"Фантастика 2024-126". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Анин Александр - Страница 479

Через несколько минут из кабины послышался грохот. Это Арланд убирал следы наших поисков, ставил полку на место. Закончив, инквизитор вышел ко мне.

— С тобой все в порядке? Ты неважно выглядишь, — замечаю, посмотрев на него.

— Молитвы всегда изводили меня, — пожал плечами Арланд. — Пойдем, нужно рассказать все Дейкстеру и решить, что нам делать дальше.

— Пойдем…

— Кстати, что скажем, если спросят, почему мы так долго? — поинтересовался инквизитор, взявшись за первую ступень лестницы.

— Ммм… Мы пили медовуху и сражались с нечистью?

— Нет, ты уснула в бане и я тебя откачивал!

— Мой герой… — улыбаюсь.

Мы прижались друг к другу и крепко поцеловались, понимая, что такая возможность появится у нас еще нескоро. После я пригладила волосы Арланда, который обычно ходит идеально расчесанный и растрепанным будет выглядеть подозрительно.

Мы выбрались из подвала и пошли на кухню, где все еще сидели Дейк, Леопольд и Лорелея.

— Что это с вами? Вы выглядите так, как будто совершенно вымотались… Что вы там делали? — наивно похлопал изумрудно-серебристыми глазищами Леопольд.

— Разве? — бодро улыбнулся Арланд. — Как я, не знаю, а вот Бэйр действительно не в себе. Она умудрилась уснуть прямо в бане, и мне пришлось ее откачивать!

— Что ж меня не позвал? — с подозрением посмотрел на него Дейк.

— Я подумал, что ты только помешаешь. Ты ведь не лекарь.

— Ладно, верю… пф… лекарь, — лениво фыркнул рыцарь.

— Как ты себя чувствуешь? Тебе ведь уже лучше? — поинтересовался Леопольд, посмотрев на меня.

— О, да… — киваю, деланно сдерживая зевок. — Арланд просто волшебник.

— Чаю муравьиного хотите? — улыбнулась Лорелея.

— А что это такое? — удивленно смотрю на нее.

— Заваренные иголки из муравейника, — просто объяснил Дейк. — Леопольд, налей им по кружке.

— Эм… Дейк, мне надо с тобой поговорить! — решаю не затягивать с делом и обсудить залежи костей под избой сейчас.

— О чем? — лениво спросил рыцарь.

— У меня проблемы с галопохгольшчыной, — пристально смотрю в глаза Дейку.

— Чем!? — округлил он глаза.

— Ну галопохгольшчыной! У меня постоянно с ней проблемы! Пойдем, поможешь. Мы с Арландом вдвоем никак не можем!

— Ааа… да, конечно! Мне просто послышалось что-то несуразное. Да-да, пошли, — закивал рыцарь с важным видом.

Мы, сопровождаемые удивленным взглядом Лорелеи и Леопольда, вышли в коридор, а там тихонько выбрались на улицу.

— В чем дело? — нахмурился Дейк. — И что ты придумала? «Галопохгольшчына» какая-то…

— Мы с Арландом нашли подвал, а там груды обожженных человеческих скелетов… точнее, скелеты не целые, а разобраны на отдельные кости, — объясняю. — Тут что-то не так.

— Я уже понял это, — усмехнулся рыцарь. — Судя по поведению нашей дорогой хозяюшки, она типичная лесная людоедка.

— Как ты понял? С виду обычная старушка… Я вообще ничего особо подозрительного в ней не нашла!

— Обычные старушки не щупают здоровых мужиков за руки и ноги, не восхищаются их мускулатурой и не смотрят на них, как на деликатес! Эта же бабушка, мягко говоря, ненормальная. Уверен, она все это время смотрела на меня и прикидывала, насколько ей такого большого и мясистого «мальчика» хватит.

— Мерзость… — морщусь. — Выходит, ты, Арланд были правы насчет нее с самого начала. Извини, что обозвала тебя параноиком…

— Извинения принимаются, — кивнул инквизитор. — Но что со старухой? Нужно что-то делать, не ждать же, пока она нападет. Донан, есть идеи?

— Это же обыкновенная ведьма-людоедка, с ней не должно возникнуть проблем, — пожал плечами рыцарь. — Она работает без особых усилий и сама по себе слабая. Ей ведь что надо? Заманить к себе путников, запереть их, нажравшихся до отвала, в «гостевой» комнате и поедать потом по одному. Готовит их она, кстати, без изощрений: целиком в печке. А кости скидывает в подвал… И мужика своего она, кстати, сожрала первым, стерва.

— Откуда ты все это знаешь!? — пораженно смотрю на Дейка.

— Людоедки всегда поначалу обыкновенные женщины. Но бывает так, что постепенно у них начинает съезжать крыша на почве душевных терзаний, которыми сопровождается начало старости: одиночество, отсутствие детей и внуков, бедность. Ненависть к себе, к окружающим, вообще к людям постепенно сводит их с ума и они начинают творить жуткие вещи. Выслушав рассказ Лорелеии о ее судьбе и сопоставив некоторые факты, несложно догадаться, почему она живет в лесу одна и куда делся ее ненаглядный муж… Думаю, с него все и началось.

— Что нам с ней делать? — повторил вопрос Арланд.

— Сейчас вернемся в избу, похихикаем над непослушной «галопохгольшчыной» и допьем чай. Потом пойдем спать. Ночью наша хозяюшка попытается кого-нибудь зажарить, мы же будем дежурить по очереди и ждать, пока она не попытается это сделать. Если сторожила поймает Лорелею на горячем, тогда зарежем ее, как курицу.

— А просто ее убить нельзя? Зачем такие хитрости? Да и выспимся все… — говорю, не сдержав зевка.

— Бэйр, ведьма ты паршивая, она же нас приютила, накормила и даже баню дала на пользование! — с укоризной посмотрел на меня рыцарь. — Конечно, она дрянь, но нам лично эта дрянь ничего плохого пока не сделала. Кодекс рыцарей — за добро не платить злом! Увы, я должен это соблюдать, иначе сама знаешь, что будет, — мой меч потемнеет. Так что пока Лорелея не нападет, я обязан защищать ее, как мирную жительницу, от любых покушений.

— Ясно… вот почему я стал инквизитором, — усмехнулся Арланд. — Наше решение — закон справедливости. Мы не опираемся на кодексы, только на свое знание и превосходное умение определять…

— Если бы я был инквизитором, ты был бы уже мертв, — доброжелательно оскалился Дейк.

— Подождите ругаться, сначала закончим говорить о деле, — разнимаю их. — А что, если она не нападет?

— Уедем утром, спросив дорогу, — пожал плечами Дейк. — Я не могу позволить ее убить, пока она при мне не попыталась кого-нибудь убить.

— И она дальше будет уничтожать людей? — возмутился Арланд. — Донан, я не понимаю, о чем ты вообще говоришь! Она зажаривала заживо детей и женщин, стариков! Ты только представь, какая это ужасная смерть!

— И что? Я не могу убить ее и вам не позволю. Кем бы она ни была и чтобы не делала.

— Хм. Мы говорим об убийстве, как о чем-то само собой разумеющимся, — напоминаю. — Дейк, Арланд, а вам не кажется странным, что нечисть заманила вас к себе в дом? Она что, идиотка, приглашать к себе рыцаря Ордена и инквизитора? По-моему, следует учесть то, что Лорелея может быть умнее и хитрее, чем мы о ней думаем, и это на нас ведется охота, а не на нее.

— Как ты себе представляешь? Людоедка-старушка пытается избавить мир от пары борцов с грешниками и нечистью? — усмехнулся Дейк. — Каким образом она это сделает, если у нее не хватит сил даже мой палец согнуть?

— Я не знаю, как, — пожимаю плечами. — Но, думаю, нам следует быть осторожнее. Может, следует ее отвлечь и изучить дом получше? Наверняка найдем что-нибудь, что даст больше информации.

— Согласен, — кивнул Арланд. — Дейк, сможешь ее отвлечь?

— Смогу, — кивнул рыцарь. — Ладно, пойдемте в избу. Тут уже холодно.

Мы вернулись на кухню, где нас с Арландом уже ждали кружки с чаем.

— Ну как прошло с галопохгольшчыной? — поинтересовался оборотень.

— Починили, — улыбаюсь, садясь на лавку и хватая свою кружку.

— А что это такое? — спросила Лрелея. — Первый раз слышу! Я же от людей далеко, не знаю, что там в мире творится… Расскажите мне!

— Ну, это… как же вам понятнее объяснить?… — лихорадочно подбираю наиболее правдоподобное описание неведомого предмета. — Галопохгольшчына — это такое приспособление, которое помогает людям и нелюдям… и, надо заметить, очень качественно помогает…

— В чем же? — в нетерпении спросила старушка.

— В поджарке! — нахожусь. — Знаете, когда хочешь закурить трубку или, скажем, прижечь рану, приходиться пользоваться неудобным огарком, раскаленным железом, а то и вовсе углем. Но голопохгольшчына — другое дело! В ней настраивается размер, форма и температура пламени, можно даже поджарить курицу за несколько минут, да так, что получится… сказка! Вкусная хрустящая корочка и нежное, тающее во рту мясо внутри! Так что вот, галопохгольшчына — это незаменимая в хозяйстве вещь. Мы с Арландом хотели зажечь его трубку и выкурить табачка, да вот только наша галопохгольшчына опять сломалась, но…