Развод. Другая семья мужа (СИ) - Весенняя Кристина - Страница 42

Простить такое сложно. Или даже невозможно.

Но все же у меня болело сердце за близких, которые ругались, не замечая меня. Онур искренне извинялся, просил прощения, он пытался достучаться до Яны. Но вряд возможно простить подобное. Я не думаю, что Яна сможет…

Я развернулась, чтобы уйти и оставить их наедине, почувствовав себя лишней в этих разборках, и наткнулась на твердую грудь Вардана, который вдруг оказался рядом. По его лицу стало понятно, что он сразу уловил суть спора. Нахмурился. Губы плотно сжались.

— Прекратите, сейчас не время для этого, — оборвал он спор жестким приказом, которого Яна и Онур, как ни странно, послушались.

Вардан поглядел на брата, и тот опустил голову, ему было стыдно, и он прятал свои глаза. Яна воинственно вскинула подбородок, приняла воинственный вид, но она ничего не сказала, просто ждала, что последует от Вардана. Тот кивнул, удовлетворенный тем, что брат с женой перестали, спорить, и обратился к Онуру.

— Нам пора, брат, садись в машину, — велел брату, а потом повернулся ко мне. — Леся, мы с Онуром поедем на поиски Назара. Охрана будет рядом с вами на случай чего, не предпринимайте никаких действий без согласования со мной. Это ясно?

— Вардан… — я кинулась к нему и тут же остановилась, заставляя себя не волноваться за него, он же мне больше даже не муж. Но тревога и страх руководили мной, и я выпалила: — Будь осторожен!

В глазах бывшего мужа появилось тепло, я своими словами разбудила в нем надежду на наше воссоединение и показала свои чувства. К счастью, Вардан не стал пользоваться моей слабостью. Спустя пару секунд он уже уехал вместе с братом. Мы остались наедине с Яной, чуть поодаль стояла охрана, которая обеспечивала нашу безопасность.

— Что мы будем делать? Давай поговорим, Яна.

— Я не хочу пока… Давай поговорим после того, как найдут мальчика? — решила Яна, и я согласилась с ней, давая нужное время, чтобы пережить шок.

Но Яна не была нытиком, она не любила себя жалеть, она всегда была сильной. Поэтому я не удивилась, что она сейчас не плакала, а, наоборот, была решительной и деятельной.

— Не смогу сидеть дома. Поехали в офис к отцу, — вдруг сказала она.

— Что? Зачем нам туда ехать?

— У меня есть кое-какая идея. Поехали.

— Подождите, — к нам подошел охранник, высокий плечистый молодой парень, — вы собрались куда-то ехать?

— А что, нам надо спрашивать разрешения? — отчитала его Яна. — Вы следуете за нами, а мы едем в публичное место. Там с нами ничего не случится.

Мы так и сделали и уже спустя сорок минут поднимались на лифте в офис Бориса Олеговича.

— Так что ты всё же хочешь там сделать? — уточнила я, когда мы уже были близко к его кабинету, от которого Яна взяла внизу ключ-карту. Как дочь Верховцева, она имела на это право.

— Отец не так умен, как он считает, — со злостью пробормотала подруга. — Но каждый, даже самый умный преступник, способен совершить ошибку. Он не ожидает от меня того, что я сделаю. А я использую любую возможность, чтобы спасти ребенка и наказать отца. В его сейфе должны быть документы, которые я могу пустить в ход и использовать в качестве шантажа…

Она не договорила. Нас остановил мелодичный смех из-за двери кабинета, которому вторил другой, мужской. Смеялись мужчина и женщина. Знакомый смех. Я точно его слышала. Недоумение заставило меня замереть на месте, тогда как Яна не стала медлить и резко открыла дверь.

За столом для переговоров мы обнаружили адвоката Верховцева и… Милану!

Стоило ей нас увидеть, как она соскочила со стола, на котором сидела, болтая ногой. Она уже не смеялась. Я нервно сглотнула, изучая ее. Совсем не похожа на мать, у которой похитили ребенка. Как она может быть такой спокойной, еще и заигрывать с адвокатом Верховцева?

И тут меня поразила новая мысль. Почему эта дрянь в его кабинете? Когда они успели спеться?

— Развлекаетесь? — окинула их презрительным взглядом Яна, складывая руки на груди. — Тебе мало Вардана и Онура, так решила еще одного мужика себе в копилку добавить?

— Онура? — Милана резко задышала. Она поняла, что столкнулась лбами с женщиной, от которой она на самом деле родила сына. И что ей не поздоровится. — Что вы здесь делаете? — зараза быстро пришла в себя и стала нападать.

Ее излюбленный способ.

— Мы приехали по делу. А ты не имеешь права задавать вопросы. Ты вообще любишь своего сына?

— Что за вопросы! — ощетинилась Милана. — Естественно, я люблю его! Сюда приехала, чтобы просто отвлечься.

— Отвлекайся за пределами кабинета, — грубо указала ей на место Яна.

— Да что ты себе позволяешь?!

— Я дочь владельца этой компании. Выметайтесь, — указала обоим на дверь. Я с завистью смотрела на то, как подруга умеет себя поставить перед другими. — Закройте дверь с той стороны, — она снова показала свою власть.

— Ничего себе, — прошептала я, не веря в то, что мы здесь увидели, когда адвокат и Милана вышли в коридор. — Я бы ни за что не связала Милану и твоего отца.

Яна задумчиво закусила губу, она, очевидно, размышляла.

— А я думаю, что это как раз таки закономерно. Пазл начинает складываться.

У меня ничего не складывалось, но я не стала расспрашивать Яну. Когда захочет, она мне, конечно же, все объяснит. Она прошла к сейфу и открыла его. Слава богу, что она знала шифр. Пролистала несколько папок. Мы обе слышали из-за двери, что Милана громко причитает за пределами кабинета.

— Зря мы ее отпустили, — вдруг сказала Яна, положив одну из папок в центр стола.

— Что ты имеешь в виду?

— То, что ей пора признаться нам во всем, — отчеканила Яна и пошла на выход из кабинета, открыла дверь нараспашку. — Милана, зайди обратно. Поговорить надо.

— Что? — возмутилась та. — Кто ты такая, чтобы мне приказывать?

— Я сказала. Зай-ди, — еще четче проговорила Яна, и Милана послушалась, проходя гордой походкой в кабинет.

— И что ты хочешь? — посмотрела на Яну с вызовом.

— Ты расскажешь все. И как связалась с моим мужем. Где жила все эти годы. Почему скрывала ребенка. Зачем повесила его на Вардана. И что тебя связывает с моим отцом.

— Я ничего рассказывать не буду! — заметалась Милана. — Говори со своим мужем!

Глава 48

Олеся Кафарова

Милана вся тряслась на месте, но продолжала молчать, задрав к потолку свой сделанный нос. Она не хотела отвечать и раскрывать нам все свои карты.