе чей-то взгляд.

Слышу дуновение воздуха.

Сбоку.

Знаете ту сцену в «Парке юрского периода», когда Роберт Малдун, сексуальный австралийский надзиратель, охотится за хищниками, и хищник резко появляется сбоку?

Ну, вот. Я только что оглянулась, а на меня смотрит пара глаз.

Долбаный козел.

Я кричу и падаю, вскакиваю на ноги, натягиваю штаны и бегу, не знаю в каком направлении, но мне плевать.

Это ведь был козел, верно? Козьи глаза такие жуткие, прям как у демона!

— Дейзи? — зовет Лейси.

Бегу на ее голос, чуть не сбивая ее с ног, продираясь сквозь кусты.

— Что случилось? — спрашивает она, широко раскрыв глаза. — Что случилось?

— Козел! — мне удается вскрикнуть.

Она хмурится.

— Козел?

— Смотрел, как я писаю!

— Что? Где?

Я пытаюсь указать, откуда пришла, но уже запуталась.

— Не знаю, я занималась своими делами, оглянулась, и на меня смотрела гребаная козлиная морда!

— Что ж, это хороший знак, — говорит Лейси. — Значит, здесь могут быть люди.

И все же у меня такое чувство, что она мне не верит.

— Давай вернемся в лагерь.

— В лагерь? — повторяю я. — Как будто мы уже здесь живем.

Она бросает на меня взгляд, который говорит: «да».

В «лагере» Ричард уже проснулся, прислонился к пальме и трет голову.

— Ты в порядке? — спрашивает Лейси, опускаясь на колени рядом с ним.

— У меня ужасно болит голова, — говорит он, медленно поднимая на нас взгляд. — И лицо тоже.

Да, Ричард сейчас выглядит не лучшим образом. Он бледен, у него нет зуба, очки треснутые, под глазом расползается синяк, а верхняя губа рассечена.

— Ты выглядишь великолепно, — говорю я ему непреклонно, присаживаясь на корточки.

— Не надо шутить. Я выгляжу как Бензит.

— Я не знаю, кто это, — признаюсь я.

— Это из «Звездного пути», — говорит Лейси.

Я качаю головой.

— Ты можешь видеть без очков? — спрашиваю я его.

— Слепой, как Сесилия.

— Это опять отсылка к «Звездному пути»?

— Это разновидность амфибии, которая живет под землей, — сообщает мне Лейси.

— Ты можешь отдать ему свои очки? — спрашиваю я ее. — Ты без своих можешь видеть.

Она замолкает, сдвинув брови.

— Нет, не могу.

— На днях я видела, что без них ты прекрасно читаешь мою книгу.

Книга, о которой идет речь, это исторический любовный роман, который я прочитала за один день. Я купила кучу книг в мягкой обложке в сувенирных магазинах аэропорта, и мне удалось упаковать некоторые вчера вечером, потому что не знала, выживет ли моя электронная книга.

Прежде чем Лейси снова начинает протестовать, я протягиваю руку и срываю очки с ее лица, надевая на себя.

Я прекрасно вижу, а это значит, что очки не для зрения.

Как я и подозревала.

— Тебе не нужны очки! — радостно кричу. — Я так и знала!

— Это нелепо. Конечно, нужны, — непреклонно говорит Ричард.

Лейси выхватывает их обратно и надевает.

— Нужны. Может быть, тебе тоже?

— Нет, и ты это прекрасно знаешь. У тебя всегда было прекрасное зрение, и ты этим хвасталась. Потом ты закончила среднюю школу и вдруг сказала, что почти ослепла. Я всегда считала, что ты носишь их только для того, чтобы казаться умнее.

Лейси краснеет. Качает головой и отводит взгляд.

Ричард протягивает руку.

— Дай мне.

Она качает головой еще сильнее.

— Лейси-Лу, — говорит он. — Дай мне свои очки.

Она неохотно снимает их и протягивает ему. Затем Ричард снимает свои и надевает ее. Хмурится.

— Лейси…

— Ладно, ладно, ладно! — вдруг вскрикивает она, поднимаясь на ноги. — Очки мне не нужны, — она заключает слово «нужны» в

кавычки. — Я должна их носить. Люди не будут воспринимать меня всерьез.

— Да ладно, — говорю я ей, поднимаясь на ноги. — Я все прекрасно понимаю.

— Это не нормально, — мрачно говорит Ричард. — Как ты могла мне врать?

Ой-ой.

Мне пора сматываться.

Я хватаю свою сумку и направляюсь на пляж, чтобы начать распаковывать ее и сушить вещи.

К моему полному удивлению, Тай уже в воде, плывет через лагуну к лодке.

— Тай! — кричу я ему. — Что ты делаешь?

До рифа в лагуне должно быть не менее трехсот футов. Если он и слышит меня, то не подает виду. Он просто продолжает плыть, его загорелая спина и сильные руки контрастируют с чистой бирюзовой водой.

Теперь, когда вода и погода спокойная, это действительно кажется прекрасным местом для купания, но я достаточно хорошо помню морскую биологию, чтобы знать, что атоллы не застрахованы от акул. Большие белые акулы редки здесь, в южной части Тихого океана, и мы, скорее всего, встреим акул-молотов, кормилиц и рифовых акул, в целом безвредных, но это не значит, что тигровые акулы не прячутся поблизости, особенно после шторма.