"Фантастика 2024-126". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Анин Александр - Страница 1409

- Молодые боевики найдутся, а таких опытных разработчиков операций как ты практически не осталось.

Эйтингон все это время "сканировал" пространство вокруг и опытным взглядом определил, что наблюдение за ними отсутствует - Пройдемся, душа моя! - Твое предложение интригующе интересное, ты уверена в людях, которых ты привлекла в это почти безнадежное дело?

- Увы! Это как раз мне сделали предложение, от которого, я старая еврейка, не смогла отказаться.

- И решила привлечь еще одного старого еврея? Хорошо, я согласен. Хотелось бы для начала пожать руки тем молодцам, которые так профессионально завалили этих троих.

- Тот, кто их исполнил, вернулся к себе домой, он специально приезжал в Москву для приведения приговора.

- Удивительно! Такие спецы весьма штучный товар. На него точно не выйдут?

- Он не совсем из нашей системы, и не ликвидатор, поэтому найти его будет непросто. А сейчас пойдем, познакомлю тебя с ядром нашей группы и встреча с одним из них станет для тебя приятным сюрпризом.

Двое старых чекиста прошли к метро "Дзержинской", добрались до парка имени Горького.

Наум не стал спрашивать о месте, куда они направляются и, сев на свободное место вместе с Эммой, в уме стал перебирать фамилии людей, которых вполне можно привлечь в "темную" для выполнения задач подполья.

Поднявшись наверх, Эмма повела своего старого друга и коллегу в парк. Скамейки были почти заняты игроками в шахматы. Шахматы в шестидесятые годы были безумно популярны, люди играли, следили за матчами и турнирами, покупали газету «64», разбирали партии. Играли везде. Вечерами и в выходные любители шахмат оккупировали скамейки бульваров. Остановившись у одной скамейки возле которой несколько зрителей наблюдали за игрой мужчины с выправкой бывшего военного и Зои Воскресенской, с которой он с августа двадцать девятого года начал совместно работать в Иностранном отделе ОГПУ. Зоя в четырнадцать лет стала библиотекарем батальона ВЧК Смоленской губернии, в двадцать третьем году — политруком в колонии для малолетних правонарушителей, а через пять лет перешла на работу в Заднепровский райком РКП(б) Смоленска, откуда ее и направили в ОГПУ.

Зоя подняла глаза и, встретившись взглядом с ошарашенными глазами Эйтингона, горько улыбнулась - Здравствуй, Наум! Постарела и пострашнела?

Тот смог лишь покачать головой, слезы невольно покатились по лицу, но смог быстро взять себя в руки - Здравствуй, Зоя! Как же я рад вас видеть, и тебя, и Эмму! Опять вместе? Как раньше?

Эмма вздохнула - скорей бы освободили Пашу и вместе мы бы перевернули горы. Но и сейчас с нами вполне достойные коммунисты: Сергей, полковник "Девятки" в отставке; Мирон, полковник ВДВ тоже в отставке. И пока единственный действующий генерал КГБ, начальник московской "вышки" Евгений - Эмма подняла руку и от соседней скамейки подошел подтянутый моложавый мужчина с волевым лицом в очках, темные волосы были зачесаны назад.

- Эйтингон протянул руку, пожимая по очереди кисти подпольщиков, рукопожатие генерала было крепким и Науму это понравилось - Хорошая у нас смена выросла! Молодец, даже здесь конспирируешься, Евгений! А мы ведь знакомы, еще с тех пор, когда ты в сорок шестом с министра государственной безопасности Узбекской ССР пришел на должность заместителя начальника Второго главного управления МГБ СССР, заняв через три месяца место своего начальника.

- Так точно, Наум Исаакович! Конечно же я вас не забыл. Как можно забыть зубра разведки!

- Ну, вводите меня в ваше видение ситуации, что вы считаете необходимым поменять и какие рычаги воздействия для этого у вас существуют!

Глава 13

Став чемпионом Советского Союза, я сразу почувствовал на себе благосклонное отношение к себе руководства школы, мне даже присвоили звание старшего сержанта и приказом по школе назначили инструктором по рукопашному бою, оформив меня на полставки тренера. Зимой мы с Генкой собирались в отпуск. Две недели зимой и тридцать суток летом курсантам полагался законный отпуск, проводить который разрешалось в любой точке СССР, открытой для свободного перемещения советских граждан, т.е. за исключением погранзон, ЗАТО, военных полигонов и аналогичных областей. Курсант выбирал маршрут своего отдыха по собственному желанию и за небольшой срок информировал командование училища. После этого маршрут фиксировался в так называемом отпускном билете и произвольно менять его было уже нельзя. Отпускной билет являлся приложением к военному билету и выполнял функцию, близкую к функции современного командировочного удостоверения. Советская система хорошо финансово защищала будущих офицеров и проезд до места отдыха и назад оплачивался государством. ВПД (воинский перевозочный документ) - фактически ваучер за проезд, оплачиваемый государством, позволял курсанту ехать бесплатно до основного места отдыха (одного) туда и обратно в плацкартном вагоне. При желании ехать в купе, СВ или самолетом можно было доплатить разницу из своего кармана. В случае, если основное место отдыха не имело железнодорожного сообщения - скажем, было желание провести отпуск в Магадане, самолет оплачивался полностью.

За неделю до отпуска мне с другом удалось получить увольнительные на четыре часа и мы поспешили на адрес, который нам оставил Головня. Нажав кнопку звонка, мы не успели сказать друг другу и слова как дверь открылась.

- Товарищ полковник? Я Юрий, а это мой друг Гена. Мы из Марьиной Горки.

- Проходите! - хозяин квартиры, одетый в новые пятнистые штаны от маскировочного комплекта, подаренного Головней, и тельник, развернулся и пошел в глубь квартиры.

Мы прошли за ним в зал и сели на диван. Полковник остался стоять - Чаю будете, молодые люди? Меня зовите просто, Петровичем.

-Спасибо, Мирон Петрович! - Я выставил ладони, не желая особо здесь задерживаться - Нам нужна информация о Шелепине. Сможете нам помочь?

- Да, мы с товарищами, которых привлек ваш инструктор, собрали данные на многих отщепенцев, которых необходимо устранить в первую очередь.

Полковник вышел и через минуту вернулся с парой тетрадочных листов, исписанных аккуратным почерком - Это все, что касается вашего негодяя. Винтовку Федор увез с собой, но обещал к новому году прислать парочку с оказией. Я могу помочь с машиной, у меня есть "Москвич"!

- Отлично! Через неделю мы получим отпуск, не знаю, правда, как получится ли получить отпуск моему другу, он учится в вышке комитета.

- Это не проблема, есть у нас там ресурс. По-любому ваш друг сможет получить в нужное время отпуск. Кто он?

- Семен Станкевич, кстати как и я он стал чемпионом Союза по самбо!

- Это правда? Поздравляю! Я-то все больше хоккеем и футболом интересуюсь.

Я спросил - Сможете ли вы со своими товарищами обсудить возможность поведения громкой операции по проникновению в здание ЦК на Старой площади. Я понимаю, что для этого нужны партийные билеты, по которым туда только и пускают, понадобятся несколько комплектов театрального грима, может быть генеральская армейская и полковничья милицейская форма и соответствующие удостоверения. С бесшумным огнестрелом мы с другом сможем провести отстрел всех наших врагов, которые пока занимают должности начальников отделов в ЦК. Вы представляете как громко мы сможем о себе заявить! Правда времени на подготовку этой операции потребуется не один месяц.

- Вы так в себе с другом уверены? - полковник с сомнением оглядел нас с Геной.

- Гена максимум сможет постоять на шухере, а моим напарником будет Семен с вышки КГБ. Мы с ним там, в будущем, отлично работали в паре. Поверьте, мы в этом времени сможем как нож масло пройти хоть здание ЦК КПСС, хоть здание Конгресса США. Нас обучали брать укрепленные командные пункты и военные базы противника группой из десяти человек, а тут: охраны максимум пара десятков человек, навряд ли вооруженных автоматическим оружием. Мы могли бы вырезать всех при входе в здание, но мы же не фашистский штаб штурмом брать будем, а под гримом с нужными документами законно проникнем в логово предателей-коммунистов и произведем их отстрел, на время лишив сознания секретарей в предбанниках. Лучше всего операцию провести после окончания нашего обучения и удачного распределения в Москву. А в ближайшее время нужен отстрел Шелепина и Горбачева, которому впрочем вместо пули лучше загнать в его родимое пятно ледоруб или топор. И еще мне потребуется старая пишущая машинка, которую не жаль будет выбросить.