"Фантастика 2024-126". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Анин Александр - Страница 1091

В связи с прочитанным, возникает вопрос, как здесь выживают люди? А у меня в документах на землю написано, что на моей земле проживает от семидесяти, до ста человек. Да, никто не знает точное количество проживающих тут людей, потому что последний раз данные подавались ещё моим отцом, а Мещерские используют эти земли для охоты. Им плевать на людей.

Как говорил Юра, это довольно выгодное предприятие, поставленное на промышленный поток. У Мещерских в собственности заводы, в которые привозят убитых тварей, а оттуда уезжают фуры, набитые клыками, шкурами, костями, внутренними органами и так далее.

Дочитав буклетик и насмотревшись в окно, я решаю, что проще всего лечь спать. Ехать мне около десяти часов. Спал я последний раз, кажется, вчера.

Только голова коснулась подушки и меня уже нет в реальном мире. Я просто мгновенно вырубаюсь и проваливаюсь в приятный сон без сновидений.

Я только заснул, а меня уже будит сигнал тревоги. Я смотрю на время, четыре часа и сорок минут ночи. Уже скоро утро. Проехали, наверное, около половины пути.

Сирена тревоги орёт так , что я чуть не пропускаю звонок телефона. Незнакомый номер. Мне скрываться не от кого и потому, я спокойно беру трубку.

— Просто слушай и ничего не говори, — в трубке женский голос, еле-еле перекрывающий сирену, — это не нападение на поезд, это нападение на тебя. Они думают, что ты вампир и поэтому принято решение убить тебя. Вдалеке от больших городов. Они думают, что ты вампир, — повторяет голос в трубке, — но я точно знаю, что это не правда. Истинный свет убивает вампиров, а ты остался жив! — девушка не даёт ответить или спросить и просто бросает трубку.

Я не раздумывая падаю на пол. И очень вовремя. В мое окно прилетает что-то очень тяжёлое. Настолько тяжёлое, что железная бронированная стена вагона прогибается.

Потом разберусь кто, это звонил, а пока что, требуется выжить.

Вагон пошатнулся, начинают работать пулемёты и дробовики. Я вскакиваю, пригибаясь, пытаюсь разглядеть в бойницу, что это было.

За грохотом пулемётов я чуть не пропускаю смертельный удар. Прямо из воздуха вдруг появляется странный тип, в белом фраке с двумя кривыми кинжалами и без замаха, коротким движением, бьёт кинжалом в правой руке.

Мне везёт, что вагон пошатнулся ещё раз и меня отбрасывает в сторону. Клиники у него, явно, непростые. Но я не хочу проверять на прочность защиту криса в таком бою.

Направляю руку в сторону франта и проявляю Нарезатель. Он такого явно не ожидал. Но и я не ожидал, что франт просто исчезнет, как раз в момент, когда Нарезатель должен был до него дотянуться.

Франт пропадает, как будто его и не было. Дверь открывается и на меня встревоженно смотрит проводница. Я вижу у неё в руках дробовик и выдыхаю.

— На поезд напали твари? — спрашиваю, чтобы просто что-то сказать.

— Уже все хорошо, мы отбились, — кивает проводница, а дробовик в её руках неожиданно дёргается.

В меня как будто прилетал огромный железный шар. Я отлетаю спиной назад и впечатываюсь в стену вагона. Дикая боль в груди. Опускаю взгляд, чтобы рассмотреть повреждения. На мне ни царапины! Даже одежда целая.

Проводница не даёт мне опомнится и стреляет ещё раз. Меня уже подрасывает на месте. Кажется, не только ребра сломаны, но и рука. Что у неё за дробовик такой мощный?

Я пытаюсь встать, перед глазами красные круги, дико болит грудь. Проводница исчезает из дверного проёма, а на её месте появляется тёмный силует и ещё две вспышки. Меня перекручивает на месте. Я словно попал в мясорубку и каждый выстрел - это удар ножа.

Из последних сил, с затуманенным взором, я вытягиваю руку в сторону двери и формирую шар тьмы.

Он скорее мягко улетает, чем выстреливает. Но нужного эффекта я добиваюсь.

Стена вагона вместе с дверью и теми, кто стоял в коридоре аннигилируются взрывом. Задевает даже меня самого. Но лучше так, чем давать безнаказанно себя расстреливать.

На месте коридора появляется небольшая, размером всего в кулак, чёрная дыра. Разлом. Видимо я вбухал слишком много энергии.

Разлом начинает пожирать всё вокруг, увеличиваясь в размерах. Он словно впитывает в себя стены, потолок, пол. Ещё немного и он просто уничтожит этот вагон, а я останусь один, среди разломных степей.

Мне этот вариант совершенно не нравится, да и дел у меня очень много. Я же не просто решил попутешествовать по стране, посмотреть на степи и горы с кайфом! У меня важная миссия.

Пока есть время, хватаю с верхней полки тубус, в котором лежат кольца и документы. С этим тубусом в руках разбегаюсь и пепепрыгиваю дыру в полу.

Разлом между тем, увеличиваясь в размерах, уже начинает ощутимо тянуть к себе. Но я, все же, успеваю покинуть вагон и бегу по следующему.

Наверху, куда-то в степь, строчат пулемёты. Пробегая мимо одной из бойниц я вижу стадо огромных, под три метра ростом, носорогов.

Вот кто протаранил моё уютное купе. Сволочи. Не знаю, кто послал убийц, но он сделал это напрасно. Я отвечу, обязательно отвечу! В сто раз сильнее отвечу, чтобы все вокруг знали, что не надо ломать мне ребра выстрелами из дробовика.

Я, наконец, добежал до первого вагона. Этот разлом я должен обязательно закрыть. Но адреналин уже сходит на нет и на его место приходит её величество боль.

Эта коронованная особа заставляет остановиться и присесть. Внутри все горит. Я поднимаю майку и вижу, что весь торс это один большой кровоподтёк. Сволочи.

Выстрелы из пулемётов и дробовиков звучат всё реже. Значит буйволы отступили.

Самое время спрятаться. Там где одни убийцы, могут прийти и следующие. Все знают, где я и что делаю. Непорядок.

Я нахожу себе укромное место, за одной из фальшпанелей обшивки. Внутри небольшая ниша, в которую я залезаю на корточках и прислоняю эту фальш панель обратно.

Пусть ищут меня. А если найдут, я не сдамся без боя! Это совершенно точно. Заберу с собой максимум врагов.

Едем мы почему то все медленнее и медленнее. И часто останавливаемся. Во время остановок, по вагону каждый раз ходит полиция и жандармы. Возможно, меня ищут.

Так я доезжаю почти до конца. Вместо рассчитываемых изначально десяти часов, дорога выходит во все восемнадцать часов. У нас с Юрой остается все меньше и меньше времени.

Послушав разговоры пассажиров, я выясняю, через скоро конечная станция. Не доезжая её, я спрыгиваю с поезда. Долго лежу и не могу встать, в глазах красная пелена.

Мне очень сильно везёт, я вижу впереди грунтовую дорогу и ковыляя по ней, дохожу до ржавого указателя. На нем написано "Зубовское". Я понимаю, что дошёл.

Сознание не выдерживает болевого шока и я проваливаюсь во тьму.

Я слышу как меня кто-то зовёт. Открываю глаза. Не знаю сколько времени прошло. Я нахожусь в астрале, там где мы встречались с Юрой первый раз.

— Я ухожу. Через несколько минут я растворюсь в твоём сознании, — говорит Юра.

Меня почему-то пробрало на нервный смешок. Я устал, я ухожу. Шутки из прошлой жизни.

— Юра, ты молодец, ты боролся до самого конца! Твой дух не смогли сломать! Я горжусь, что ты вот так смог это все пройти, — говорю с теплотой в душе.

Я не знаю, какие слова я должен сказать. Не думаю, что многие были в подобной ситуации. Сомневаюсь, что хоть у кого-нибудь в такой момент было бы что сказать. И потому, я говорю банальные и очевидные вещи.

Я это понимаю и Юра это понимает. Ничего не изменить и не исправить. И никому не нужны, на самом деле, эти слова.

— Всё хорошо, правда, - Юрка подбадривает меня, - ты теперь Юра Зубов, настоящий! Такой, какой должен быть Зубов. Ты единственный, кто достоин продолжить мою жизнь. Надеюсь, моё перерождение будет более ярким, чем эта жизнь. Надеюсь, потому что я увидел пример, как нужно жить.

Его слова отзываюстя во мне болью.

Я молчу, просто не знаю, что отвечать этому мальчугану.

Я совершенно не пример для подражания. Нет, совсем нет. Свою собственную жизнь я практически полностью просрал. Я не видел никого, кроме себя и жил угнетая самого себя. Иначе, как нытьём, это назвать нельзя. Бессмысленно и бесцельно жил зачем-то. Сам не зная, зачем.