Развод. Капкан любви (СИ) - Тиль Тая - Страница 6

Меня уже трясет.

Где проект?

Перетряхиваю все папку, а мое сердце просто бьется как ненормальное. Руки белеют и воздуха больше нет. Практически задыхаюсь.

Снова черно-белые листы. Список канцелярских товаров. Копии договоров. Выписки.

— Я перепутала! Схватила не ту папку, что мне теперь делать? — говорю про себя, и меня прошибает пот.

— Мы подъехали, — говорит водитель. Вас уже ждут.

Глава 8

Меня привозят к шикарному отелю.

Швейцар открывает дверь, и я вхожу. Летний ветер подправил мои волосы. Молодой человек в бабочке и черном смокинге дарит мне улыбку.

— Вас зовут Устина? — спрашивает он.

— Да, — отвечаю я, и меня прошибает страх. Слишком круто.

Парень зовет меня рукой, и мы заходим в громадный холл. Множество диванов, мраморный пол, чемоданы и беззаботные люди, что пьют кофе и о чем-то без конца разговаривают.

Я теряюсь.

— Нам сюда, — говорит молодой человек и зовёт меня в лифт.

Дрожь усиливается и мне хочется кричать. Блокнот в руке. Что мне ему говорить? Если бы где-то была кнопка SOS. Я бы непременно ее нажала.

Ее нет.

Чем дальше лифт поднимается на этаж, тем сильнее страх сдавливает меня. Трудно дышать. Единственный выход сказать честно.

— Здравствуйте, я забыла буклеты. Давайте запишу ваш номер телефона, чтобы не потеряться и Вам позвонит Вика.

Еще состряпаю глупую рожу. Чем глупее, тем лучше. Я кусаю губу.

— Дура! — говорю про себя. Такой ответственный момент и все коту под хвост. Как так можно было. Впрочем, уже все сделано.

Я сжимаю папку, лифт практически стоит на месте. Меня бросает, то в жар, то в холод. Становится душно, потом нечем дышать.

Весь спектр эмоций пробегает по моему телу. Воздуха и правда не хватает.

Лифт останавливается.

Двери открываются и два амбала в галстуках встречают меня.

— Проходите и не переживайте, обычная проверка, — говорит улыбающийся мужчина.

— Устина! Куда ты попала! — кричу я про себя, увидев, как металлодетектор проходит по моему телу.

Два амбала с двух сторон проходят и успокаиваются, что оружия нет, отходят в сторону.

Плюс что не стали обыскивать и везде щупать. Я бы точно умерла.

Дальше они расступаются. Передо мной открывается огромный ресторан на веранде. Столики накрыты белыми скатертями с большими бантами. На столах стоит посуда, фужеры и ваза с огромными цветами. Столов больше двадцати и все они пусты.

Никого нет кроме охраны, что расставлены в шахматном порядке и все уставились на меня.

— Пойдемте за мной, — говорит молодой человек, рукой показывая в гущу столов и злых амбалов. Меня парализует.

Конечно, я делаю шаг, глупо просто стоять на одном месте. Парень усмехается от моей робости.

— Как вас зовут? — неожиданно произношу я, всматриваясь в черные, как уголь глаза.

— Карен, да вы не бойтесь, вас уже ждут.

— Карен, — слетает у меня с губ, и иду вперед. Меня уже ждут. Кто? Это скоро я узнаю.

Я двигаюсь среди столов, вслушиваясь в спокойную музыку, что играет. Она меня расслабляет, хоть не много, не давая до конца запаниковать и расплакаться на месте.

Охраны становится всё больше. Пока один мужчина не останавливает меня рукой.

— Ваш телефон, — произносит он и вытягивает свою здоровую руку.

Он напоминает мне огромного бульдога, на которого натянули костюм, и надушили дорогим парфюмом. Спорить я с ним не стала. Вытаскиваю из сумки телефон и кладу в его ладонь.

Он его сжимает. Вся трясусь, я делаю еще пару шагов, и охрана снова расступается, открыв мне замечательный вид.

За небольшим столом, накрытым в точности как все, в окружение двух официантов сидит он.

На его широкоплечей спортивной фигуре сидит дорогой пиджак на заказ. Его властный взгляд впивается мне прямо в сердце. От него веет властью и большими деньгами.

От него исходит невероятная сила, что заставляет меня подчиняться ему беспрекословно. У меня не хватает воздуха, чтобы дышать.

Его железобетонная уверенность убивает наповал. Я пытаюсь наглотаться воздуха, чтобы не потерять сознание. Теряюсь при его виде, а запах черного дерева душит меня.

Нет воздуха, и правда нет, будто во всей столице не хватает для меня одного глотка.

Я задыхаюсь, понимая, что ноги подкашиваются. Стоять больше нет сил. Передо мной сидит сам Демид Дашкович. Вот я вляпалась!

— Привет, Устин, — говорит он стальным голосом, — теперь ты от меня никуда не убежишь.

Глава 9

Я практически уничтожена.

Меня заманили в ловушку. Не соображаю. Единственное, что могу смотреть в его черные глаза. Они притягивают.

Не дышу, но со всей силы сжимаю папку с отчетами и списком покупок. Мне надо повторить, как сильно я вляпалась?

Он осматривает меня с ног до головы. Улыбается. Тянет время. Теперь оно работает на него стороне.

— Садись, — он произносит жестким голосом, и я плюхаюсь на стул за одним с ним столом. Официанты к нам не подходят, они стоят на месте в ожидании.

Я жмусь, совершенно не понимая, что мне ожидать от этого человека. Кто он? Конечно, я читала про него в интернете, но это лишь размытые статьи. Без сути и объяснений.

О нем писали только в общих чертах. Я с ним рядом на расстоянии вытянутой руки. И от этого меня только сильнее охватывает страх.

Что мне от него ожидать?

Он продолжает на меня смотреть, выдерживая паузу. Его взгляд меня раздевает. Я пытаюсь во всем этом сохранить спокойствие, не получается.

— Устин, расскажите, что мне с Вами делать? Вы вламывайтесь ко мне домой, и разбиваете мои бутылки. Носитесь по комнатам. Под конец выпрыгиваете.

Я прячу глаза вниз.

В ресторане полная тишина, несмотря на огромное количество людей. И все они ждут моего ответа, которого у меня нет. Что ему говорить? Как мой муж драл Светку, а я, увидев эту сцену, потеряла голову и понеслась, куда глаза глядят.

Бред.

Он только рассмеется, и я выставлю себя полной дурой. Нет, это точно не вариант.

— Я Вам все отдам, — пищу я жалобно, мне даже самой противно от своего голоса. Меня загнали в угол. Я сжимаю руки, что держу под столом. Все эти люди смотрят на меня.

Теперь я чувствую себя актером, что вышел на представление и забыл слова. И вот сотни зрительских глаз смотрят на него. А он — забыл.

Он смеется, и этот смех задевает меня.

— Вы разбили двадцать три бутылки коллекционного вина общей стоимостью восемнадцать миллионов шестьсот тысяч рублей, — произносит он холодным голосом.

В голове у меня крутиться это безумная цифра. Восемнадцать миллионов. Дрожь охватывает все тело. Я сжимаю зубы и смотрю в его глаза, ожидая, что он скажет.

Он тянет. Ему нравится наблюдать за мной. Как я теряюсь, судорожно думаю, что делать?

Демид, не зря все заголовки газет кричат на каждом шагу о том, что ты сволочь!

Магнат, миллионер. Само воплощение власти, богатства и зла.

Он смотрит на меня с наслаждением и тянется к бокалу вина. Сколько интересно стоит бутылка? Два миллиона или все три?

— Я все отдам, — говорю уверенно. Будто в съемной квартире у меня под подушкой запрятаны миллионы. Да сейчас отсчитаю и тебе привезу. Только подожди.

Он усмехается, ему смешно.

— Как ты отдашь мне? — теперь этот миллионер или миллиардер. Черт его знает, надо мной издевается? Жмусь, глаза рыщут по столу. Кроме аккуратно сложенной салфетки, столовых приборов ничего нет.

Нет еще бокал и бутылка вина.

Глаза закрываю, а он продолжает меня резать своим высокомерием и осведомленностью. Я точно пропала.

— Кто за Вас заплатит?

— Муж, — выдавливаю из себя это противное слово. Передо мной встает образ Влада. Противное лицо, что нагибается ко мне и повторяет:

— Все отберу!

Нет, можно попросить помощи у его отца. Но такие деньги. Нет. Если они и были у Бориса Семеновича, то я бы не посмела просить за меня заплатить. Совесть не позволила.