"Фантастика 2024-126". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Анин Александр - Страница 1130

— Теперь я сам убью тебя. Я дал тебе этот Дар и сам же заберу его! Ты мог стать сильнейшим существом во вселенной! Но выбрал путь жалкого смертного! — громогласно заявляет Эмиль.

И этот туда же. Хотя, он ведь главный у них. Поэтому пожиратели повторяли за ним одну и ту же мантру. Угрозы, обещания смерти. Проходили, знаем.

Я замечаю, что как только Хранитель разорвал пространство и проник сюда, ко мне потекла энергия. Очень много энергии. А значит, я ещё могу сопротивляться.

Нужно только накопить побольше сил и отдохнуть. У меня болит всё тело после боя с Кетцалькоатлем. Вся одежда разорвана и сквозь прорехи видны ссадины и раны.

В пылу боя я не замечал боли, но сейчас, она постепенно накатывает. Трещит голова, дико ноют ребра, болит каждая косточка в теле. Я отдал всего себя в этом бою, а оказывается, это был лишь первый раунд.

Эмиль внезапно выстреливает длинным щупальцем, но я успеваю среагировать. Хоть щупальце и достаёт меня, охватывает вокруг туловища, я умудряюсь отсечь его Нарезателем.

— А ты чему то да научился, смертный! — Эмиль хохочет, оттдёрнув укороченное щупальце.

Он бьёт снова. И снова я отсекаю ещё одно щупальце.

Эмилю, кажется, уже не до смеха. Но он не прекращает попыток схватить меня, запуская свои щупальца снова и снова. От некоторых я уворачиваюсь, некоторые отсекаю Нарезателем.

Мне, как бойцу, уже понятно, что во-первых, эти щупальца вовсе не предназначены для боя, а во-вторых, павший Хранитель очень давно не сражался, привыкнув к халявной силе, которую получал с помощью интриг и сбивания с пути Архатов.

Уворачиваясь и откатываясь назад, я спотыкаюсь от лежащего на камнях Кетцалькоатля. Он всё еще жив, хоть от него и осталась одна верхняя половина тела. Была бы сейчас здесь Сехмет, ей бы, наверное, понравилась божественная энергия.

— Я тут! Где божественная сила⁈ — стоило только подумать и голос Сехмет уже раздаётся в моей голове.

— Явилась. Ты где была, кошка? — она и правда слишком долго не отвечала на мой зов.

— Охотилась! Спасаю сейчас твоих оборотней! — она хоть и ворчит, но голос довольный.

— Ну, если хочешь присоединиться… — я не успеваю договорить, как Сехмет призраком появляется рядом со мной и тут же впивается в горло Кетцалькоатлю.

Не повезло божку. Бесславный конец прославленного жестокого бога. Но мне его вовсе не жаль, он ведь собирался убить меня и всех моих близких!

Ещё один кандидат на корм для Сехмет сейчас пытается провернуть тоже самое. Хочет убить меня и моих людей. Только вот, кто ему подобное позволит?

Всё это время он обстреливает меня щупальцами, а я коплю энергию. Меня вдруг посещает умная мысль. Я ведь повелитель разломов, в них моя сила. Так почему я дерусь мечом? Который, хоть и магический, но всё же меч.

Первым делом я открываю три разлома в стороне от себя. Один из них ведёт в крепость, чтобы я мог отступить. Второй ведёт в пустыню в мире эльфов. А вот третий — это эксперимент.

Я представил огромную пасть, в которой несколько рядов зубов. Что-то похожее я видел в старом ужастике.

Когда Хранитель, в очередной раз выстреливает щупальцем, я смещаюсь к этому разлому. Щупальце попадает в разлом и пасть внутри разлома с треском перекусывает его.

Развивая успех, я формирую в руке шар тьмы, в котором сокрыто моё желание и выстреливаю им в основание этого же щупальца. Шар проникает в само щупальце. Там открывается разлом с точно такой же пастью, которая перекусывает основание этого щупальца.

Эмиль явно не ожидал такой изобретательности, но реагирует быстро. С одного щупальца в меня летят огненные шары, с другого, ледяные глыбы, с третьего — фиолетовые магические шары.

Я обволакиваю себя энергией тьмы и уворачиваюсь, стараясь, чтобы ни один из шаров меня не смог меня зацепить.

Но две ледяные глыбы, величиной с половину моего роста, всё же, впечатываются мне в грудь, одна за другой. Меня подбрасывает в воздух и я врезаюсь спиной в скалу.

Сплевываю появившуюся во рту кровь.

— Ты слишком молод и самонадеян, Архат! И потому, умрёшь, так и не достигнув силы! — Эмиль снова начинает меня запугивать.

Он спускается ниже и уменьшается в размерах. Достигнув горы он ударяется об неё и превращается в четырёхрукого человека с огромными чёрными крыльями за спиной. Его голова увенчана двумя короткими рогами, а всё тело покрыто, неприятного вида, тёмной слизью.

— У тебя ещё есть шанс! Встань на колени и попроси меня! Это не стоит ничего! Ты будешь не просто жить, а жить как могущественное существо, решая судьбы миров! Пред тобой будут падать на колени короли и императоры! По одному щелчку твоих пальцев, они приведут тебе своих дочерей и жён! — властный и хриплый голос Эмиля ударяется эхом о скалы.

— Тебе не понять! Ведь ты сам павший! тТебе не понять, почему я отвечу тебе нет! Хочешь убить меня? Убей! Только ты не увидишь меня в своих рабах! — я кричу ему из последних сил.

Удар этих глыб что-то повредил внутри. Рот постоянно наполняется кровью. Мне больно дышать и говорить. Правая рука не шевелится, а голова трещит так, будто по ней ударили огромной кувалдой.

— Мне не понять? Возможно! Но я знаю,как заставить тебя подчиниться! Ведь и у тебя есть слабость! — Эмиль выставляет две верхние руки в стороны, — смотри, гордец! Что теперь скажешь?

Резкий хлопок заставляет меня сморщиться от головной боли. Подняв глаза, я вижу, что Эмиль держит каждой рукой за волосы двух девушек. В правой — Маргариту, а в левой — Алису.

Сволочь.

— А если так, Архат? — его голос излучает самодовольство.

— Юрааа! — нежный голос Маргариты врезается в мои уши.

На лице у неё кровоподтек, кисть изодрана до мяса.

— Арррр! — Алиса пытается обратится в волчицу, но у неё не получается.

Она извивается в руке Эмиля, пытаясь руками или ногами ударить его, но не достаёт. Тянется к его руке головой, чтобы укусить его. Её прекрасные белоснежные волосы все в грязи, как и лицо, как и вся одежда. Она билась до последнего. Об этом говорит длинный порез на левом боку и напитанная кровью футболка.

— А сам ты со мной справится не можешь, да? Ты не смог меня сломать, червяк. Теперь взялся за моих женщин? — я пытаюсь плюнуть кровью ему в лицо, но он слишком далеко.

— Плевать, что ты там думаешь, Архат! Ты последний, кого нужно сломать и я сделаю это! Ты держишься за нормы морали, нравственности. Ты слишком человек! Но это пока! — в нижних двух руках хранителя появляются два кинжала, — исход предрешен, ты проиграл!

Я сжимаю челюсти от боли и одновременно от злости. Смотрю на него, поджав губы.

— Я их убью и ты сорвешься! — продолжает Эмиль, — ты станешь сам жаждать силы, чтобы отомстить. И ты её получишь, сразу же. Я сам дам её тебе и нацеплю ошейник. Ты будешь моей послушной куклой! Могущественной и самостоятельной куклой. Но у тебя есть и другой вариант. Я могу пойти тебе навстречу.

— Да⁈ И что же ещё такого ты мне можешь предложить? — заканчивая предложение, сплевываю кровь на землю.

— Я их не убиваю и ты сам, добровольно, подчиняешься мне! — довольная рожа Эмиля расплывается в улыбке.

Я молчу. Я просто коплю силы для одного последнего удара. Я прошу силы у Сехмет и она даёт их мне. Я прошу силу у раненой Мары и она тоже отдаёт мне часть своей силы. Мне нужен всего один удар, в котором будет лишь чистая ярость и желание убить хранителя.

— Ты не хочешь выбирать? Это объяснимо! Но ты Архат! Твоя судьба — делать выбор. Сейчас ты выберешь силу и свободу, вместо рабства. Как выбрал я сам. Это было давно, но я помню, словно это было вчера. Совет хранителей всегда ущемлял нас. Тысячелетиями нам доставались лишь крохи силы. Мы устали от вечного голода! И мы забрали эту силу!

Эмиль приподнял две верхние руки, потянув извивающихся девушек за волосы.

— Если загнать Архата в угол и не дать ему выбора, — продолжает хранитель, — то Архат становится Пожирателем. Я делал это много раз и я точно знаю, что ты вовсе не особенный! Смотри сюда! — кинжалы всаживаются в спины девушек.